Но! Сразу же отпустил Ричарда. Так что момент нашего слияния был достаточно коротким. Не знаю, чего уж он так распсиховался, закусившись на меня.
Зато теперь, когда мы шли вдоль границы Пристанища в сторону, где застрял Марков, призрак отыгрывался за случившееся. Он говорил, говорил, говорил… Без остановки. С ума можно сойти, честное слово!
— Знаешь, ты какой-то странный, демон…
Ричард посмотрел на меня более пристально.
— Обычно ваша братия выглядит, как черт знает что. В большинстве случаев, как ублюдки свиньи, осла и грехопадения в чистом виде. А ты… Ты выглядишь, как человек. Высокий, красивый. Наверное… Не силен в определении мужской привлекательности. Что-то не припомню я демонов, имеющих едва ли не ангельскую внешность.
Не успел Ричард произнести последнее слово, как его будто по башке стукнули. Он резко остановился, открыл рот. Потом закрыл и снова открыл. Глаза призрака, и без того похожие на темные провалы, стали ещё больше. Он сложил губы огромной буквой «О» и поднёс ладонь ко рту, словно собирался зевнуть.
— Не смей произносить это вслух. — Хмуро сообщил я Ричарду. — Поверь, в твоих же интересах забыть все, что сейчас происходит, ровно как и мое лицо.
— Но… Ты, получается, один из этих… — Призрак закатил глаза вверх, намекая, наверное, на Небеса.
— Что непонятного с слове «забудь»?
Мне пришлось остановиться и повернуться лицом к викторианскому юноше.
Да, он прав. Ни один демон в своём первозданном виде не выглядит как мы, Падшие. Естественно, я красив, высок и чертовски харизматичен. Я же был ангелом. И данный факт после Падения совсем не изменился.
Единственный бонус, полученный после многих тысячелетий в Аду — боевая броня. У Архангелов она тоже, кстати есть. Но экипировка Падших теперь выглядит иначе. Она черная, словно наше тело облили смолой. Броня, когда мы ее выпускаем, покрывает нас с ног до головы. Ах, да… Еще крылья и гладиус. Конечно, у нас это тоже есть. Может, не такие красивые, как у Архангелов, но тем не менее.
— Прости… те. Простите ваше лордство… — Призрак, наконец, пришел в себя и мы двинулись снова вперед. — Просто один намёк. Маленький. Крошечный. Кто из семерых? А? Просто дайте знак. Что вам ближе? Алчность? Или, может, разврат и похоть?
— Мне ближе убийство в особо жестоком, извращенном виде. И если ты прямо сейчас не заткнёшься, то сможешь проверить на своей шкуре. Уверяю, факт твоей смерти совершенно не помешает мне убить тебя повторно. Тихо!
Я резко остановился, вслушиваясь в окружающие нас звуки.
Тут вот какое дело, Пристанище, это место вне времени и пространства, да. Но оно имеет одну крайне неприятную особенность. Злость и ненависть призраков, которые здесь обитают, притягивают страхи, кошмары, фобии смертных. Именно поэтому я велел Маркову идти вперед с закрытыми глазами. Он бы просто чокнулся где-то на середине пути, если бы видел, что творится вокруг него. Насилие, убийства, расчлененка, кровосмешение, украденное у подружки печенье — все, что снится людям в кошмарах, находится здесь, в Пристанище.
— За-а-абе-е-ели-и-н! Су-у-у-у-у-ука-а-а…Пошла вон! Пошла вон, дрянь! Нет, я не толкал Ваську в пруд! Не толкал! Он сам! Лариса Митрофановна, честное слово, тот спирт был списанный! — Доносилось издалека.
Видимо, Маркова, сидящего в охранном заклятии, атаковали его собственные воспоминания.
— Слышите, ваше лордство? — Ричард замер, приложив ладонь к уху.
— Хватит кривляться. Конечно, слышу. Все слышат. Скоро каждый призрак, живущий в этом месте, примчится проверить, кто так надрывается. Все. Свободен. Дальше пойду сам.
Я махнул рукой Ричарду, намекая, что ему, как истинному англичанину, пора тактично откланяться.
— Ээээ… Так нечестно. Мне интересно посмотреть, как ваше лордство будет вытаскивать человека из ловушек. — Моментально надулся призрак.
— Ты испытываешь мое терпение? — Я нахмурился, позволяя черным искрам пробежать от плеча до кончика пальцев руки.
— Ой, все… Ухожу. Всего доброго. До свидания! — Недовольным тоном высказался Ричард.
В ту же секунду он исчез с тихим хлопком, оставив за собой только одну часть тела, как Чеширский кот. В воздухе плавала прозрачная рука с одним оттопыренным пальцем. Средним.
— Ах ты…чертова слизь! — Дернулся я в сторону конечности Ричарда, но и она моментально испарилась. — Никакого уважения к Падшим.
Сделав столь печальный вывод, я снова прислушался, пытаясь определить, откуда именно доносятся вопли патологоанатома. Впрочем, можно было не напрягаться. Он орал так, что глухой легко нашёл бы дорогу, ориентируясь по этому звуку.
— Заткнись уже, Марков! Иду я, иду!
Глава 12
Обиженная женщина способна на любые поступки, кроме адекватных
— Я не сосиска… Я не сосиска… Я не ледышка…– Повторял Марков уже в сотый раз, попутно ощупывая свое родное тело.
Наверное, проверял его на предмет сохранности, не понимая, что вообще-то оно сейчас — проекция, воздух, образ, который принял дух патологоанатома, оказавшись в месте, где обитают призраки. Да, оно выглядит плотным и вполне материальным, но на самом деле таковым не является.
Вытащить Степана было несложно. Собственно говоря, я его и вытащил, буквально. Все, как говорил. Подошел, схватил за шиворот и выдернул из охранного заклятия. На мне подобные штуковины не работают, это — первое, а второе — из-за близости демона ловушка просто-напросто затроила, теряя свою силу.
Сначала Степан размахивал руками, брыкался и гневно требовал оставить его в покое. Естественно, он не узнал меня в новом обличии. Скорее всего, принял либо за очередной кошмар, который сейчас снова будет трясти с патологоанатома выпитый спирт, либо за «сердобольного» призрака, решившего помочь вопящему человеку для последующего его поедания. По крайней мере, дрался Марков так, будто его и правда собираются жрать.
Изображал он из себя обезумевшую мельницу ровно до того момента, пока я не велел ему заткнуться. Что-то в моих интонациях показалось патологоанатому, наверное, знакомым и он реально замолчал. На пару секунд. Потом начался процесс ощупывания себя и повторяющиеся фразы про сосиску. Воображение смертного продолжало рисовать ему все те ужасные картины, которые я описывал, предупреждая о ловушках.
— Ого… — Марков вдоволь нахватавшись себя за все доступные, и не очень, части тела, уставивился на меня круглыми глазами. — Это вот так ты выглядишь в реальности? А где же рога, копыта, не знаю… Хвост. Ты прямо даже… Ну, типа, красавчик. И на вид больше двадцати пяти я бы тебе не дал. Больно молод для Владыки Ада.
— Заткнулся бы ты, Стёпа. — Искренне посоветовал я Маркову. — А то ведь как вытащил, так и обратно засунуть могу.
Не обращая внимание на недовольного Степана, я оглянулся по сторонам, пытаясь определить более конкретно наше местоположение. Ричард протащил меня через границу не в той точке, где заходил Марков. Мы с ним довольно таки долго топали не вглубь, а вдоль, чтоб разыскать смертного.
Судя по всему, сейчас я нахожусь в некотором отдалении от границы, ближе к центральной части Пристанища. С одной стороны — это хорошо. Можно попробовать найти девушку, убитую после Сергеевой. С другой — плохо. Потому что вместо девушки того и гляди явится, к примеру, малышка Элеонора. Уж кто-то, а эта кровососущая дрянь даже после смерти вряд ли забыла, как ощущается мой Флёр. Примчится на него, пуская слюни, как гончая в сезон охоты.
А мне бы с ней лучше не встречаться. Обиженная женщина — опасное явление. Обиженная и убитая женщина-вампир — сильно опасное явление.
Здесь, в Пристанище, я ещё больше ограничен, чем в мире смертных. Потому что Пристанища по сути не существует. Тут вообще никакие законы не действуют.
Кошмары, которых, чего уж скрывать, в данной местности водится до черта и больше, почувствовав мое присутствие, начали отползать в сторону. Именно отползать, да. Они были похожи на толстых, сытых, огромных,(около двух метров в обхвате), туманных червей, внутри которых извивались и корчились людские силуэты.
