Валери заметила, что Алекс на минутку осталась одна, и сразу же двинулась к ней. Большинство приглашенных были знакомы с Алекс. Ее приветствовали, чуть ли не как коронованную особу, с искренней заботой расспрашивали о здоровье. Александра Эштон представляла собой серьезную угрозу благополучию Валери. И та ни на минуту не снимала темных очков, чтобы друзья не могли увидеть выражение ее глаз.
— Привет, привет, — бодро воскликнула она, приблизившись. — Хорошо отдыхаешь?
— Замечательно! — Алекс невольно залюбовалась шикарным нарядом Валери — яркая шелковая блузка и льняные брюки. — От цветов баугинии воздух как будто светится.
— А по–моему, они ужасно надоедливые. — Валери опустилась на складной стул рядом с Алекс. — Надо сказать, выглядишь ты значительно лучше, чем когда мы виделись в последний раз.
— Я и чувствую себя лучше. Спасибо, Валери. Питер разработал для меня довольно интенсивную программу упражнений. Нога восстанавливается с каждым днем.
— Рада за тебя. Тебе, верно, не терпится вернуться к работе?
— Ну… Это случится еще не скоро. Если вообще случится, — вздохнула Алекс.
— Ты, конечно, шутишь?
Алекс не понравился тон, каким был задан этот вопрос.
— Нет, не шучу. Разве ты не знаешь, как часто танцорам и спортсменам приходится прерывать свою карьеру из–за травмы?
— Но ты молодая, крепкая. Да твоя нога уже выглядит здоровой! Я не смогла бы даже отличить, которая из них была повреждена!
— Выздоровление идет неплохо, — сдержанно ответила Алекс. — Но нужно быть готовой к тому, что мне никогда больше не придется выступать в главных ролях.
— Но это так ужасно! Так жестоко! — возмутилась Валери, не сознавая, как комично это выглядит.
— Жизнь полна трудностей, — возразила Алекс. — Во всяком случае, я не останусь калекой. Но хватит обо мне. Похоже, ты и сама сейчас переживаешь кризис.
— Что–то я тебя не понимаю, — нахмурилась Валери.
— А я думаю, что понимаешь, — ответила Алекс.
Валери презрительно фыркнула.
— Я ведь тебя предупреждала: мне не хочется, чтобы ты нарушила мои планы. Имей в виду, я очень не люблю проигрывать.
— Ты хочешь сказать, чем скорее я соберу вещи и отправлюсь восвояси, тем лучше?
— Что–то в этом роде. Я знаю, Алекс, в своей профессии ты — чудо. Я восхищаюсь тобой как балериной. Но твое присутствие тяжело для Скотта, и это не может не сказываться на наших с ним отношениях.
— Хочешь знать правду, Валери? — очень серьезно спросила Алекс.
— Конечно, хочу.
— В таком случае я тебе скажу, что ты неправильно себя ведешь. Ты пока не жена Скотта. И не его невеста. Даже о помолвке речь не идет.
— Это Скотт тебе сказал? — осведомилась Валери с оскорбленным видом.
— Нет, я сама поняла.
— Значит, Эдвина, — сделала вывод Валери. — Я очень уважаю мисс Макларен, но у нее всегда была к тебе слабость.
— Валери, давай закончим этот разговор. Скотт больше не любит меня. Значит, у тебя есть надежда. Если моя нога полностью восстановится, я снова вернусь на сцену.
— Обещаешь? — не отставала Валери.
— Достаточно того, что я сказала.
— Скажи мне только одно. Ты все еще любишь его?
— Может быть, любви больше нет, — задумчиво сказала Алекс, глядя на поле, где Скотт отрабатывал удары, — но нашу связь невозможно разорвать. Эту связь я буду чувствовать всегда.
Валери не сразу нашлась, что на это ответить. Она сидела, нахмурившись, угрюмо сжав губы.
— Получается, ситуация безвыходная? — спросила она наконец.
— Скотт чувствует то же самое.
— Вот тут ты ошибаешься, — отрезала Валери. — Он хочет окончательно порвать с тобой, начать все сначала.
— И с кем же он теперь найдет свое счастье? С тобой?
— Больше не с кем.
— Неужели тебе этого достаточно? Разве ты не хочешь, чтобы твой мужчина любил тебя всем сердцем?
— На это я не рассчитывала даже в самых безумных мечтах, — с полной откровенностью ответила Валери. — Алекс, я по натуре — боец. Ты тоже, иначе не добилась бы таких высот в своей профессии. А я хочу сделать хорошую партию.
— И тебе не нужен любящий муж? Хороший отец для твоих детей?
— Скотт им будет. А еще он будет великолепным любовником. К тому же он сказочно богат и красив, как кинозвезда.
— У звезды есть свои темные стороны, — предупредила Алекс.
— Тем интереснее! А теперь нам придется прервать нашу увлекательную беседу. К тебе спешит твой физиотерапевт. Что в тебе такого, Алекс, отчего мужики летят к тебе как мухи на мед? Поделись!
— Право, не знаю. Спроси у Скотта.
— Я вам не помешал? — вежливо поинтересовался Питер, усаживаясь в кресло, с которого так поспешно сорвалась Валери.
— Нет, нет! — улыбнулась Алекс. — Ждут еще одного игрока, и можно будет начинать.
— Я рад, что поехал с вами. И вообще, мне крупно повезло, что я познакомился с тобой…
В этот момент подъехал роскошный антикварный автомобиль. Верх был откинут, водитель и его ослепительная спутница махали руками, приветствуя собравшихся.
— Вот это да! — Питер поднялся, чтобы лучше видеть.
— Лесли Дэрроу со своей последней подружкой, — кратко пояснила Алекс. — Любит покрасоваться наш Лесли. Его семье принадлежит поместье Гленфилд, но сам он большой бездельник. Эту машину держит для особых случаев. Надеюсь, у него хватит ума не сигналить, а то лошади могут испугаться.
Питер удивился:
— Я думал, лошади для игры в поло ко всему привычны.
— Да, вообще говоря, они довольно спокойные, но я сама видела, их могут испугать разные мелочи: вылетит пробка от шампанского, зеркало блеснет, дети расшумятся…
— Понятно. Великолепная машина. И отлично ухоженная. А покрашена–то как!
Вокруг машины уже собралась небольшая толпа, и Питер двинулся туда же.
Сразу видно любителя старинных автомобилей, снисходительно подумала Алекс и снова откинулась в шезлонге.
В следующую секунду начался ад кромешный. Автомобиль затормозил с оглушительным выхлопом. Алекс мысленно выругала Лесли. Нашел где выпендриваться!
Три лошади, привязанные неподалеку, забились в испуге. Средняя поднялась на дыбы. Две другие, заразившись ее паникой, шарахнулись в стороны. Они оборвали поводья и ринулись бешеным галопом как раз туда, где сидела Алекс. Зрители в ужасе разбегались, опрокидывая столы и стулья. Лошади мчались плотной группой.
Алекс попыталась подняться с низкого шезлонга. Со второй попытки она кое–как встала, нетвердо держась на ногах. Она уже не беспомощна, напомнила она себе. Нужно что–то сделать, иначе ее затопчут. Обезумевшие лошади неслись прямо на нее. Несколько мужчин все–таки попытались остановить их. Одного из смельчаков отбросило далеко в сторону. В воздухе клубились тучи пыли. Алекс бросилась бежать, споткнулась, снова выпрямилась, волоча ногу, чувствуя острую боль.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
