видел людей, — ящер дотрагивался до тела капитана, на что тот лишь молча вздрагивал, когда его касался холодный каменный палец. — К деве леса я уже привык, но ты другое, — поизучав ещё какое-то время тело Атона, Элбан наконец отошёл от него на шаг и посмотрел своими немигающими глаза в глаза гвардейца. — Так для чего тебе корона света, Атон Стрэйб?
— Я ищу её для принца, которому служу, — начал гвардеец, беря голос в узду. — Его жена больна и наши лекари не могут её вылечить. Меня послали на поиски девы, которой оказалась Авива, в лес, где, как оказалось, правит владыка Адэхи. Владыка леса, выслушав мою историю, сказал о том, что этого цветка нет в его владениях, но, возможно, его можно будет найти в ваших. По пути к вам мы встретили кентавра, вожака Ярвуда. Он сказал, что этого цветка нет и здесь, но посоветовал нам отправится во владения воды. Поэтому мы и здесь, владыка Элбан. Мы пришли просить вас о помощи.
Каменный ящер, несмотря на свои драгоценные глаза, смотрел очень пронзительно, внимая каждому слову. Едва Атон закончил, на лице ящера появилось подобие ухмылки и он, сплетя свои каменные пальцы на поясе, поднял голову к потолку.
— Люди, хрупкие создания, — заговорил он мечтательным тоном. — Вы живёте всего век, а то и меньше, что по меркам гор всего лишь мгновение. Но несмотря на это, вы цепляетесь за свою жизнь всеми силами, стараясь продлить её даже на несколько лет, — Элбан опустил голову и вновь посмотрел на гвардейца. Теперь на его лице отчётливо была видна улыбка. — Твоё стремление помочь продлить жизнь себе подобному похвально, Атон Стрэйб. Тот кентавр был прав, говоря, что цветка здесь более нет, но также он был прав и в том, что вам нужно отправиться к моему младшему брату, Броуку.
Элбан повернулся к Стрэйбу спиной и пошёл к дальнему правому углу своего зала, Авива и Атон молча последовали за ним. Пока ящер шёл, он взмахивал своей лапой, и те камни, что недавно падали с его могучего тела, рассыпались в пыль и пропадали, возвращая восхитительному залу его первозданный вид.
— Броук, несмотря на то, что он самый юный из нас, достаточно мудрый правитель, — говорил Элбан. — Он, в отличие от нас, сразу увидел в ведьмах угрозу и стал пресекать любые их попытки пробраться в его владения.
— Но я думала, что только владыки могут открывать проходы между владениями? — в голосе Авивы послышалось искреннее изумление.
— Да, это было так, пока ведьмы, когда-то имевшие хоть какие-то моральные принципы, не отбросили их и не заглянули за самую жуткую и мерзкую грань из всех возможных, — в голосе ящера послышались гневные нотки. — Они научились с помощью крови повторять символы перехода, а своей ворожбой заставлять появляться туннели — таким образом они научились без нашего ведома пробираться в наши владения.
— Мерзки твари, — прошипела друидка.
— Да, здесь ты права, — согласился ящер. — Броук, не смотря на свой юный, по нашим меркам, возраст, очень умело охраняет границы. На моей памяти ещё ни одна ведьма не смогла пробраться в его земли и остаться в живых, — Атон не видел лица владыки, но почему-то был стойко уверен, что на нём появилась ухмылка. — Думаю, если и искать нужный вам цветок — то именно в водных владениях. Это лучший выбор.
Добравшись до дальнего угла своего зала, Элбан обернулся и посмотрел на двух путников своими топазовыми глазами.
— Я открою вам проход, — кивнул ящер. — Но прежде чем вы уйдёте — не хочешь ли ты, Атон Стрэйб, посмотреть мои самоцветные залы? — владыка вновь ухмыльнулся. — Ты по достоинству оценил этот, самый малый из них, думаю, тебе придутся по нраву и другие.
— Спасибо за предложение, владыка Элбан, — гвардеец низко поклонился. — Но я не могу долго задерживаться у вас. С каждым днём жене моего господина всё хуже, а как вы сами сказали, мы очень хрупкие создания и в любой момент можем умереть, поэтому я не могу так рисковать.
— Что же, это достойный ответ, — ящер ухмыльнулся и, подойдя к стене, коснулся её лапой. — Dangos eich hun (Покажись).
Там, где лапа владыки коснулась стены, появилась трещина. Несколько секунд она разрасталась в разные стороны, формируя неровный квадрат. Когда он был завершён, кусок стены просто пропал, а в открывшейся выемке что-то лежало.
— На моём языке это dagr, на вашем же, кажется, кинжал, — Элбан пристально посмотрел на лицо ошарашенного Атона и улыбнулся. — Я хочу подарить его тебе, Атон Стрэйб. Ты достойный человек, что достойно оценил моё искусство, — лапа ящера обвела зал. — Прими его.
Стрэйб, не до конца осознавая, что происходит, сделал два шага вперёд и, протянув руку в небольшую нишу, извлёк оттуда подарок владыки. Холодная каменная рукоять, шершавая, но приятно лежавшая в руке, маленькая изогнутая гарда, украшенная разноцветными камнями, явно драгоценными, и змеевидное лезвие, сделанное из какого-то синего металла, по бокам которого были начертаны какие-то символы.
— Это замечательное оружие, — на выдохе произнёс гвардеец, примеряя его в руке. — Этот кинжал столь же чудесен, как и этот зал, владыка.
— Я плохо разбираюсь в вашем… оружии, но я знаю, что вы используете его взамен когтей и клыков, что у вас отсутствуют, — ящер улыбнулся, а после вновь повернулся к стене. — Ну а теперь проход, — владыка протянул свою лапу к стене и, начертав на ней пару символов, произнёс. — Twnnel at y dŵr, yn dangos eich hun. I eiddo pobl eraill, i gael drwy (Туннель к воде, покажись. До владений других проложись).
Стена, до этого казавшаяся монолитной, задрожала и начала отъезжать. С каждой секундой она всё больше углублялась, и вот спустя всего пару секунд окончательно пропала из виду, а стены и потолок образовавшегося туннеля на глазах начали обрастать светящимся мхом.
— Спасибо вам, владыка Элбан. — сказала Авива и поклонилась, Атон последовал её примеру.
— Заходи почаще, дева леса, — ящер кивнул, — и передавай привет Броуку.
— Обязательно, — друидка улыбнулась. — До свидания.
Первой в открывшийся туннель ступила Авива, чуть помедлив, за ней ступил Атон. Едва они в него вошли, кусок стены, который уехал вглубь туннеля, начал расти из пола. Последним, что увидел Стрэйб, было лицо ящера, владыки Элбана, на котором было подобие улыбки. После этого стена поднялась до самого верха, закрыв тем самым дорогу обратно.
Пока они шли, Атон разглядывал кинжал, благо света от мха было более чем достаточно. Пока он это делал, краем глаза замечал взгляды своей спутницы, на лице которой играла лисья ухмылка, точно такая же, как
