что в нашу сторону он продолжает недобро поглядывать. Но и пусть, главное, что конфликта удалось избежать. Повернувшись к парням с девушками, я в первую очередь поинтересовался у Сильф:
— Ты как?
Получил утвердительный кивок, что всё нормально, после чего посмотрел на студентов, улыбнулся и постарался приободрить:
— Ну вот, конфликт исчерпан.
Но те продолжали хмуриться, а Брорн негромко произнёс:
— Профессор, мы никогда не изучали никаких ледяных существ.
А девушка, вторая из горцев, которую звали Айна, растерянно спросила:
— Неужели они правы, и мы тоже ледяные твари? Такие же, как там? — она кивнула в сторону еле видимых на горизонте горных пиков.
— Вы люди, — с некоторой злостью ответил я, — я уже говорил вам это.
— Но собаки…
— Наплюйте на собак, это просто особенность вашего дара.
Тут я посмотрел на замерших ашек, язвительно поинтересовался:
— А вы чего стояли? Испугались этих искателей?
Кто-то стыдливо отвёл взгляд в сторону, показывая, что я прав, но Бари вдруг громко сказал:
— Нет, мы готовились по ним ударить, если они решат напасть.
«Не врёт», — понял я, столкнувшись с прямым и уверенным взглядом юноши.
Трое его друзей стояли рядом с ним и, похоже, были не менее решительно настроены.
— Молодцы, — похвалил я их.
Затем сурово оглядел обе группы:
— Запомните, вы все с одной школы, то есть колледжа. Не важно, какие у вас разногласия или претензии между собой. Вне его вы должны друг другу помогать. Поняли меня?
— Поняли, — пробурчали студенты негромко.
Эти искатели уже скрылись где-то за деревьями, редкие случайные свидетели тоже поспешили исчезнуть, оставались только мои студенты, я, капитан стражи и чиновник. Собственно, он ко мне и подошёл.
— Барон, пока не случилось ещё чего-нибудь, настоятельно прошу ваших учеников увести из города.
— Не получится, — покачал я головой, задумчиво глядя на проглядывающую сквозь деревья реку, — нам магии не хватит, чтобы на нашем летающем корабле вернуться. Надо отдохнуть и восстановить силы.
— И куда я должен вас поселить?
Второй раз за наше знакомство маска невозмутимости треснула на лице чиновника. В этот раз за ней проглянуло отчаяние.
— Просто укажите трактир или постоялый двор, где мы можем расположиться, а заплатить за постой я деньги найду, — уверил я мужчину, отчего тот немного оправился от потрясения и, тяжело вздохнув, задумался.
— Господин Фатол, — капитан стражи бочком-бочком подвинулся к работнику магистрата, — а что если в трактир тётушки Мари?
Я посмотрел на него, и тут мне пришла в голову мысль. А где, собственно, сопровождавшая моих студентов стража? Почему они не вмешались в начинавшийся конфликт? Ни одного стражника я в обозримом пространстве что-то не наблюдал. Неужели самовольно бросили студентов, игнорируя приказ начальника? Какое-то странное поведение для служивых людей. Видать, капитан тоже так подумал, поэтому и полез к Фатолу с подсказкой насчёт постоялого двора. Хотел, наверное, загладить плохое впечатление о своих подчинённых.
Брови чиновника взлетели удивлённо, стоило ему услышать название, но спустя секунду он глубокомысленно хмыкнул и кивнул:
— А ведь верно, там и места на всех найдутся.
— Дорого, небось? — прищурился я.
— Да нет, это Заречный район, недалеко, кстати, от пустыря, про который я говорил, — ответил Фатол, — бедная часть города, не буду скрывать, но, по крайней мере, покой горожан вы там не нарушите.
Был в его словах какой-то подвох, печёнкой чуял, но вариантов немного, да и с местной властью конфликтовать в мои планы не входило, поэтому я согласился. Ну а как, не в парке же нам на ночёвку устраиваться.
Недалеко от нас как раз был мост на тот берег, и, перейдя, мы пошли по дороге вдоль реки, вниз по течению. Тут ещё был нормальный район, хотя главные улицы мостили уже не камнем. Вбивали в землю вертикально короткие брёвна, которые, по мере сгнивания, меняли. Похожая технология, если вспомнить историю, была и на Руси, в том же Великом Новгороде делали раскопки. Ну а что, леса рядом много, почему бы и не использовать.
Домишки тоже были слегка попроще, но добротные, часто двухэтажные, с первым нежилым этажом. А вот когда мы добрались до пустыря, Капитан, что нас сопровождал, остановился. Мы замерли тоже. Дорога обрывалась, упираясь в крепкую металлическую ограду, надёжно отгораживающую жилую часть района от пустыря.
— Дальше я с вами не пойду, — словно извиняясь, чуть виновато произнёс Вардан, — мне ещё возвращаться, а ночью я через Плешь один не пойду.
— Плешь?
— Так называют это место, — ответил капитан, — да сами увидите, там до сих пор не растёт ничего.
А вот это был уже звоночек. Одно дело — просто прорыв тварей, а другое — земля, резко переставшая родить. Значит, действительно, колдовство было сильное.
— А нам-то ничего не грозит?
— Вы маги, — отмахнулся Вардан, — вам не страшно.
Делать нечего, попрощались с ним, зажгли шариков света побольше и, выйдя за забор, пошли по пустырю в указанном капитаном направлении.
Тьма накрывала окрестности густая и плотная, наши световые шары пробивали буквально на пару десятков метров, и из темноты то и дело выныривали остатки старых каменных строений. Здесь, похоже, была не только школа, но и район для богатых. Но твари не могли разрушить здания. Если только это был не ледяной червь, но в черве я сильно сомневался. Нет, что-то тут было другое. Надо будет при свете дня наведаться и всё внимательно изучить. А пока, как можно быстрее добраться до этого трактира тётушки Мари, а то даже мне было малость жутковато в этом месте, что уж говорить про студентов, жмущихся всё ближе друг к другу и ко мне.
Мысли о том, что райончик, куда мы сейчас направляемся, не просто бедный, а, как бы так помягче сказать — неблагополучный, стали закрадываться ещё по дороге, а известие, что по ночам стража туда не ходит, укрепило в этой мысли окончательно. Но бог мой, реальность превзошла все ожидания. Сразу за пустырём начинались самые настоящие трущобы.
Нас встретили кое как сколоченные, покосившиеся лачуги, тотальная замешанная ногами грязь вместо дорог и пропитые, абсолютно бандитского вида рожи местных жителей.
Уличных фонарей тут отродясь не бывало, поэтому мы продолжали подпитывать заклинания света, освещая путь, и то и дело выхваченные из темноты представители местного населения, подслеповато щурясь, медленно расползались с нашего пути, забираясь обратно в темноту.
Мне
