Читаем без скачивания Звездная дверь - Марина Шамова

день ещё не был окончен, а светиться перед подчинёнными Эндрю мне не хотелось лишний раз. К тому же, по рассказам очевидцев и знакомых пропавшего, у меня сложилось впечатление, что он был довольно педантичным и скрупулёзным человеком, так что вероятнее всего — стремился разделять «личное» и «рабочее». В противовес этому, однако, маячило первое впечатление от домашнего кабинета Сонга — пустого, чуть ли не стерильного. Не похоже, чтобы он там жил… Чёрт возьми, в ящиках его рабочего стола было в разы больше личных вещей!

Однако, учитывая сложившиеся обстоятельства, ничто не мешало мне нанести визит Эбигейл, задать ей ещё пару уточняющих вопросов, и, заодно, предпринять ещё одну попытку подступиться к домашнему сейфу. Со всей этой беготнёй и допросом знакомых у меня появилась ещё одна догадка, касательно того, какой же код Сонг мог выбрать для замка, и, признаться, сейчас у меня просто руки чесались её проверить…

* * *

На парковке у «федерального» дома, в отличие от предыдущего моего визита, стоял свеженький кофейный «Крайслер Империал». Я не обманывалась его «курносой» мордочкой — под вытянутым капотом скрывался мощный восьмицилиндровый двигатель. Можно предположить, что обитатели второй части дома — очевидно, соседи Сонгов, — были весьма многодетной семьёй, или же любителями какого-то запредельного простора внутри машины. И с уверенностью можно сказать, что это — крайне состоятельная семья, поскольку эта модель, оснащённая компактным кондиционером, стоило весьма недёшево, и была по карману… Ну, в принципе, обитателям Хиллса, да.

Подняв воротник повыше и натянув шляпу поглубже, я вышла из машины и перво-наперво огляделась по сторонам в поисках потенциального притаившегося BMW «Сахара». Не обнаружив оного, слегка воспряла духом и короткой перебежкой преодолела расстояние до крыльца под широким козырьком, с уголков которого сейчас тонкими струйками стекала дождевая вода.

Сбоку от двери, на высоте глаз, обнаружились две кнопки, рядом с которыми располагались приколоченные таблички: «Сонг» и «Максвелл».

Подосадовав на себя, что не обратила внимания в прошлый раз на эту мелочь, я надавила на кнопку рядом с нужной мне фамилией.

«А можно было бы, между прочим, и Максвеллов этих опросить! Растяпа…» — отругала я себя, тут же, однако, мысленно парировав, что у меня до сих пор не было недостатка в свидетелях, и, если не выгорит, можно будет и до них добраться. Попробовать, хотя бы.

Шагов я, разумеется, не услышала — входная дверь была достаточно толстой, это я оценила ещё в прошлый раз, — и когда та открылась, даже слегка вздрогнула.

Стоящая на пороге Эбигейл была одета так, словно могла в любой момент набросить на плечи пальто и отправиться в дорогой ресторан или театр — только перчаток и сумочки не хватало, в качестве аксессуаров, да тёплая шаль, наброшенная на плечи, придавала облику одновременно домашний и какой-то неуместно «старушечий» вид.

— Мисс Вудворт? — выражение лица женщины было крайне встревоженным — что неудивительно, поскольку я о своём визите не предупреждала. — Что-то случилось?

— Рабочий процесс, миссис Сонг, — я как могла успокаивающе улыбнулась, после чего кивнула ей за плечо. — Я могу войти?

— Да, Бога ради, прошу меня простить! — воскликнула Эбигейл, делая шаг назад и приглашающе махнув ладонью — другой плотнее сжимая шаль на груди. — Входите, детектив.

— Благодарю, — я кивнула, перешагивая порог и с удовольствием окунаясь в тепло, которым оказались пропитаны стены этого дома.

— Вы нашли Эндрю? С ним всё в порядке? — взволнованно спросила хозяйка, сверля меня требовательным и немного несчастным взглядом.

Я отметила залёгшие под глазами тени, от которых удивительным образом лицо Эбигейл казалось выразительнее и аристократичнее, и в который раз позавидовала такой непринуждённой элегантности.

— Пока нет, миссис Сонг, однако кое-что мне всё же удалось выяснить, — стараясь подбирать максимально осторожные выражения сказала я, находя взглядом гостевую вешалку и с облегчением избавляясь от мокрого и потяжелевшего пальто и шляпы.

— Вам что-нибудь известно о лодочном сарае, который ваш супруг приобрёл примерно полтора года назад?

Эбигейл нахмурила изящные брови, явно задумавшись, после чего отрицательно помотала головой:

— Боюсь, не припомню ничего такого…

— Да, ваш супруг не особо посвящал вас в свои дела, но, быть может, обмолвился как-нибудь — за ужином, например, — я понимающе кивнула, после чего махнула рукой в направлении лестницы. — Я хотела бы вновь посетить его кабинет, если вы не возражаете?

— Разумеется, мисс Вудворт, — на лице женщины читалась неподдельная растерянность, что мне понравилось, хотя и тут я формировала минимум одну «вилку»: прекрасная актриса, или искренне озабоченная жена.

— В таком случае, может, вам что-то известно об аренде причала номер «восемь» в частных доках? — как можно более нейтральным тоном уточнила я, поднимаясь наверх.

— А! — тут же радостно откликнулась Эбигейл. — Помню! Раз в полгода Эндрю просил меня озаботиться оплатой аренды — по сути, просто передавать чеки одному господину…

— Вы ездили в порт? — я воззрилась на неё с некоторым удивлением.

— О, что вы, — с тихим коротким смешком миссис Сонг помахала рукой. — Мы встречались в кофейне неподалёку отсюда. Эндрю заботился обо мне, и не хотел, чтобы я чрезмерно утомлялась долгими прогулками.

Дежурно расспросив её о внешности «одного господина», я без труда признала в нём того самого елейного администратора, с которым имела беседу в доках, и мысленно поставила галочку: сходится.

— А почему вы спрашиваете, детектив? — вновь настороженно посмотрела на меня Эбигейл, когда мы пришли в кабинет Сонга, где всё оставалось ровно таким же, как мне запомнилось.

— Утром седьмого апреля, после выхода из дома, мистер Сонг направился в порт, откуда, собственно, около полудня отбыл на арендованном катере вверх по течению реки, — спокойно и размеренно заговорила я, подходя к сейфу и без особого труда выуживая из памяти настоящую дату смерти Томаса. — По итогам беседы с мистером Фергюсом, мне стало известно, что у мистера Сонга была приобретена недвижимость — как раз где-то выше по реке, некий… сарайчик…

Щёлк. Щёлк. Щёлк…

Бинго!

Я почувствовала, как под пальцами слегка дрогнула рукоять лимба, а затем дверь сейфа немного, буквально на миллиметр, подалась наружу.

— Вы… вы узнали код от сейфа Эндрю? — удивлённо выдохнула где-то за спиной Эбигейл, а я, не сдержав слегка самодовольной улыбки, с некоторым усилием потянула на себя ручку — металл дверцы оказался что надо.

— Небольшое расследование в кабинете мистера Сонга навело меня на мысль… И она оказалась верна. Дата смерти Томаса — но не формальная, а фактическая — просто чтобы вы знали.

— Ф… фактическая? — дрогнувшим голосом переспросила женщина, и я про себя чертыхнулась — в азарте, увидев внутри сейфа сложенные бумаги, какие-то коробочки и конверты, я начисто забыла о чувстве такта.

Пожалуй, стоило выразиться как-то иначе. Или хотя бы другим тоном…

— Мистер Сонг очень скорбел о Томасе, настолько, что воспользовался связями мистера Гилмура в армии, и узнал точную дату смерти вашего сына. Я думаю, для него это очень важно, — я постаралась смягчить голос, насколько могла, перекладывая содержимое сейфа на стол. — Девятнадцатое марта.

Судорожный вздох, перешедший во всхлип, заставил менять поднять взгляд — хотя, видит Бог, я этого не слишком хотела делать. Увиденное, однако, меня в равной степени потрясло и насторожило: лицо Эбигейл исказилось диковатой смесью страдания, ненависти и злости. Тонкие брови изломались, словно от боли, но в наполненных слезами глазах плескалась такая ярость, что я в который раз подумала — а не поспешила ли я выписывать супругу из подозреваемых?

— Миссис Сонг? — осторожно позвала я, поскольку взгляд её устремлялся куда-то сквозь меня — в тёмные глубины прошлого, очевидно. — С вами всё в порядке?

Сказала — и мне самой стало тошно от этого глупого машинального вопроса, сорвавшегося с языка. Очевидно же, что нет, не в порядке!

— Скорбел?.. Конечно, он скорбел! Это ведь так просто — лить пьяные слёзы о погибшем сыне! Намного проще, чем воспитать первенца и подарить хотя бы чуточку отцовского тепла и любви!.. — жутким шёпотом закричала Эбигейл, и у меня самой поневоле сжалось сердце — в не менее ненужном сострадании. — Он хотел слепить из него чёртового вояку, и ему было плевать, что Томми изо всех сил тянулся, чтобы стать ближе к нему! Помогать с этими проклятыми делами, разбираться в прорве бумажек…

Голос её сорвался окончательно, и Сонг съёжилась, закрывая лицо руками и беззвучно вздрагивая. А я поняла, что ещё вызывало глубокую внутреннюю