Читаем без скачивания Под небом Финского залива - Лира Ерошевская

- Вкусный,- сказал Сергей.- Только жаль его, не пожил на белом свете, как и та девочка, которую в массовке убили.

Они стали вспоминать подробности своего участия в массовке, мягко иронизируя над собой и Светой.

К их столу подошел метрдотель с двумя красивыми девушками, одетыми в такие же красивые мини-платья, короткие и декольтированные как спереди, так и сзади. Только тесемки на спине одной и бретели на плечах другой поддерживали платья на изящных, точеных фигурках их обладательниц.

Света подняла голову и глаз не могла оторвать от их умело накрашенных, молодых и красивых лиц. Им было чуть за двадцать, не больше, и, хотя одна из них была блондинкой, а другая брюнеткой, они очень хорошо гармонировали друг с другом и оттеняли одна другую. Нежно-голубого цвета с блестками платье блондинки и ярко-красное платье брюнетки подчеркивали нежные очертания лица одной и броскость другой.

Вы не против? - обратился метрдотель к ребятам и, как тот мужчина, что приглашал Свету на танец, не дождавшись ответа, указал широким жестом на свободные стулья со Светиной стороны:

Садитесь!

Позвольте,- сказал Сергей (он всегда в ответственных ситуациях брал на себя инициативу),- разве все столики в ресторане заняты?

Я подумал, что вам будет веселее,- извиняющимся тоном сказал метрдотель в то время, как девушки уверенно усаживались за столиком.

Нам и так весело,- буркнул Сережа одновременно с восклицанием брюнетки:

Мальчики, вы не пожалеете, мы действительно очень веселые.

Сережа посмотрел на Свету, Света пожала плечами. "Да пусть сидят",понял Сергей ее неопределенный жест. Что-то ему не понравилось, он нахмурился, налил из графинчика одному себе, хлебнул, поставил рюмку на стол.

Вы не курите? - спросила брюнетка, распечатывая пачку с сигаретами и особым жестом выбрасывая наполовину из коробки сразу несколько сигарет, блондинка одну подхватила.

Не курим,- ответил Гена не очень любезно, так как Сережа пока что хмуро смотрел на дно пустой рюмки.

Зря, мальчики, очень расслабляет и успокаивает нервы,- очевидно, она намекала на Сергея, но он то ли не слышал, то ли делал вид, что не слышит: такое отреченное, задумчивое выражение было на его лице. Непонятно было, о чем он задумался. "Может, что-то вспомнил",- подумала Света. Но эта набежавшая на его лицо тучка через минуту исчезла, и он, по своему обычаю, широко и открыто улыбнулся всем сидящим напротив него.

К девушкам подошел официант.

- Заливная рыба - две порции, два кофе,- сделала заказ блондинка.

- И пепельницу,- сказала брюнетка, глубоко затягиваясь и стряхивая пепел прямо на пол рядом со своим стулом.

Официант показал рукой на объявление, висевшее прямо напротив: "У нас - не курят".

- Нам можно, у нас слабые сигареты,- капризно и кокетливо сказала блондинка и посмотрела из-под длинных ресниц лукаво и просительно.

Официант феноменально быстро исполнил их заказ, заливная рыба и пепельница появились, как по "щучьему велению".

- Кофе - потом? - спросил он и, получив утвердительный ответ, удалился на зов с соседнего столика.

Все начали ковыряться в своих тарелках.

Ну что, еще налить? - спросил Сережа, особо ни к кому не обращаясь.

Как хочешь,- сказала Света вполголоса.

Сергей разлил коньяк. Как раз им с Геной по полной рюмке получилось. Посмотрел на Свету и ее графинчик, сказал, наливая в ее рюмку:

- Эх ты, выпивоха! Может, девочки выручат? - и уверенно разлил остатки в их бокалы для воды.

Девочки просияли:

Спасибо! - Сережа был одарен проникновенной улыбкой.

Гена, твоя очередь тост произносить,- сказал Сережа.

Ну, третья рюмка всегда поднимается за тех, кто в пути, кто в море, кто на дежурстве, короче, за всех, кому сейчас не до рюмки. Вот за них давайте и выпьем,- сказал Гена.

И за тех, кому завтра в море, в путь и на дежурство,- добавила Света, поднимая рюмку.

Какой интересный тост,- сказала блондинка.- Я даже никогда не слышала такого.

- Какие твои годы,- пошутил Сережа.- Вот с наше поживешь, все будешь знать.

- И еще: чтобы когда мы будем в пути или на дежурстве, то за нас тоже поднимались тосты.- Гена выразительно посмотрел на Свету.

- И еще за наше знакомство,- сказала брюнетка, протягивая свой бокал навстречу маленьким рюмочкам, блондинка поддержала подругу:

Хорошее знакомство всегда в прибыль!

Бывает, и от прибыли голова болит,- возразила Света.- Ей не понравилось почему-то упоминание о прибыли, но девочки ее просто не услышали, даже головы не повернули, чтобы вдруг и правда она, голова, не заболела.

Все выпили, стали закусывать. Оркестр заиграл что-то вроде бравурного марша.

Какая-то непонятная музыка для ресторана,- сказал Гена.

Это они дают понять, что больше нас развлекать музыкой не намерены вышибальный марш, как говорят на танцах,- пояснил Сережа.

Ах, неужели больше не будут играть? Ну ничего... Это у них передышка. Перед закрытием бывает самая волнительная музыка,- сказала брюнетка.- А вообще у нас все не поймешь как! Вот я была во Франции - какой там шарм, какие веселые беззаботные люди, ну просто невозможно сохранить серьезность рядом с ними. Видно, на них влияет мягкий климат. А какая там музыка! У нас есть такая музыка?

Про какую музыку вы говорите? - спросил Гена.- Про эстрадную или классическую?

А... Все равно... Классическая музыка у нас вообще сплошная тягомотина.

Подождите, ну можно по-разному относиться к Шостаковичу, ну а Щедрин, Свиридов? Я уже не говорю о композиторах прошлого века. Неужели вам не нравится?

Ах, оставьте,- в разговор вступила блондинка.- У нас такая тоска в любой мелодии, что хоть вешайся. А у французов музыка веселая, оживленная, зажигательная, такая...- блондинка подыскивала слово.

А грустной нет? - спросил Сергей.- Какое однообразие, неужели так бывает? Но ведь в истории этого народа были свои трагедии, да еще какие. И не одной печальной мелодии?

Ах, может, и есть,- отмахнулась брюнетка.- Меня, кстати, Таней зовут,она выразительно посмотрела на Гену.- А вас Геной, кажется, я так поняла... Так вот, мы же говорим не о том, есть там печальные мелодии или нет, а какая большая разница: у них и у нас, и во всем, причем. Взять стриптиз. Вы видели у нас где-нибудь настоящий стриптиз? Может, где-нибудь в Прибалтике, в ночных ресторанах, не знаю... А ведь тело женщины - это такая красота. Пластический танец и красивое тело! Где вы его можете увидеть? По-настоящему красивое женское тело?

На пляже,- с напускной серьезностью сказал Гена.- Да, Сереж?

На пляже? - удивленно переспросила блондинка.- Да какое вы там увидите тело? Боже, наши женщины так много едят и так любят вкусно покушать, что уже в тридцать лет - это бесформенные обрубки. Послушайте, как едят во Франции: утром - кофе с сахаром и маленьким кусочком хлеба с сыром, обед суп луковый и омлет, ужин - кофе с молоком, без сахара. Все! Но какие стройные женщины! До самого преклонного возраста. А нас тискают с детства, а потом мы привыкаем и едим с утра до вечера все без разбора, да еще пожирней любим, и результат - в тридцать лет мы имеем в лучшем случае фигуру рембрандтовской "Данаи".

Девочки не лыком были шиты, а с последним их утверждением Света, пожалуй, могла бы согласиться. Но Света больше не пыталась и слова вставить в этот эмоциональный поток сентенций, да это было бы и мудрено. Девочки вели себя так, как будто ее и не существовало за этим столом. Она сидела, смотрела и слушала, ни спорить, ни возражать, ни поддерживать разговор ей не хотелось, вино начинало на нее действовать усыпляюще, как всегда. Однако ей было интересно наблюдать за разгорающейся полемикой.

А чем вам не нравится "Даная" Рембрандта? - спросил Сережа.- Красивая женщина, хотя и не отличается совершенством форм.

Вам нравятся такие фигуры? Скажите, разве можно сравнивать стройных двадцатилетних с сорокалетними, располневшими женщинами?

А почему нельзя?

Да, конечно, сравнивать можно, но в чью пользу будет сравнение? В чью пользу? - повторила она вопрос.

Когда в чью. И потом, кому что нравится. У меня есть один товарищ знакомый, так он до умопомрачения любит полных женщин, мягко говоря, а если не мягко - то толстых до безобразия.

Это отклонения... отклонения от нормы... Вот вы, я точно знаю, полных не любите,- она потянулась через стол и взяла руку Сергея в свою ненадолго, почти тут же отпустила.- Кстати, как вас зовут? Вашего соседа Гена, я уловила. А вас? Подождите, не говорите, я отгадаю: Виктор, не правда ли?

зовут Сергей, ты не наблюдательна, Ника. Геннадий назвал его Сережей есенинское имя. Сергей Есенин! Вот стоящий поэт России. Какие стихи, какая напевность, какое обожание и воспевание женщины. Это вам не Владимир Маяковский, которого даже понять невозможно, не поэзия - сплошные лозунги,брезгливо сказала брюнетка.

- Ну почему же, очень понятный поэт, главное - богатая образность,сказал Сергей.

Да у него ни одной строчки о женщине, как будто он никогда и никого не любил.