правда?
— Заткнитесь, Хаберг. Я сделаю вам большое одолжение — не стану передавать ваши слова Совету. Считайте это милостью.
— Наверное, куча отцов до меня говорили то же самое, пытаясь защитить своих невинных дочерей?
— Довольно. Последнее предупреждение!
— Эй, Тень! Тот, кто это сделал, не остановится!
Послышались шаги, затем рычание мотора и шелест шин.
— И уничтожит вас всех. — Тихо вздохнул Хассе. — Надеюсь на это.
Майя на цыпочках вернулась в кухню.
— Папа, — сказала она, когда ее отец вошел в дом и запер дверь на замок.
— Я знаю, что ты подслушивала. — Произнес он устало. — А теперь иди спать, Майя.
— Но…
— Никаких вопросов. По крайней мере, сегодня. Я еще пытаюсь уложить это в своей голове.
* * *
Она слушала «Demons» группы «Imagine Dragons» и наблюдала, как черные тени ползут по грязному снегу, облепившему края дороги. Это ветви деревьев плясали на ветру. Майя даже сквозь музыку слышала, как скрипит крыша, а солист надрывался: «Когда почувствуешь мой жар, посмотри мне в глаза: там таятся мои демоны, таятся мои демоны. Не подходи ближе! Здесь слишком темно! Здесь таятся мои демоны…»
Левой рукой Майя коснулась крестика на груди, что подарила ей мать, а правую ладонь положила на стекло окна — его холод пронизывал буквально до костей, заставляя руку неметь. Также холодно было сейчас и ее сердцу без материнской ласки. Она скучала. Ей очень не хватало ее нежной, доброй и мудрой мамы.
От Биби пришло сообщение. Майя взглянула на экран телефона.
— Беру свои слова обратно. — Писала подруга.
— Какие именно?
— Что Хьюго втрескался в тебя.
— Ха-ха. Почему?
— Он спрашивал меня про школьную вечеринку в честь «Приветствия весны». Кажется, собирается меня пригласить.
— А ты?
— Не стала навязываться, включила дурочку. — Биби добавила кучу разных эмодзи к сообщению. — Похоже, Хьюго нужно набраться смелости, чтобы произнести это вслух.
Майя бросила взгляд на темную улицу, затем снова посмотрела на экран и, немного подумав, написала:
— Рада за тебя!
И следом отправила несколько реакций, чтобы сообщение казалось эмоциональным. На самом деле, мысли о Хьюго были вытеснены из ее головы последними событиями. Зная отца, она чувствовала, что он многого не договаривает, и переживала, как бы он не вляпался в неприятности. Внимание к их семье со стороны Совета тоже лишь добавляло тревоги.
Майя легла в постель, и тут же к ней запрыгнул черный кот. Она похлопала по одеялу рядом с собой, и тот, словно послушный пес, разлегся возле нее.
— Хороший мальчик. — Она потрепала его шею, почесала лоб и за ушами, затем погладила спинку. — Мой красавчик.
Он затарахтел, и под эту мелодию Майю начало клонить в сон.
Глава 12
Микке смотрел на оковы на своей правой руке. Такие не удержат вампира, если он захочет освободиться — нужны лишь силы, а это — чья-то кровь и чья-то жизнь.
— Давай, малыш, — зазвенел в голове противный голос древней вампирши, — возьми своё, съешь этого жалкого человечишку!
Микаэль зажмурился, слушая, как она хохочет. Это было невыносимо. Возможно, он болен, его разум отравлен и медленно погибает. Он так устал от этого, устал от мучений, от голода, который, приходя, истязает все тело. Такой ли вечной жизни он хотел, когда решил стать вампиром? Таких ли сил просил у Адельгейд? Сил, что оборачиваются проклятьем для всего живого, что оказывается рядом в моменты его слабости.
Возможно, поэтому он решил остаться здесь еще ненадолго. И поэтому доверился этому чудаку Хабергу, который, как ему кажется, скрывает не меньше него самого.
Послышался скрежет ключа в замке, затем скрипнула дверь. Микке приподнялся и сел. На лестнице раздались шаги, затем щелкнул выключатель, но свет не загорелся.
— Черт. — Пробормотал Хассе. — Лампочка перегорела.
Она и так мигала — то светила, то гасла. Видимо, закончился ее ресурс.
— Сейчас.
Микке слышал, как мужчина дышит, как бьется его сердце. Он ощущал запах мыла и зубной пасты, исходящие от него, но было и что-то такое, что-то непривычное, ягодное, сладкое, чем тянуло сверху, что немало смутило вампира.
— Так лучше. — Прошептал Хассе, включив фонарик и направив луч вниз. Заперев дверь изнутри, он стал медленно спускаться. — Как тебя? Микке?
— Я здесь. — Усмехнулся парень.
— Ты согрелся?
— Да. Твой плед помог. — Ответил он, глядя на свет. — Хоть, и воняет кошатиной.
— О, прости. Это, наверное, Готтфрид на нем полежал.
— Твой кот?
— Да. — Хассе остановился в трех метрах от него и опустился на стул. — Слушай, я хочу осмотреть твои раны, но мне в голову пришла вот какая штука.
— Какая же?
Хаберг сделал глубокий вдох.
— Ну, же. — Поторопил Микаэль. — Я чувствую, как растет твое волнение.
— Я хотел сказать. — Доктор поежился, все-таки, в подвале было прохладно.
— Говори.
— Все слишком просто. — Выдохнул он, поправив очки. — Ты слишком просто отреагировал, когда очнулся и обнаружил себя в кандалах. Я имею в виду… ты слишком спокойно отреагировал на то, то стал моим пленником. Собираешься убить меня, как только я подойду ближе?
— Для начала перестань светить мне в глаза. — После паузы сказал Микке. И после того, как Хассе опустил фонарик, продолжил. — Так-то лучше.
— Прости.
— Не извиняйся. — Сев удобнее, сказал вампир. — Во-первых, док, я и так знаю, что у тебя поджилки трясутся. Ты меня боишься. Во-вторых, я чувствую, что твое любопытство намного сильнее твоего страха, и это мне нравится. Я для чего-то нужен тебе, и, будем честны — ты меня спас. Хотя, мог и не делать этого. А я никогда не был неблагодарным.
— Так, значит…
— Я не договорил. — Парень остановил его движением головы. — Итак. Ты прав — я могу сожрать тебя, если дотянусь. Разорву шею, и ты очень быстро потеряешь сознание от потери крови. И для этого мне даже не нужно будет избавляться от оков. А, выпив всю твою кровь до последней капли, я смогу разорвать эти оковы так легко, будто это тонкие нити.
— «Но». — Подсказал Хаберг хрипло.
— Но ты мне действительно нравишься. — Пожал плечами Микке. — И мне нравится твоя идея насчет моей крови. Я хочу,
