Читаем без скачивания Черные горы - Фред Саберхаген

И прямо над собой он услышал слабый шорох сандалий и прерывистое взволнованное дыхание.

— Где он? — донесся до него тихий шепот одного из охранников. — Если демоны все-таки забрали его, они, конечно, доложат об этом. Тогда мы влипли!

Теперь глаза Чапа достаточно привыкли к мраку, чтобы несколько лучше разглядеть тварь. Она была толщиной с его руку, но в длину больше человеческого роста; хвост почти такой же длины был покрыт множеством шипов. Казалось, человек с сильными руками мог бы легко сломать тонкую шею этой твари. Если не считать того, что при первой же попытке схватить ее этот хвост принялся бы хлестать в темноте, словно бич, от которого нельзя было бы ни защититься, ни уклониться… а усеивавшие его кончик ядовитые иглы были длиннее пальца. Как мог человек с голыми руками противостоять такой твари?

Ну что ж, чему быть, того не миновать. По крайней мере медлительность одурманенной стоножки давала ему шанс. Холодный расчет заставил Чапа отказаться от разработки более детального плана. Он доверился своему чутью; причины станут ясны, когда у него будет время подумать о них.

Животное, пытавшееся встать, почти добилось успеха. Чап сделал глубокий вдох и приступил к действиям. Он затопал сандалиями по полу, имитируя торопливые шаги, и тихо, но отчетливо позвал:

— Спускайте лестницу.

Сверху донесся смешок.

Стоножка продолжала скользить к Чапу, шелестя по камням лапками и туловищем. Двигаясь быстрее одурманенной твари, Чап обогнул ее и зашел к ней сзади. Затем почти в полной темноте схватился незащищенной рукой за хвост у самой кисточки с ядовитыми шипами. Затем уперся ногой в то, что можно было бы назвать рылом твари и придавил его книзу, когда стоножка попыталась подняться. Держать хвост прямо было довольно легко, но множество хрупких на вид ног обладали силой, удивительной для их размеров. Как только действие яда полностью прекратится, ему придется туго, тем более, что он не должен убивать эту тварь. Интуиция испытанного бойца, на которую он полагался, сразу подсказала ему, хотя он не задумывался над этим сознательно: успех или провал плана Чармианы должен зависеть от него. Убить это животное означало бы насторожить Сома и раскрыть со временем весь план.

Голоса над головой стали подзадоривать тварь.

— Спустите лестницу, скорей, во имя всех демонов! — закричал Чап. Находясь вне поля зрения сторожей наверху, он навалился на туловище животного, прижимая его к земле. Его правая рука по-прежнему сжимала хвост, левая — стискивала шею.

— Ну-ка, справься с ней, великий повелитель Чап! — откликнулся голос одного из охранников. — Что случилось, может, ты забыл свой меч?

Он ответил невнятным возгласом ярости, слегка сдвинув руки на туловище животного, и встал, взвалив его на плечи. Оно оказалось довольно тяжелым для своих размеров — примерно в половину веса человека.

— Похоже, что она добралась до него.

— Должно быть, так. Все же подождем немного.

Сотня ног продолжала шевелиться, слегка холодя при касаниях голову Чапа. Он пошевелился со своим отвратительным грузом на плечах, предусмотрительно сдвигаясь из поля прямой видимости тех, кто был наверху, стараясь ступать беззвучно.

Один из невидимых голосов произнес:

— Бросай приманку. Мы ждали достаточно долго. Она ужалила его, иначе он продолжал бы топать.

— Он мог убежать обратно в склеп.

— Тупица! Слова не могут сработать дважды в течение одной ночи, забыл? Ханн предупредил нас об этом. Ни один человек не побежит к проснувшимся демонам, даже если его преследует стоножка. Бросай приманку, мы не знаем, когда собирается прийти проверяющий.

— Ладно, ладно. Где эта тварь? Нужно швырнуть ей прямо под нос.

Чап снял свой груз с плеч и осторожно опустил перед собой, ровно настолько, чтобы маленькие ножки царапнули по полу.

— Там, там, слышишь? — Чап услышал тихий шлепок — отравленный плод Ханна упал примерно в метре от него. Он выждал, медленно считая до десяти, зажимая туловище своей отвратительной пленницы под левой рукой, стискивая смертоносный хвост не знающей устали, привыкшей к мечу правой. Затем он снова прижал сотню ног к плитам пола, на этот раз коснувшись камней и извивающимся туловищем, чтобы раздался звук, будто от конвульсий и падения.

— Она схватила приманку. Спускайся.

— Ты спускайся, если так торопишься. Подождем, пока она свалится, я говорю.

Чап снова поднял животное и тихо переместился на новую позицию.

— Теперь она готова. Спускайся и вытащи могучего повелителя Чапа.

— Мы ведь уже договорились, что ты спустишься!

— Ты же всегда похвалялся, что сильней меня. Так что поторопись.

Послышался рев страха и злобы.

— Быстрее! Что, если придет проверяющий?

В конце концов верх одержал карлик; высокий мужчина со шрамом начал медленно, с опаской спускаться по лестнице, вглядываясь в темноту, туда, где, по его мнению, должны были лежать и Чап и тварь. Он держал меч наготове и быстро обернулся, когда услышал за собой мягкие шаги Чапа. Затем он вскрикнул и, отскочив, упал, когда увидел, каким оружием размахивает Чап.

Не колеблясь, Чап развернулся и бросился вверх по лестнице, держа тварь над собой в вытянутых руках. Он увидел выжидательно уставившееся вниз лицо карлика, которое затем в ужасе отшатнулось и пропало из вида.

Карлик излишне замешкался, вытаскивая меч. К тому времени Чап уже достиг вершины лестницы, швырнул животное обратно в яму и настиг человечка. Попавшая в стальные клещи толстая рука с мечом выворачивалась до тех пор, пока оружие не зазвенело по полу, затем и сам карлик был отброшен на противоположный конец комнаты.

— Осади назад! — рявкнул Чап, прижавшись спиной к двери. — Я не собираюсь ни убивать здесь, ни приманивать сюда валькирий, чтобы они прожужжали вниз по туннелю, забрали тебя и вызвали расследование. А теперь стой на месте!

Обезоруженный карлик, скуля, сидел там, куда он был отброшен, и не выказывал ни малейшего намерения нападать. Как и высокий со шрамом, который, выиграв у стоножки состязание в скорости, которое воистину было гонкой ради жизни, замер теперь у верха лестницы. Высокий был вооружен, но теперь вооружен был и Чап, подобравший меч карлика; и то, что Чап только что проделал, не имея меча, изрядно подняло его авторитет в глазах сторожей.

Мужчина отступил. Чап кивнул и, одной рукой нащупав позади себя массивный засов на двери, отодвинул его в сторону.

— План, по которому вы действовали, остается в силе, и если вы сыграете свои роли, я посмотрю, как вас вознаградить. — Про себя Чап подумал: «Если уцелеете». Он продолжал говорить хорошо поставленным повелительным голосом: — План все еще в силе, но теперь я задаю тон, а не те, кто первыми подкупили вас и проинструктировали. Помните об этом. Поднимите лестницу.