Замок Монтекьер встретил нас широким рвом и высокими стенами с выступающими наружу угловыми башнями. За зубчатой крепостной стеной, резко очерченная на фоне голубого неба, стояла главная башня замка. Не успели мы спешиться и привести себя в порядок, как нас позвали к столу. Оказалось, что слуга был еще раньше направлен в замок с известием о скором прибытии хозяина. Если в хижинах крестьян царила острая нужда, то в замке всегда имелось всего в избытке. Сидя в компании из семи человек я смотрел на стол, ломившейся от пирогов с различной начинкой, кусков мяса и блюд из дичи. Меня немало удивляло подобное расточительство среди дворян, ведь всем этим можно было спокойно накормить взвод солдат до отвала. Впрочем, это соображение не мешало мне выбирать куски повкуснее.
За столом помимо нас пятерых присутствовало еще три человека: шевалье Амори Монтикур, друг хозяина замка, сэр Отто Харнит, странствующий рыцарь из королевства Богемии, и замковый капеллан.
Дрова трещали на огромном очаге, соколы в шапочках спали на своих нашестах, свирепые шотландские борзые в ожидании подачки теснились за нашими спинами на изразцовом полу, а возле каждого из гостей стояли нарядные, одетые в цвета хозяина замка, пажи. Вроде все было как всегда. Желудок грел вкусный обед, душу - оживленный разговор и в тоже время я чувствовал себя как-то неловко. Дело было не в хозяине замка и его гостях, а в деревне, сквозь которую мы проскакали с полчаса тому назад. Жалкие лачуги с соломенными крышами и грязные, забитые крестьяне, кланяющиеся чуть ли не до земли. И вот теперь эта роскошь. Контраст между безысходной нищетой и пышным богатством оказался настолько резок, что даже меня, уже привыкшего к реалиям окружающей жизни, покоробило. Несмотря на это, я старался быть веселым, приправляя свои рассказы шутками и интересными подробностями. Все вокруг смеялись, и в свою очередь, старались отвечать мне шутками и остротами. Немецкому рыцарю тоже было что рассказать, но героем дня, вне всякого сомнения, стал я. Закончив рассказ о "битве двадцати рыцарей", потом еще некоторое время отвечал на вопросы, после чего хозяин отправил всех отдыхать, чтобы через несколько часов снова собрать за столом и услышать мой рассказ о захвате замка Живодера.
Спать не хотелось, и я отправился посмотреть, как разместили моих людей. Нашел их сытыми, слегка пьяными и довольными жизнью, в окружении латников и слуг барона. Те, с жадным любопытством, внимали рассказу англичан, как был взят замок Живодера. Одни были увлечены - рассказывая, другие - слушая их рассказ, поэтому никто внимания на меня не обратил. Постоял, потом развернулся и отправился в отведенные мне покои. Войдя в спальню, подошел к окну и выглянул на замковый двор. Он был пуст, за исключением шести телег, въезжающих сквозь широко распахнутые ворота. Все они были загружены мешками, кулями, корзинами. Откуда-то раздался повелительный окрик. Телеги разом остановились. С десяток крестьян, их сопровождавших, тут же сдернули шапки и, склонив головы, застыли в ожидании. Минут пять они стояли посреди двора, пока к ним не подошел, заплывший жиром, крупный мужчина, чуть ли, не на голову выше каждого из них. Угрозы и проклятия посыпались из него, как из рога изобилия, потом он перешел от слов к делу. Сбил сначала с ног одного крестьянина, затем другого, после чего уже нехотя съездил по лицу третьего. Задал несколько вопросов, которые я не расслышал, после чего пришел в ярость и принялся избивать ногами лежащих. Бедняги, даже не кричали, только вздрагивали всем телом при каждом ударе. Избиение продолжалось до тех пор, пока жирный не устал. Отступив на шаг, тяжело отдуваясь, он стал вытирать рукавом пот со лба.
"Устал, урод, - мысленно прокомментировал я его передышку и уже собрался отойти от окна, как тот вдруг заорал: - Бездельники!! Бочки для вина!! А ну живее тащите сюда свои задницы!!
На его крик прибежало трое солдат. Двое из них пинками заставили подняться избитых крестьян, после чего поволокли их куда-то, а остальные крестьяне с телегами под надзором третьего стражника отправились на разгрузку. Сцена расправы снова напомнила мне о гнилой соломе на крышах крестьянских домов и голодных взглядах детей, затем мысли сами собой съехали на схватку с отрядом восставших крестьян.
"Эти безумные голодные глаза. Брр! Не хотелось бы мне снова пережить нечто подобное. Ох, не хотелось!".
Отойдя от окна, несколько минут разглядывал спальню. Чем заняться? Лечь? С минуту колебался, но потом все же лег на кровать, поверх одеяла.
"Засну, так засну".
Разбудил меня слуга, посланный за мной. Он же проводил меня в кабинет хозяина замка, после чего тот целый час показывал свои владения: хвастался то лошадьми, то собаками, пока не наступило время идти к столу. Праздничный ужин был не в пример пышнее обеда.
Мой рассказ пошел, как говориться: "на ура!". Потом были опять вопросы. Причем большая часть их касалось богатств, которые достались мне в качестве добычи. Как оказалось, о сокровищах Живодера в народе ходили разные истории. Среди них, был также слух о его налете на королевский обоз с золотом.
"Сундук с золотом, говорите.... А я-то гадал....".
Когда эта тема исчерпалась, разговор снова вернулся к "схватке двадцати". Теперь все наперебой сетовали на то, что им не удалось участвовать в ней. Потом снова ели и пили. В пьянке я не участвовал, а только делал вид, что поддерживаю компанию. Еще днем я выдал им сказку о взятом мною обете умеренности в еде и питье, поэтому никто не возмущался тем, что я пренебрегаю компанией. Впрочем, мало пил и граф де Монтиньяк, у которого, я оказался прав, были нелады с желудком. Его умеренность сказалась и на его племяннике, который старался во всем походить на дядюшку.
Когда наступила полночь, я вежливо намекнул на дальнюю дорогу и распрощался с хозяином и его гостями, но на половине дороге понял, что спать не хочу, так как выспался днем, после чего свернул в сторону крепкого деревянного сарая, где расположили моих людей. После недолгого разговора я был готов идти спать, как дверь слегка приоткрылась, и в помещение скользнул Чжан. Его отсутствие и поздний приход меня не насторожил, так как я сам разрешил ему провести тренировку ночью, чтобы не смущать умы здешних людей, но сейчас он не просто вошел, а почти крался. А когда все увидели, как тот тщательно и осторожно закрывает дверь, в бараке наступила мертвая тишина. Не успели негромко прозвучать несколько фраз, как тут же был получен перевод от Лю:
- Господин, мой брат говорит, что в замке затевается что-то нехорошее. Чужие люди. Их много.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
