Чувствовалось, что при этих словах Гландит напрягся, явно испытывая душевную борьбу.
— Зачем же тебе приносить себя в жертву раньше, чем это станет необходимым? — спросил он.
— Я устал жить калекой, Гландит. Устал бояться тебя и твоих людей.
Но Гландит все-таки опасался подвоха. Он понимал, что Корум пытается выиграть время. С другой стороны, ему, Гландиту, было наплевать, сколько времени и сил потребуется лесным варварам, чтобы взять замок, когда он покончит с этим вадхагом.
И предводитель в конце концов решился.
— Ладно, вадхаг! — крикнул он. — Ты спускаешься на дамбу, а я велю своим людям держаться во время поединка подальше. Если ты убьешь меня, мои колесницы покинут поле боя, а уж остальные…
— Обещаниям твоим я не верю, — ответил Корум, — но мне совершенно безразлично, что там будет потом. Я спускаюсь.
Он не спешил. Умирать, да еще от руки Гландита, ему вовсе не хотелось. К тому же он прекрасно понимал: если ему улыбнется удача и Гландит будет ранен, то мабдены немедленно бросятся своему вожаку на помощь. Единственное, на что сейчас рассчитывал принц, это выиграть хотя бы несколько часов для защитников замка на острове Мойдель.
Ралина встретила его на лестнице.
— Куда ты направляешься, Корум?
— Иду сражаться с Гландитом. Возможно, в этом поединке я погибну, Ралина, но я никогда не перестану любить тебя.
Маркграфиня застыла в ужасе.
— Нет!
— Это необходимо, Ралина. Иначе защитникам замка не выстоять под напором варваров.
— Нет, Корум, нет! У нас еще есть время… Есть иная возможность обрести помощь… Я нашла кое-что в трактате мужа. Это последнее, что нам осталось.
— Помощь? От кого?
— Я не очень хорошо поняла… Но этот способ знали еще его далекие предки. Это заклятие. Колдовство, Корум.
Вадхаг печально улыбнулся.
— Нет никакого колдовства, Ралина. То, что вы называете колдовством, это всего лишь недопонятые обрывки научных знаний, осколки мудрости древних рас.
— Это не имеет к древним расам никакого отношения! Это нечто совсем иное. Заклятие, которое…
Принц двинулся было дальше, но Ралина умоляюще протянула к нему руки.
— Корум, позволь мне испытать заклятие!
Он мягко отстранил ее и с мечом в руке продолжал спускаться по лестнице.
— Хорошо. Пробуй все, что угодно. Но даже если ты и права, тебе все равно потребуется время. Вот я и попытаюсь выиграть его.
Даже услышав за спиной ее сдавленные рыдания, он не остановился, а решительно прошел через вестибюль к огромным главным воротам замка.
Потрясенный стражник выпустил его, и Корум очутился на дамбе. На противоположном конце ее стоял Гландит-а-Крэ. Колесницам было приказано отъехать подальше. Всадники на косматых лошадках тоже подались назад. Тело Мохнатого Человека было небрежно отброшено в сторону. Рядом с Гландитом стоял юный Родлик, держа наготове боевой топор своего хозяина.
Гландит протянул руку и потрепал Роддика по волосам; зубы его обнажились в волчьей ухмылке. Он принял топор из рук пажа и двинулся к принцу.
Корум тоже пошел навстречу своему лютому врагу.
О края дамбы бились волны. Порой в вышине слышался крик морской птицы. Люди по обе стороны хранили полное молчание, внимательно следя, как медленно сходятся двое противников. Наконец они остановились. Их разделяло всего несколько шагов.
Гландит явно исхудал, однако бледно-серые глаза его по-прежнему странно, неестественно ярко поблескивали, а физиономия была такой же красной, с отвратительной нездоровой кожей. Он обеими руками держал топор, опустив его острием вниз и чуть склонив набок голову в шлеме.
— Клянусь Псом! — пробормотал он. — А ты теперь здорово безобразен, вадхаг!
— Ну, раз так, мы с тобой два сапога — пара, мабден. Ты-то ведь остался таким же безобразным, как был.
Гландит хмыкнул и ухмыльнулся.
— А чего это ты, вадхаг, красивенькими ракушками обвешался, точно морская царевна, рыбой провонявшая, перед свадьбой? Впрочем, для подводного свадебного стола ты вполне сгодишься, когда я твой труп в море выброшу.
Корум сделал вид, что оскорблений не слышит, и молча ринулся вперед, взмахнув широким мечом. Но Гландит ловко парировал его мощный удар своим боевым топором, лишь чуточку пошатнувшись при этом. Держа топор в правой руке, он левой вытащил из ножен длинный кинжал и взмахнул топором, метя попасть по коленям.
Принц высоко подпрыгнул, и страшное лезвие просвистело прямо под ним. Он сделал ответный выпад, пытаясь достать Гландита мечом, но острие лишь царапнуло по металлической наплечной пластине, не принеся мабдену никакого вреда.
Гландит сердито выругался и снова попытался повторить свой трюк. И снова Корум успел подпрыгнуть. Тогда вожак мабденов бросился вперед и нанес тяжкий удар топором по щиту, сделанному из скорлупы гигантского краба. Щит загудел, но не сломался и даже не треснул, хотя рука вадхага, к которой щит был привязан, тут же онемела до самого плеча. В ответ Корум нанес врагу рубящий удар, однако тому снова удалось парировать.
А когда принц попытался нанести ему еще удар по ногам, мабден ловко отскочил в сторону и, видя, что противник осторожно приближается к нему, вдруг закричал:
— Хватит! Надоело! Эй, лучники, стреляйте! Теперь он в наших руках!
И только тут Корум заметил, что колесницы мабденов потихоньку выдвинулись на переднюю линию, и град стрел вот-вот посыплется на него. Он быстро прикрылся щитом, чтобы хоть как-то защитить себя от стрел, а Гландит, развернувшись, бросился назад, под защиту своего войска.
Итак, Корум был подло предан, а до прилива по-прежнему было еще далеко — не менее часа. Похоже, смерть его будет напрасной…
И тут со стен замка раздался грозный клич. Лучники Белдана успели выстрелить первыми.
Стрелы воинов Гландита стучали по щиту Корума, отскакивая от его латных перчаток; вдруг что-то впилось ему в ногу, чуть выше колена, ибо ноги щит ему не закрывал. Прихрамывая, Корум бросился бежать к замку, но бежать было очень трудно. Стрела прошила ногу насквозь, а чтобы ее вытащить, ему пришлось бы бросить меч. Вадхаг быстро глянул в сторону берега.
Как он и предполагал, первые всадники на косматых лошадях уже ступили на дамбу.
Корум сделал еще несколько шагов, волоча раненую ногу, но понял, что так до ворюг добраться не успеет. Он быстро опустился на здоровое колено, положил меч на камни, отломил наконечник стрелы и, потянув за другой ее конец, извлек обломок из раны.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
