спикера Госдумы Бориса Грызлова, сыгравшего, к слову, эпизодическую роль в фильме «Земля Санникова».
Благовещенск вырос у стрелки Зеи и Амура. Зея здесь шире и полноводнее, чем Амур. Еретики от географии убеждены: не Зея впадает в Амур, а Амур – в Зею. Следовательно, Хабаровск стоит на Зее. Комсомольск-на-Зее, Николаевск-на-Зее – так могло бы звучать. Почему нет? География – не математика.
Благовещенск – столица русской динозаврии. Прямо среди жилых кварталов учёные выкапывают скелеты доисторических ящеров. Здесь открыты новые, не известные доселе науке динозавры – амурозавр и керберозавр. Жили они 65 млн лет назад, были милы, травоядны и очень умны.
Приграничная забайкальская Кяхта (Троицкосавск) – чайная столица России. Именно через Кяхту с XVIII века везли чай из Китая. Основал Кяхту дипломат, посол России в Китае Савва Рагузинский-Владиславич, тот самый, что привёз Петру из Турции малолетнего «арапа», прадеда Пушкина Ибрагима Ганнибала.
Улан-Удэ и Чита – столицы Дальневосточной республики.
Ситка, она же Ново-Архангельск, – главный город Русской Америки.
Харбин, Далянь, Порт-Артур – центры русского Китая.
Южно-Сахалинск, первую версию которого выстроили японцы на месте села Владимировки и назвали Тоёхара, – единственный город России, где в гостинице могут лежать газеты на корейском. Небольшой, уютный, ровный – блюдце между сопок. На Сахалине растёт бамбук, в море плещутся нерпы, в реках нерестится кета, с деревьев падают сливы, а по огородам ползают крабы, прячась в тень поразивших Чехова гигантских съедобных лопухов. Железная дорога здесь до самых последних лет была узкоколейной, ещё японской.
Потрясающий и потрясаемый Петропавловск-Камчатский лежит между гейзеров и вулканов. Выдающимся вулканическим излияниям присваивают собственные имена: Извержение имени 8 Марта 1980 года, Извержение имени IV Всесоюзного вулканологического совещания, Трещинное извержение имени 50-летия Института вулканологии и сейсмологии ДВО РАН, Боковой прорыв имени Пийпа…
На Дальнем Востоке нет городов, которые бы возникли сами по себе, завязались, как почки на дереве. Они придуманы, нанесены на карту рукой стратега. У каждого – своя миссия.
Южно-Сахалинск, сменивший японское гражданство на русское, – восточная рифма к Калининграду-Кёнигсбергу.
Магадан – восточный Петербург.
Петропавловск – и Мурманск, и Севастополь.
Владивосток – тоже Севастополь, но ещё и Сочи вместе с Одессой.
Карту России можно сложить пополам где-нибудь по Енисею, и всё зарифмуется. Россия удивительно гармонична даже географически. В редком, как созвездие, разбросе российских городов есть высокая симметрия. Когда старая, первая Россия получила восточное отражение, страна наконец ощутила себя полной, целой. Без северов и востоков она была бы столь же ущербна, как без запада, юга или столицы.
Владивостокский художник Джон Кудрявцев – бывший морпех, огромнобородый чудак в берете, которого знали все, – однажды сказал: «Россию не разделяю ни на Европу, ни на Азию, ни на Дальний Восток, ни на Северо-Запад… Это одна цельная субстанция. Люди, реки, поля, леса, моря – всё это я воспринимаю как единую кровеносную систему».
Отруби́ Дальний Восток или Крайний Север – и страна станет инвалидом с фантомными болями.
Быть гражданином мира неплохо, но я не очень понимаю, что это такое. Слишком принадлежу этому, своему, нашему пространству.
Как ни странно, в советское время на Дальнем Востоке целый ряд городов сохранили свои монархические и церковные имена. Николаевск-на-Амуре, Благовещенск, Петропавловск-Камчатский, Александровск-Сахалинский, Преображение не тронули. Во Владивостоке на обелиск Невельского в 1960 году вернули орла.
С другой стороны, Императорскую Гавань переделали в Советскую, Алексеевск (назван в честь наследника престола) – в Свободный, Никольск-Уссурийский на время стал Ворошиловом.
Петропавловск-Камчатский нарекли столь громоздко единственно для того, чтобы не путать с Петропавловском в Казахстане. Последний теперь за границей, но дальневосточный Петропавловск по-прежнему несёт ставший лишним пояснительный титул.
Хабара́, Бла́га, Южный, Комса́ – так в обиходе зовут дальневосточные города. Есть и свой Питер – Петропавловск. Владивосток когда-то был прозван (возможно, моряками) Владиком, но сегодня, кажется, его называют так только неместные.
Руководители страны добрались до восточных окраин не сразу. Из царей на Дальнем Востоке не побывал никто[20]. Цесаревич Николай, будущий император Николай II, посетил Владивосток и Хабаровск на обратном пути из Японии в 1891 году. Сталин, единственный раз после туруханской ссылки доехавший до Сибири в 1928 году, посылал на Дальний Восток Жданова и Микояна. Первым действующим руководителем страны, добравшимся до Дальнего Востока, стал Хрущёв. Брежнев приезжал трижды, в том числе для переговоров с главами КНДР и США Ким Ир Сеном и Джеральдом Фордом. Но чаще всех на Дальнем Востоке бывал Путин.
Если Комсомольск был первым городом, возведённым методом всесоюзной комсомольской стройки, то последним городом, зачатым в СССР тем же способом, стал другой город на Амуре.
Его основали в сотне километров ниже Комсомольска, на окраине села Нижнетамбовского, в январе 1986 года. Он мыслился как центр химической промышленности. Заложили завод азотных удобрений, детсад, улицы Первостроителей, Комсомольскую, Белорусскую, Украинскую… Ожидалось, что здесь будут жить двести – двести пятьдесят тысяч человек.
Появилось даже имя – Баневур, в честь героя-комсомольца Гражданской войны Виталия Баневура (1902–1922), уроженца Варшавы, жителя Владивостока. Его зверски убили белые в приморской Кондратеновке – вырезали сердце. Часто фамилию пишут «Бонивур» – вслед за Дмитрием Нагишкиным, автором романа «Сердце Бонивура». Это породило топонимический разнобой: под Уссурийском появилась станция Баневурово, во Владивостоке – станция Бонивур, названная, выходит, в честь литературного героя; впрочем, скорее всего, это просто путаница. Что касается города, то своё имя он должен был получить в честь не столько самого Баневура, сколько комсомольского стройотряда «Баневуровец» из-под Хабаровска.
На всесоюзную стройку ехали за туманом и рублём комсомольцы с Украины, из Белоруссии, из Воронежской, Кемеровской, Тамбовской областей, Краснодарского края. Баневур называли «город XXI века» и «младший брат Комсомольска». В январе 1986 года здесь побывал поэт Роберт Рождественский, которого торжественно приняли в число бойцов отряда «Комсомолец Приамурья». Летом того же года делегацию первостроителей направили на встречу с Горбачёвым в Комсомольск. Игрались свадьбы, рождались дети… В фундамент одного из домов Баневура заложили капсулу с посланием комсомольцам 2017 года – подарок к столетию Октября.
Стройке не повезло с эпохой. Едва зачатый, Баневур не успел появиться на свет. Уже в 1987 году были отмечены неполадки в строительстве и отсутствие ясных перспектив. В 1988-м со стройки сняли статус всесоюзной комсомольской – она стала краевой. Третью годовщину закладки города в начале 1989 года никто уже не отмечал. Строительство завода признали нецелесообразным, к ноябрю город законсервировали, попросту говоря, бросили. По одной версии, из-за экологии, по другой – из-за экономики… А вернее всего, Баневур убило время. Винты ещё вращались, но советский «Титаник» шёл
