Читаем без скачивания Славия. Паруса над океаном (СИ) - Александр Белый

— О-о-о! У-у-у! — запричитали в толпе, а два купца упали на колени, — Пожалей, великий паша, это огромные деньги! Негде такие взять! И девушек столько у нас нет.

— Не прибедняйтесь! Мы только с двадцати четырех домов, которые штурмовали, изъяли два с половиной миллиона серебром и две сотни молодых девчонок. Поэтому! Ровно к полудню! На площади должны стоять сундуки с двумя миллионами талеров либо в золоте, либо в серебре! И полторы тысячи молодых рабынь! Если мои люди не досчитаются хотя бы одного талера, хотя бы одной рабыни или если кто приведет вместо молодой красивой девки страхолюдину или старуху, разбираться не буду, прикажу уничтожить весь город. Буду громить дом за домом, вырезать всех мужчин до младенца, всех ваших жен, наложниц и служанок продам в рабство. Все! Идите! А чтобы вы поняли, что с вами не шутят, вас сейчас проведут по домам ваших бывших пиратских предводителей. Бузько, уведи! А ты, воин, останься, — указал пальцем на начальника стражи.

Крепкий воин с бледным лицом, тихо скрипел зубами и с ненавистью смотрел мне в глаза.

— Если в течение десяти дней твои люди будут вести себя тихо, я разрешу лечить раненных и передавать в казарму хлеб и воду. Даже оружие забирать не стану. Мы уйдем, а вы все останетесь живы, и служба твоя будет, как и была. Через два часа ты должен сказать свое слово, если нет, мы вас уничтожим. К казарме тебя проводят. Иди, решение за тобой.

Почему-то эти два часа мне вспоминаются, как одни из самых напряженных в моей жизни.

Да, казарму пришлось штурмовать. К сожалению, положили там двух ребят убитыми, а шестерых ранили. Впрочем, этого храброго араба можно понять: не было у него жизненной перспективы а, следовательно, не было и выхода.

Однако, нет худа без добра. Начиная именно с этого момента, площадь резко оживилась плачем молодых девчат, а так же звоном серебра и золота.

Глава 6

Этим утром проснулся от странного чувства, будто вокруг меня что-то изменилось, будто что-то не так… Раскрыв глаза, окинул взглядом тускло освещенную, спрятанную тяжелыми портьерами от утреннего солнца просторную спальню, в которой проводил уже четвертую ночь. Все было на месте и ничего стороннего и непривычного не наблюдалось, а входная дверь, обе двери в кабинет и в туалетную комнату были закрыты.

За задней спинкой широкой, как аэродром кровати, у дальней стены стояли два огромных одежных шкафа, между которыми возвышалось в полный рост венецианское зеркало. Посреди противоположной от окон стены скромно пристроилось изысканное трюмо с небольшим зеркальцем на подставке и стоящим рядом мягким стульчиком, а по краям изголовья кровати угнездились две монументальные тумбы. И подсвечники, подсвечники, подсвечники, как на тумбах и трюмо, так и на стенах. Вся мебель была изготовлена из белой африканской древесины, а спинки кровати, дверцы шкафов, тумб и трюмо, были отделаны резьбой из красного дерева.

С левой и правой стороны на полу лежали прикроватные коврики, а посреди комнаты, от входной двери до окон — большой ворсистый коврище цвета спелой соломы, с оранжево-бело-красными орнаментами в восточном стиле. В нашей семье такого большого даже в Каширах не было. Доморощенные дизайнеры хотели здесь еще и стены завесить, но я категорически запретил. В помещении, в котором человек ежедневно проводит шесть-восемь часов жизни, излишние пылесборники совершенно ни к чему.

Это мне ребята после похода в Агадир надарили. Роскошные вещи и ценности богатых домов поменяли своих хозяев и почему-то каждое подразделение посчитало необходимым преподнести мне в подарок ковер, дорогое оружие и посуду из серебра или золота. Вот и организовались во дворце в одночасье арсенал и ковровая выставка, шедевральные экземпляры которых могли украсить самые изысканные мировые музеи XXI века.

И все же, что не так?

Выбравшись из приятного шелка постели, сунув ноги в домашние башмаки, подошел к высокому окну и одернул шторы. Солнечный зайчик прыгнул по глазам, и помещение спальни сразу же наполнилось ярким светом, а свежий воздух дохнул запахом хвои. Это строители специально не срезали группку сосновых деревьев, которые сейчас растут внутри двора цитадели. А створки окна были широко распахнуты, это вчера вечером Луиза по моему велению открыла, так они и остались на всю ночь. Кстати, горничных Марфушу и Глашку отсюда нужно будет убрать, моя управляющая их обеих терпеть не может. Правда, любовь у них взаимная, поэтому да, убрать, иначе еще поубивают друг дружку.

Однако, что-то не так, даже проснулся от этого непонятного чувства…

Ах, вот в чем дело! Вдруг, заметил в кронах сосен мельтешение каких-то клубочков, которыми оказались маленькие птички-корольки с желтыми пятнышками на лбу, порхающие с ветки на ветку и изредка тоненько поющих с посвистыванием на высокой ноте: «при-тюи… си-си-си». Вот он, непонятный раздражитель, который меня разбудил, а ведь еще вчера-позавчера ничего подобного слышно не было. Раздвинув шторы и на втором окне, вышел из спальни и направился в конец коридора к лестнице, ведущей на центральную башню.

Поднявшись на четыре пролета вверх, встретил бдящего караульного.

— Сир! За время моего дежурства никаких происшествий не случилось! Караульный поста номер два, капрал Мигуля! — гаркнул он.

— Никаких происшествий, Андрей, это хорошо, — сказал ему и вышел на площадку, под едва заметный свежий ветерок, который дул мне прямо в лицо… В лицо! Вот оно! Ветер поменял направление на вест-зюйд-вест! Взглянул вверх под навес крыши и увидел сияющее голубизной небо, на коем перышки белых, высоких тучек почти полностью исчезли и проплывали редко-редко. Вдали, за лесом мачт моих кораблей, раскинулись вчера еще темные, а ныне посветлевшие воды океана, пенные буруны исчезли, а легкий бриз накатывал на берег невысокую гладкую волну.

Теперь все ясно, теперь все так. Просто, весна вступила в свои законные права! Время ожидания кончилось и от этой мысли на душе стало легко.

С момента, прошедшего после возвращение второго каравана кораблей из набега, прошло четыре дня. Четыре дня непрерывных гулянок, свадеб и венчаний. Или наоборот — венчаний и свадеб? Среди освобожденных из рабства людей, половина оказалась братьями-православными из Австрийской империи, Греции, Московии, Польши, а также болгарских, бессарабских и сербских территорий Османской империи. Они-то фактически все и переженились. В первый день было пятнадцать венчаний, во второй сто восемьдесят, а вчера и позавчера — лавина. Все наши батюшки кадилом отмахали и отработали, как положено, а вчера к вечеру многие из них даже голос потеряли и уже не говорили, а сипели.

Католики и протестанты с девчонками тоже перезнакомились, но с официальным бракосочетанием не спешили, надеялись, что на новых землях к ним пожалуют их собственные пастыри. Ну и ладно, надежда умирает последней.

Вчера, наконец, сочетались браком и обвенчались наш новоявленный генерал-губернатор, господин Бульба Иван Тимофеевич и заведующая кафедрой алхимии будущего Южно-Африканского университета, а так же по совместительству директор химкомбината, госпожа Ангелова Рита. На фоне общего веселья, этот кутеж был не очень заметен, но все равно, народ гулял до третьих петухов (да-да, петухи у нас тоже есть). Лично я за четыре дня от подобного отдыха ужасно устал и около полуночи сбежал. Был горничными обмыт и бережно препровожден на кровать, после чего усердным трудом в постели выгнал все остаточные алкогольные пары и, в результате с утра — свеж, как огурчик.

Сейчас демографическая ситуация почти выровнялась, хотя сорока пяти девчонок все равно не хватило. Даже вдовы погибших тут же получили предложения и покровительство наших неженатых воинов. Но с этим ничего уже не поделаешь, на моих новых землях бродят миллионы девок, выберут себе на любой вкус, запах и цвет. Ну и что, если славяне ассимилируют другие народности, а детки будут бело-черно-красно желтыми? Никаких национальностей великих деловаров, больных синдромом старшего брата, а также национальных меньшинств бездельников и алкоголиков, живущих за счет материальной дотации государства, у меня точно не будет, ожидает их судьба мамонтов. Если народ мой будет разноцветным, это не беда, главное, чтобы говорили на едином языке, ходили в единую церковь, а в раннем детстве сразу же после «Отче наш», выучили гимн державы и пели его с гордостью до самой смерти. Тогда мы будем едины, богаты и непобедимы.

Операция по восстановлению справедливости за прошлогоднее нападение на мой феод, прошла вполне успешно. Гора снесенной на площадь Агадира контрибуции, выглядела в несколько раз более впечатляющей, чем взятая под предводительством пана кошевого атамана Ивана Серко с богатого Бахчисарая. Конечно, до Генри Моргана, основателя клана мультимиллиардеров, который десять лет назад разграбил Панаму, а ныне от Британской короны получил дворянское достоинство, звание адмирала и должность вице-губернатора Ямайки, немного не дотянул. Но самую малость. Зато английским пиратам не уподобился и мертвый, разрушенный и сожженный город, после себя не оставил. И рабов не поволок в новое рабство, а освободил и сделал им довольно заманчивое предложение. Нет! Все-таки одно насилие произвел: переселенцев и новых моряков остригли, женщинам сделали профилактику от вшей, а затем, принудительно привили от оспы.