- Мике! – громким шепотом позвала она.
Однако посреди гремящей в колонках музыки ее оклик показался лишь жалобным писком выползшей из норы серой мыши.
Вновь позвав кузину более громким тоном, Изабель потянула ее за руку.
- Смотри, – указав в сторону наблюдающего за ними мужчины, проронила она, – кажется, этот граф глаз с тебя не сводит.
Заметив на другом конце зала одетого в почти такой же наряд мужчину, Микелина приветливо кивнула. На ее графе был точно такой же широкий черный плащ, белый парик времен Людовика XVI, вот только маска была черного цвета, а не белого, как у нее.
Да она и представить себе не могла такую будоражащую сторону Марко.
Не сдержав восторженной улыбки, веселая девушка слегка помахала рукой своей второй половинке, после чего взяла новый кубок вина.
- Не пойдешь к нему? – удивленно спросила ее спутница.
- Конечно, пойду, – возбужденно засмеялась она, - только сначала помучаю его ожиданием. Пусть хоть раз посмотрит, как его девушка умеет веселиться.
Поймав приглашающую на танец ладонь подошедшего к ней пирата, Мике с удовольствием приняла его приглашение.
- Оставайся тут, – напоследок бросила она младшей сестре.
Утвердительно кивнув, Изабель проронила в ответ:
- А ты поаккуратнее сверкай на публике своим неглиже!
Понимая, что в лавине громкой музыки ее слова так и не дошли до адресата, Изабель протяжно вздохнула и, отойдя в сторону от танцующей толпы, с удовольствием накинулась на гроздь зеленого винограда. Поглощая небольшие плоды спелого фрукта, девушка наблюдала за танцующей сестрой. Похоже, Микелине и впрямь очень нравились подобные сборища. Такой ликующей и довольной она ее уже давно не видела.
Меж тем, стоя в объятиях захватившего ее в свой танцевальный плен морского волка, Микелина то и дело ловила себя на том, что постоянно смотрит на до сих пор бездействующего графа. Чувствуя на себе его обжигающий взгляд, от которого по ее спине пронеслась волна волнующих мурашек, Мике призывно улыбнулась стоящему поодаль Марко. Желая, чтобы он скорее подошел к ней, девушка как можно теснее прижалась к телу своего «захватчика», обхватила руками его твердые плечи и почти что случайно дотронулась лбом до широкой мужской щеки, мысленно надеясь пробудить невольную ревность своего пассивного наблюдателя. И надо сказать, результат не заставил себя долго ждать. Отклонившись от стены, величественный граф неспешной походкой направился в ее сторону. Встав перед ней, он бесцеремонно отодвинул невысокого пирата в сторону, окончательно занимая его место в танце.
Встретившись с возмущенным взглядом танцевального партнера, Микелина мягко улыбнулась.
- Он мой парень, – одними губами пояснила она, после чего окончательно забыла о былом кавалере.
С того момента, как ее окутало кольцо крепких мужских рук, Мике словно в сладком дурмане кружилась под медленную музыку. Возможно, выпитый накануне алкоголь, возможно, царящая вокруг атмосфера древней Италии, где не было никаких ограничений и ложного стыда, а, может, все вместе взятое, придавало их танцу особую остроту. Она будто впервые взглянула на Марко Сальвьери. Словно до этого дня и не знала его. Безмолвно знакомясь с ним во второй раз, она утопала в тепле его тела. Ей безумно нравилось касаться его, двигаться с ним в ритме чувственной мелодии, ощущать на себе его откровенный взгляд. Почувствовав, как его рука проскользнула за створки ее плаща, по-хозяйски накрыв широкой ладонью одну из ее грудей, Мике сдавленно вздохнула. Ее словно опалило внутреннее пламя. Глотая ртом воздух, будто в окутанной тусклым светом зале кончился кислород, Микелина вцепилась в плечи своего жесткого мучителя, изо всех сил пытаясь вновь взять себя в руки и сосредоточиться на танце. Однако, стоило лишь шаловливому пальцу партнера проскользнуть за чашечку бюстгальтера, как вновь неведомая волна опьяняющего наслаждения пронзила ее тело, заставляя колени подогнуться, а рот слабо застонать.
Боже, неужто она и впрямь готова потерять контроль в руках Сальвьери?! Обычно все происходило совсем наоборот. Но этот вечер, эта обстановка, эти костюмы – все словно подталкивало их вновь увидеть себя в новом свете. В свете их общей страсти и обоюдного влечения.
Посмотрев вверх, Микелина незатейливо облизнула краешком языка свои пересохшие от тяжелого дыхания губы. Марко всегда был выше нее, но на таких высоких шпильках, какими обладали ее нынешние сапоги, она думала, что они будут смотреть друг другу прямо в глаза. Однако, ей вновь пришлось слегка приподнять голову, чтобы увидеть лицо жениха. И, хоть верхняя его половина была скрыта карнавальной маской, все же ее, как никогда прежде, тянуло к этим твердым, как камень, губам. Не понимая, что с ней происходит, Микелина внезапно остановилась и, слегка потянув своего кавалера за собой, начала постепенно выходить из развлекающейся массы людей. Оставив позади круг танцующих, девушка выпустила мужскую ладонь из своей руки и, соблазнительно улыбнувшись, распахнула встретившуюся на пути красную вуаль, игриво проскользнув за ее прозрачную материю.
За пределами главного зала располагалось несколько высоких шатров, созданных из многочисленных темно-красных вуалей, цель которых заключалась в имитации небольших приватных комнат. И, судя по едва различимым силуэтам, эта фишка пользовалась у Ирис особой популярностью сегодняшним вечером. Грохот музыки слегка приглушился, позволяя расслышать веселые голоса, смех и даже негромкие стоны, исходящие со всех сторон. Добравшись до самого крайнего свободного шатра, Микелина поспешно юркнула за ограждающие шторки и, спрятавшись среди многочисленных вуальных занавесок, терпеливо ожидала своего графа. В отведенное ей время томительного предвкушения, девушка мельком осмотрела царящую вокруг обстановку. Как и в главном зале, здесь повсюду находились лепестки алых роз. Дабы предотвратить неожиданную причину возгорания, приглушенный свет в «шатре» использовался искусственный, исходящий от расставленных по углам красивых светильников, напоминающих вид настоящих свечей. По центру располагался широкий стол с уже знакомыми лакомствами.
Наконец, увидев распахнувшиеся занавески, Микелина невольно затаила дыхание. Неотрывно следя, как ее кавалер входит внутрь шатра, девушка почувствовала сладостное томление внизу живота. Он казался ей настолько притягательным, насколько мог казаться кроткой рабыне свой властный господин, чей образ всегда был для нее под строжайшим запретом. И все же он был ее. Только ее…
Не помня себя от желания, Мике бесшумно покинула свое укрытие и, подойдя к своему кавалеру со спины, оплела его бедро длинной ножкой, после чего вожделенно прижалась к нему своей грудью.
