У слонов и дельфинов мы наблюдаем качества, которые резко выделяют их в мире природы и вызывают наши симпатии. Дельфины стараются оказать помощь раненому или ослабевшему товарищу – подпирая его с двух сторон, поднимают на поверхность воды, чтобы тонущий мог глотнуть воздуха. То же самое у слонов. Слоны спешат на помощь раненому, стараются увести его или, защищая, переходят в атаку.
Любопытна кончина слонов. У этих животных нет в природе врагов, и они доживают до естественной смерти. Существует много рассказов о слоновых кладбищах в Африке. Сейчас их считают легендами, хотя допускается: ослабевший от старости слон может искать уединения где-нибудь в тихом месте возле воды и до конца этого места не покидает. Вместе с тем наблюдения последних лет показали: умирающий слон не всегда ищет уединения. Бывает, что старость застает его в кругу слоновой семьи. Вот фотография из только что полученного немецкого журнала «Штерн». Хорст Мунциг сделал серию редких снимков одного из таинств природы. Умирает слониха-мать. Много лет она была вожаком в стаде. И вот с ней происходит что-то для слонов непонятное: у слонихи обвисли уши, опущен хобот. Она стоит неподвижно. Потревоженное стадо не может ни кормиться, ни куда-нибудь двигаться… Слониха в конце концов падает. Стадо сгрудилось вокруг. Трубные звуки, тревожно распущенные в стороны уши, самки оттесняют в сторону испуганных, но любопытных малышей. Слониху пытаются поднять хоботом, поддержать бивнями. К ней подходит слоненок и трогает хоботком сосцы, в которых давно уже нет молока – инстинктивная попытка пробудить материнское чувство. Но слониха остается лежать неподвижно. Полдня встревоженное стадо топчется и печально трубит. Потом отходит. Но еще целые сутки возле слонихи дежурит слон…
Как видим, в природе тоже не все равнодушны к уходу из жизни своих соплеменников.
Фото из архива В. Пескова. 8 мая 1971 г.Равновесие
Окно в природу
В последние годы, когда речь заходит о законах природы, часто употребляется слово равновесие. Что оно значит?
Начнем беседу с этого снимка. На нас внимательно смотрит сом. Занятная физиономия рыбы с четырьмя парами длинных, как антенна, усов получила неожиданную известность. Американские журналы печатают портрет сома рядом со снимками киноактеров и знаменитых преступников. В какой же роли прославилась рыба в Америке? Этот сом – благодетель или злодей? Увы, злодей. Америка не знает, как избавиться от сома.
У себя дома, в Юго-Восточной Азии, сомик ничем особенным не прославился, хотя есть у него два любопытных свойства: может долго жить без воды и путешествовать посуху. Возможно, как раз эти качества заставили любознательного торговца рыбой привезти на родину несколько сомиков. Знал бы торговец, какую беду привез он штату Флорида! Таиландский житель быстро начал плодиться и расселяться. Сейчас многие водоемы Юго-Восточной Америки полны этой рыбы. Вы скажете: много рыбы – это же хорошо! Не очень хорошо, если рыба не ценная и если она пожирает все живое в воде. Другим рыбам рядом с пришельцем места для жизни не остается.
Сом.
Бродячий сом (таково название рыбы) поставлен в Америке вне закона, но с ним бороться не просто. На новой родине у сома не оказалось ни врагов, ни конкурентов. Сам же он, как пишут, «кровожадней знаменитых пираний». Пытаются отравлять водоемы, но сом «выходит сухим из воды» – почуяв отраву, он покидает озера и ищет новую воду. Передние твердые плавники служат «аквалангисту» хорошей опорой в ходьбе, а подобие легких, расположенных рядом с жабрами, дает рыбе возможность двигаться посуху много часов. Любопытно, что и на суше сомик в обиду себя не дает. Приводится случай, когда воинственный путешественник «укусил даже собаку»…
В водоемах Таиланда бродячий сомик имеет естественных врагов. Они-то и заставляют сомов держаться на своей «полочке». В новом районе существовало свое равновесие. Появление чужеземца резко его нарушило.
Рассмотрим еще один снимок. В поле зрения объектива попала без малого сотня кроликов – во время засухи зверьки собрались к водопою. Из всех млекопитающих (не считая крыс и мышей) кролик – самое распространенное на земле существо. Но такой фантастической плотности поголовье зверьков достигло только в Австралии.
Австралийская кроличья эпопея известна всем. Сто лет назад из добрых побуждений европейцы пустили на континент две дюжины кроликов. Все, что случилось потом, называют биологическим взрывом, похожим на цепную реакцию. Двадцать четыре зверька за короткое время дали миллионы голов потомства. Австралия застонала. Поедая траву, кролики угрожали погубить овцеводство – основную статью дохода на континенте. Началась длительная война. Кроликов загоняли в ловушки, стреляли, травили, через весь материк протянули забор длиною в две тысячи километров. Но кролики продолжали расселяться и множиться. Завезли в Австралию лис. Но уязвимыми оказались не кролики, а местные звери, совершенно не знавшие хищников. Лисы, не принеся пользы, вторично нарушили равновесие.
Кроликов все-таки победили. Микробиологи вызвали у зверьков эпидемию, и болезнь в короткое время извела грызунов. Овцеводы облегченно вздохнули. Но радость была недолгой. Равновесие, успевшее сложиться за сотню лет, опять резко нарушилось. Дикие собаки динго, процветавшие при обилии кроликов, нападают теперь на овец. Фермеры чешут затылки: что хуже – кролики или собаки? – за один год динго зарезали полмиллиона овец!
Примеров нарушения природного равновесия можно привести много. В Новую Зеландию, лишенную млекопитающих, завезли в свое время оленей. Подобно кроликам, вначале желанные, звери теперь стали в тягость. За последние сорок лет отстреляно три миллиона оленей. Но по-прежнему охотники получают премию за отстрел.
В Африке почти начисто (на шубы модницам) выбили леопардов. Крестьяне, у которых леопарды иногда воровали козлят, были рады исчезновению кошки. Но в несколько лет фантастически расплодились и стали бедствием для полей бабуины. Леопард, державший в узде обезьян, был очень нужным звеном равновесия.
Равновесие – один из важнейших механизмов природы. Нарушение равновесия не всегда возможно предвидеть. Чаще всего закон о себе заявляет, когда ошибки нами совершены. Иногда мы думаем, что рушим лишь маленький камешек кладки, но видим вдруг: вся стена начала колебаться. Возьмем для примера океанский планктон. По незнанию могут сказать: велика ли беда, если от нефтяной пленки погибнут существа размером с маковое зерно! Но это и есть тот «камешек», который держит всю стену жизни. Одни питаются прямо планктоном (киты, например), другие, поедая планктон, служат пищей для более крупных животных…
Стаи кроликов.
Взаимосвязи природы – объект пристального внимания нынешней биологии. В обыденной жизни и в хозяйственной практике мы видим чаще всего уже результаты необдуманных нарушений. Переселение животных дает в этом смысле наиболее наглядные уроки. На вновь открытые континенты люди перевозили животных из сентиментальных чувств к прежней родине (так, в Америку завезли воробьев). В других случаях люди сознательно хотели «обогатить дикую жизнь». Результаты были всегда разочаровывающими. Для примера уместно вспомнить енота, точнее енотовидную собаку, переселенную в середине тридцатых годов с Востока в среднюю полосу нашей страны. Призванный «обогатить фауну», зверь оказался опустошителем.
Много раз оступившись, переселять животных стали теперь с большой осмотрительностью. Но при нынешнем движении по земле можно ли избежать разных случайностей? Недавно в газетах писали о гвинейском хамелеоне, который в связке бананов благополучно достиг Ленинграда. Конечно, наводнение хамелеонов нам не грозило. Но посмотрите, как обернулось неожиданное прибытие в Америку (все в тот же полутропический штат Флорида) трех африканских улиток.
Вернувшись домой после летнего путешествия с матерью, пятилетний мальчик вынул из чемодана трех симпатичных и очень больших улиток. Мать заставила сына немедленно выбросить за окно «эту гадость».
Мать и сын, конечно, не знали, кому они дали свободу. Не прошло года, как улитки съели зеленые окрестности Майами. Они ели траву, цветы на клумбах, бурьяны, кору деревьев в садах и даже штукатурку домов (нужен был материал для строительства панциря). За год три (!) улитки дали миллиардное потомство, заставив людей ударить в набат. Улиток травят, собирают в корзины, но плодятся они проворней, чем их пытаются уничтожить.
Я видел эту улитку на ее родине в Кении. На подоконник дорожной гостиницы вползло существо размером с кулак. Я сделал снимки улитки, соломинкой тронул ее студенистые рожки, и улитка спряталась в панцирь. В Восточной Африке улитка ахатина – обычное существо. Она не вызывает особого интереса и никому ничем не грозит. В Африке ахатина имеет врагов. Они не дают улиткам бесконтрольно плодиться. В Америке такого контроля не оказалось.
