Гельсингфорсский сейм рабочих организаций. Текущие дела он поручил своему исполнительному комитету. Последний предупредил владельцев домов и всех граждан, что те, у кого в домах или квартирах будут укрываться контрреволюционеры, будут сами рассматриваться как враги народа. Весть о революции с быстротой молнии распространилась по Финляндии. В южной ее части, где расположены наиболее промышленные города, революция победила быстро и почти без жертв. Поступавшие в столицу сообщения рисовали положение в этой части страны в первые дни революции в следующем виде. В Лахти Красная гвардия без сопротивления овладела ратушей. Буржуазные газеты были закрыты, в банки были назначены рабочие комиссары. Милиция присоединилась к Красной гвардии. В городе царил полный порядок. Шюцкоровцы бежали из города и прятались в окрестностях. Настроение у рабочих было бодрое и решительное. В Таммерфорсе рабочие без сопротивления заняли вокзал и учреждения. В отделение Финляндского банка были назначены рабочие комиссары. Рабочие обнаружили тайную радиостанцию белых и уничтожили ее. В Або рабочие заняли вокзал, электростанцию, телефон, телеграф, установили рабочий контроль над банками. Учреждения продолжали работать. В городе было спокойно, Красная гвардия и милиция поддерживали образцовый порядок. В Бёрнеборге все главные учреждения находились в руках рабочих. Работа продолжалась. В городе было спокойно. Вооруженные белогвардейцы ушли на север. В Вильманстранде (Лаппеенранта), Коувола, Куусанкоски и во многих других местах переход власти к рабочим произошел просто и естественно, так как буржуазия не смела оказывать сопротивления. Шюцкоровцы бежали. Красная гвардия везде поддерживала полный порядок и была хозяином положения. В Выборге Красная гвардия фактически овладела положением уже за неделю до революции и окончательное взятие власти произошло без особых трудностей. В Кямяря (близ Выборга) произошел бой между белыми и красными, закончившийся победой последних. Упорное сопротивление оказали шюцкоровцы в Борго (Порво), но их буквально сбросили в море — они спаслись на островах. Некоторые пункты важной в стратегическом отношении железной дороги Вааса — Хапамяки — Ювяскюля — Пьексамяки — Нюслотт (Савонлинна) — Элисенваара, соединяющей побережье Ботнического залива с Карелией и законченной только накануне революции, оказались в руках местной Красной гвардии. Так, Хапамяки белым взять не удалось, и они удовлетворились тем, что взорвали полотно в окрестностях города, в результате чего сошел с рельс пассажирский поезд. В Пьексамяки белым сначала не удалось справиться с Красной гвардией, но потом они подбросили туда подкрепления, что и решило исход борьбы. Ювяскюля удерживали белые.
Упомянутая железная дорога приблизительно и составляла границу между зоной красных и зоной белых. Дальше к северу господствовала белая гвардия. Рабочий класс там был сравнительно немногочислен, и его революционные выступления белым, имевшим превосходство в численности и особенно в вооружении, удалось подавить. Но, например, в Улеаборге красногвардейцы сначала чуть не одержали победу над местными шюцкоровцами; тех спасло только прибывшее к ним подкрепление. За город развернулась упорная борьба, в ходе которой сгорело много домов. Только 3 февраля она закончилась победой белых. Над Торнео белые установили свой контроль еще позже — 6 февраля, в Куопио они справились с красными лишь 8 февраля, а в Варкаусе — только 21 февраля.
Таким образом, под властью контрреволюции оставалось около четырех пятых территории. Но эта цифра не должна вводить в заблуждение: не надо забывать, что сюда входили громадные и почти безлюдные просторы Лапландии за Полярным кругом и другие сравнительно малонаселенные области страны. Промышленная часть страны с важнейшими экономическими и культурными центрами оказалась в зоне красных, и в ней проживало около половины населения Финляндии. Здесь была сосредоточена большая часть пролетариата, инициатора и главной движущей силы финляндской революции. Таким образом, соотношение между территориями белых и красных было не таким уж неблагоприятным для последних. И если белая Финляндия могла рассчитывать на помощь соседней Швеции и других капиталистических стран, то революционная Финляндия граничила с Советской Россией, сразу ставшей для нее гораздо больше, чем добрым соседом, — другом и братом.
28 января Рабочий исполнительный комитет опубликовал сообщение о революционном правительстве. В соответствии с демократическими традициями финляндского рабочего движения он вносил свое предложение по этому вопросу на обсуждение трудящихся. «Сегодня мы решили, — говорилось в этом документе, — предложить рабочим Финляндии, чтобы... в качестве революционного правительства страны был создан Совет Народных Уполномоченных, а также Главный Рабочий Совет для контроля за его деятельностью и для выполнения совместно с ним функции управления, пока рабочий народ Финляндии не решит иначе. Революционное правительство должно быть социал-демократическим. Окончательное назначение его членов должно быть предоставлено Главному Рабочему Совету. До тех пор, пока соберется Главный Совет, предлагаем одобрить Совет Народных уполномоченных Финляндии в составе следующих товарищей:
— председатель — редактор Куллерво Маннер;
— уполномоченный по иностранным делам — редактор Юрье Сирола;
— уполномоченные по внутренним делам — представитель союза пильщиков Финляндии Ээро Хаапалайнен и слесарь Адольф Тайми;
— уполномоченные по делам юстиции — редактор Лаури Летонмяки и столяр Антти Кивиранта;
— уполномоченный по делам просвещения — редактор Отто Вильхельм Куусинен;
— уполномоченный по финансам — редактор Яло Кохонен;
— уполномоченный по делам рабочих — председатель Организации профсоюзов Финляндии Йохан Хенрик Лумивуокко;
— уполномоченный по сельскому хозяйству — редактор Эверт Элоранта;
— уполномоченный по продовольственным вопросам — председатель Организации профсоюзов Финляндии Оскари Токой;
— уполномоченный по транспорту — машинист Константин Линдквист;
— уполномоченный по делам почт и информации — редактор Эмиль Эло, прокурор — партийный секретарь Матти Туркиа»[28].
Для контроля за работой Совета Народных Уполномоченных предлагалось избрать Главный Рабочий Совет из 35 человек; 10 представителей должен был избрать совет партии, 10 — руководство организации профсоюзов, 10 — Красная гвардия и 5 — Гельсингфорсский сейм рабочих организаций. Бюрократический же аппарат сената упразднялся.
29 января с воззванием «К рабочим и гражданам Финляндии» обратилось и вновь сформированное революционное правительство. Члены его прежде всего заявляли, что готовы по мере сил выполнять функции правительства лишь в том случае, если этого желают трудящиеся. «Но если вы, товарищи, — говорилось далее, — захотите поставить других людей на выполнение обязанностей революционного правительства, то скажите это в любой момент через собрания наших общих организаций — и каждый из нас готов передать бразды правления тем, кому вы предложите». Таким образом, революционное правительство, которое буржуазные авторы до сих пор противопоставляют «демократическому» сенату Свинхувуда, на самом деле представляло собой гораздо более демократическую власть с точки зрения подлинной демократии для трудящихся.
Свою программу революционное правительство излагало так: «Мы — социал-демократы, поэтому вы знаете, какова наша программа действий. Она — программа социалистическая... По нашему мнению, в Финляндии теперь надо
