Сати взмахнула смоченной тряпкой и оросила подступающих зомби жгучей водой. Действие нанесло существенный урон тварям. Некоторые вспыхнули словно спички, окутавшись черным огнем. Стихия Орока пожирала своих же хозяев с жадностью, достойной проглота Чебуля. Хургл, к слову, где-то схоронился, как началась заварушка.
Я использовал духовный Разрез, разрубив на части парочку зомби по ходу нашего движения. Мы перемахнули через одну из повозок. Сати оступилась, и я помог ей подняться. Девушка выглядела бледной и изможденной, движения ее лишились былого изящества. По всей видимости, она еще не восстановилась после травмы. Мы побежали прочь по темной степи, но скорость нашего передвижения оставляла желать лучшего.
Умертвия неслись за нами на всех парах. Знахарка принялась бросаться в нас глиняными горшочками с зельями. При разбивании о землю они высвобождали вокруг темный всепожирающий чернильный огонь. Не этой ли гадостью она хотела напоить мою спутницу? В следующий раз дважды подумаю, прежде чем принимать приглашение от непонятных кочевников. По крайней мере, от снарядов бешеной бабки можно было увернуться.
А вот вождь дал жару. Кашшан, запрыгнув на одну из повозок, раздул живот, после чего изрыгнул нам вслед чернильное облачко. Сати откатилась, а я не успел уйти в сторону, лишь подставил свою воронку-щит. Меня задело краем, но удар оказался на диво неприятным. Завоняло какой-то жженой тухлятиной. Огонь Орока принялся разъедать мой духовный Щит. Черный огонь пожирал мой серый огонь, словно он был дровами! Я резко развеял щит, и остатки проклятого огня упали на землю, начав пожирать траву.
Мы продолжили бег, и я принялся метать кочеранг, уничтожая по очереди злобных умертвий в масках. В один из моментов, когда оружие вернулось ко мне, Сати произнесла:
— Господин, секунду!
Девушка окропила оружие жгучей водой. После чего, без лишних слов, я метнул кочеранг снова. Первого зомби он пролетел, не заметив. Умертвие вспыхнуло. Второй противник слегка замедлил летящее оружие, третий немного отклонил, а четвертому отрубило руку. Атака оказалась на диво эффективной.
Полетели копья от умертвий-охотников. Сати отбивала их в сторону, умело подставляя клинок. Я старался отбивать духовным щитом. Чернильный огонь при касании наконечника копья снова начинал грызть мою воронку. Приходилось формировать щит занова, тратя драгоценное ци. Клешня не могла поглотить энергию чернильного огня. По-видимому, субстанция отличалась от обычного духовного пламени.
Некоторые зомби даже имели темную защиту. Чернильный барьер окутывал их местами, и кочерангу было сложнее пробивать такой покров.
К счастью, и у нас имелось ультимативное оружие против умертвий. Жгучая вода помогала оружию проходить через зомби словно раскаленный нож сквозь масло. Я метал кочеранг без остановки, а Сати исправно смачивала его новой порцией жгучей воды. Прям почувствовал себя охотником на нечисть. Хотя, тут смотря с какой стороны посмотреть. Скорее сначала жертвами были мы, и лишь по мере уничтожения орды зомби получили некоторое преимущество.
Умертвия сгорали один за другим. Лишенные конечностей ползли в нашу сторону, не в силах нанести вред. Метательные копья вскоре закончились. Лишь Кашшан с родичами продолжали метать в нашу сторону комья едкого черного огня, но нам удавалось уворачиваться.
Только я подумал о том, что дело в шляпе, как в нашу сторону понеслись несколько козерогих лошадок. Из их ноздрей и из-под копыт вырывался темный огонь, на кончиках витых рогов горело чернильное пламя. Такая штука даже доспех с Барьером пробьет насквозь. Приближались адские кони стремительно. Первого я встретил жгучим кочерангом, легко срубив голову. Второго приняла Бхоль, выставив на пути скальные искры. Черная лошадь сломала преграду, но запнулась и покатилась, не удержавшись. На такой высокой скорости падение тяжелой туши было не слишком приятным событием. Находящаяся поблизости Сати подпрыгнула и отсекла твари голову.
Третий адский конь попер на меня, но мне удалось в последний момент отпрыгнуть в сторону. Пущенный вслед неосвященный кочеранг удачно попал в ногу твари. Лошадка сразу растеряла всю свою прыть.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Пока мы разбирались с проклятыми животными, к нам подтянулись остатки армии умертвий и слуг Орока, которые еще оставались наполовину людьми. Я встал перед Сати и принял на себя основной поток. Кочеранг Парящей Оплеухи летал туда-сюда, отсекая головы и конечности. Я старался уворачиваться от мерзкой жижи и проклятого огня, который так и норовил прогрызть Барьер или щит. Ошметки плоти умертвий, требуха и черная кровь летели в разные стороны.
Сати стояла позади меня и разбрасывала жгучую воду, уничтожая зомби. На тех тварей, что имели защиту из чернильного покрова, жидкость действовала хуже, но тоже проедала барьер и наносила повреждения. Некоторые зомби, сумевшие обойти меня сбоку, натыкались на клинок Сати.
Набрасывались зомби как-то бездумно. Вероятно, от ума самого человека в них мало осталось. Даже семейка Кашшана действовала не слишком обдуманно. Они предпочитали держаться поодаль, пока мы крошили простых умертвий. Но как только воинство подошло к концу, бросились на нас в ближний бой с бездумной яростью. Сати плеснула остатки жгучей воды на: то ли жен, то ли других родственниц вождя. Ведьмы Орока принялись вопить от боли и кататься по земле, покрываясь темными струпьями. Нет, такого гарема и врагу не пожелаешь.
Я схлестнулся с Кашшаном, приняв покрытый черным склизким огнем двуручник на свой щит. Сила удара отбросила меня назад. Проклятая тьма принялась разъедать воронку. А ци и так оставалось немного.
Сати тем временем сошлась с дряхлым дедом, утыканным перьями кулмраца и носящим его клюв вместо шлема. Спутница сделала обманное движение и бросилась к раненым дамочкам. Слуги Орока постепенно восстанавливались после едкого ожога жгучей водой. В несколько движений Бхоль обезглавила женушек вождя, после чего взялась бороться с дедом, который орудовал длинной тяжелой алебардой. Несмотря на свою тщедушность, силы в руках старика было немало. Скорее всего, прыти ему подавал коктейль из проклятого огня, плещущийся в крови.
Во время следующей атаки Кашшана, я сформировал аккуратный Разрез и ударил по падающему мечу. Хлопок серого огня отбросил оружие в сторону. Благодаря скоростной особенности я был первым, кто восстановился после сшибки. Кочеранг врезался в шею вождя, пробив черный барьер. Лезвие пробило шею наполовину.
Темный клинок разрушил мою тающую от недостатка ци воронку. На последних крупицах духовной энергии я сформировал еще один Разрез и довершил начатое. Голова Кашшана улетела прочь, а из раны на шее вождя взметнулся фонтан чернильного огня. Я еле успел убраться подальше. Сати не без труда взяла верх над прытким дедком, моя помощь ей не понадобилась. Бойня над племенем Тургол завершилась.
— Спасибо за гостеприимство, вождь, — взмахнул я кочерангом, сбрасывая остатки липкого темного огня с оружия. — Похоже, в Степях лучше не хаживать без запаса жгучелиста…
— Угу… — односложно согласилась Сати.
Затем настал черед муторной и нудной работенки. Мы расчленяли и добивали еще дергающихся умертвий и культистов Орока. Слуги лунного бога оказались на диво живучи. По слухам, если бы у них была возможность приложить голову или конечности к телу, то они бы восстановились в кратчайшие сроки.
Бхоль знала основные методы борьбы с нечистью, я лишь следовал ее советам. Мы разломали несколько повозок и сложили большое кострище. Туда стащили останки тех монстров, что не сгорели. С помощью одной нормальной лошадки повалили все юрты и свезли туда же. После чего подожгли. Предсмертные вопли служителей Орока отдавались в душе чувственной музыкой. Всепоглощающий огонь пожирал все, и даже темная субстанция Орока не могла долго сопротивляться.
Мы бегло обыскали юрты и карманы одеяний старшей семьи, но ничего ценного не нашли, кроме нескольких серебряных побрякушек. То ли сбережений у бедного племени не было, то ли они сгинули где-то в огненном измерении. Мы лишь собрали оружие и другие металлические предметы и скинули в отдельную телегу. Хотя, по словам Сати, оружие надо будет еще обработать жгучей водой на всякий случай. Также подобрали Темные сердца умертвий, что остались после зомби. Они в целом были почти идентичны сердцам утопцев — их можно было использовать как замену. Я думал, что для Микстуры придется затовариваться сердцами у алхимиков, но судьба дала нам возможность поохотиться на нечисть самим. Хоть мы о том и не просили.
