— Нет. Космические корабли ничего не решают. Потому что без поддерживающих их планет, без поставок продовольствия и боеприпасов, это просто летающие гробы. Нам достаточно послать на вражескую планету одного бойца, и через месяц там будут миллионы наших солдат — бессмертные, способные на равных сражаться с магами и роботами, не нуждающиеся в тыловой поддержке и инфраструктуре. Ни одна раса этой галактики не сможет справиться с нашей армией. Так же, как не сможет завоевать ни одной из наших планет. Да, они смогут огрызаться какое-то время, но через сотню лет от них не останется и следа.
Джон выслушал мою пламенную речь с интересом.
— То есть солдаты смогут размножаться?
— Размножаться смогут не только солдаты. Речь идёт о новой форме жизни. Это почти бессмертное тело, которое содержит душу, сохраняющую память о прошлых жизнях. Вы можете притянуть из загробного мира душу опытного воина, и сразу получить солдата, способного выполнять все виды поставленных задач. Как я уже сказал, тело будет почти неуязвимым. Но если его всё-таки уничтожат, то товарищи павшего смогут призвать его душу и дать новое тело всего через несколько минут.
— Хм… вы можете продемонстрировать, как это выглядит?
— Конечно. Давайте, пройдём на испытательный полигон. Мы ставим опыты на приговорённых к смертной казни. У нас есть несколько рабочих образцов, способных продемонстрировать все преимущества новой формы жизни.
— Идём. — Мы вышли из комнаты и опять начали плутать по бесчисленным коридорам станции. — Вы говорили о том, что это новая форма жизни? — Задал мне по пути вопрос посланник. — То есть номинально, это не спасение человечества.
— Номинально, это спасение не биологического вида, а каждого его представителя в отдельности. Люди сменят тела, но останутся собой. Обретут лучшую жизнь. А всякая нелюдь будет уничтожена нами и обращена в прах.
Джон Доу согласно покивал на мои слова и с довольным видом пошёл дальше. Ментальное сканирование сознания показывало, что он очень неравнодушно относится ко всем нечеловеческим формам жизни, обитающим в галактике. В смысле, что он их ненавидит до мозга костей. Но при этом, мысль о том, что люди могут измениться, оставшись существами «высшего порядка», отторжения не вызывала.
Остановились мы в помещении, отгороженном от большого зала стеклянной стеной. Согласно моим указаниям, там уже находился один из официальных подопытных и тройка простых охранников, увешанных разнообразным оружием. Бунта со стороны заключённого я не боялся, потому что для него это был уже пройдённый этап. Он на личном опыте убедился, что крепко висит у нас на крючке, и любой бунт лишь ухудшит его крайне комфортное положение.
— Вы видите перед собой образец новой формы жизни. Мы называем её вритрас. Сейчас мы продемонстрируем, как образец переносит атаку из личного стрелкового оружия.
Я дал отмашку, и один из охранников поднял кинетический автомат, стреляющий обычными пулями. Несмотря на весь прогресс, летящий в голову кусок металла до сих пор оставался вполне эффективным оружием. Разве что ускорялись пули теперь не пороховыми газами, а гравикомпенсаторами. Раздалась длинная очередь, и тело заключённого буквально изрешетило. Алая кровь выплеснулась из ран, и обезображенное тело гулко шлёпнулось на пол. В лопнувшей голове были видны мозги, а под телом быстро набежала целая лужа крови.
— И что? — Недоумевающе просил Джон.
Я нахмурился, прошёл к аппарату связи, нажал на кнопку и сказал:
— Мартин, если ты сейчас же не прекратишь валять дурака, то я лишу тебя секса. Пожизненно.
Услышав последнее слово, фигура дёрнулась и тут же встала на ноги. Раны затянулись, а кровь впиталась в тело. Даже «арестантская роба» восстановила свой фабричный вид.
— Уже и пошутить нельзя. — Буркнул подопытный.
— Ещё одну очередь. — Скомандовал я.
Охранник поднял оружие, и разрядил в цель остаток обоймы. На этот раз пули едва смогли оставить на теле отметины, которые тут же затягивались. Испытатель сменил оружие на бластер и продолжил демонстрацию.
— Заключённые, что с них взять? Доверия к ним никакого. — Пояснил я ситуацию.
— Вы что-то говорили про секс.
— Да. Мы решили сохранить эту функцию. Людям нужен способ получать удовольствие. Так что мы взяли несколько женщин, пересадили их в новые тела, а затем дали возможность заключённым расслабиться. Всё на добровольной основе. Длительность секса ограничена парой часов в сутки. Это временное решение, потому что вопрос слишком сложный. Но как видите, заключённым их положение нравится, и угроза лишить их секса — это очень серьёзно.
Мы проследили, как кинетическое и плазменное оружие, огнемёт и даже противотанковая ракета оказались бессильны причинить цели хоть какой-то вред. Строенный выстрел их гранатомёта разорвал подопытного на куски, но уже через пять секунд он собрался обратно и как ни бывало встал у стены, посвистывая с гадкой ухмылочкой.
— Это… впечатляет. — Признался гость.
— Это модель для заключённых. Военных можно оснастить встроенными магическими артефактами, которые превратят человека в тяжёлую штурмовую единицу пехоты.
— Но для этого нужно быть магом?
— Любой человек, получивший это тело, станет магом. Может, не выдающимся, но вполне достаточным для того, чтобы являться серьёзной боевой единицей на поле боя.
— А как это скажется мирной жизни?
— Ну, друг для друга подобные выстрелы сойдут разве что за оплеуху. Никакой опасности для вритрас это оружие не представляет. Мы можем придумать модель социальной регуляции после того, как над нами перестанет висеть угроза скорого уничтожения.
— Вы можете продемонстрировать всё это Совету?
— Конечно. Но для демонстрации я бы предпочёл использовать солдата, преданного командованию. Заключённые для подобного не подходят. Здесь они находятся под жёстким контролем, и мне не хотелось бы доверять им больше необходимого.
— Да, понимаю вас. На под моим командованием находится четыре десантника. Вы можете использовать их.
Я перевёл взгляд на четыре закованные с металл фигуры.
— Только при их добровольном согласии.
— Мы согласны. — Ответил один из четвёрки. — Если бы мы могли продемонстрировать такое на поле боя, то враги уже молили бы о перемирии.
— Тогда нам нужно подготовиться. Через час я смогу продемонстрировать вам, как простой человек может стать бессмертным.
На этом мы расстались. Советник с сопровождающими отправился отдыхать, а мне предстояло организовать красочное шоу. Конечно же, я не собирался давать этим людям военной версии. С них хватит и гражданской. Разве что стоило вложить способность применять десяток заклинаний. Назовём это полицейской версией.
Дальнейшее можно не описывать. Я превратил четырёх людей во вритрас и устроил ещё одну демонстрацию их новых способностей. После этого было принято решение отвезти меня на курьерском корабле на планету, где сейчас заседал Совет Мудрецов. Я уже получил от этой станции всё, что мог, так что согласился. Разве что настоял на своём сопровождении телохранителями. Наконец, я погрузился на корабль, прихватив с собой «походный набор» оборудования и сотню кристаллов, после чего мы отправились в полёт.
Планета Нибиру встретила нас ощетинившимся флотом, который несколько часов выяснял, кто мы такие и откуда взялись. Каждый прибывающий корабль сканировался всеми доступными способами и держался в карантине. Как объяснил мне советник, это было защитой от нападений всякой нелюди под видом гражданских. Больше всего проблем доставляли некроманты, делающие из людей нежить, способную обращать жертв в себе подобных через укус.
Нас, кстати, сканеры опознали как людей. Такая мелочь, как эмуляция строения человеческого тела и ауры была базовой функцией. Продемонстрированная ранее заключённым «смерть» была результатом работы этой эмуляции. Приземлившись на планете, мы ещё раз прошли сканирование, идентификацию личности и так далее, после чего меня с телохранителями поселили в одном из подземных бункеров. Похоже, дела тут и вправду идут не очень.
