Раньше группы мальчиков назывались кодомо-гуми. Они имели строгую иерархию: например, старшего по возрасту называли головой (когасира). Распределение прав и обязанностей в группах проводилось по принципу: чем моложе участник группы, тем меньше его значимость. Активность групп кодомо-гуми проявлялась па празднествах. Теперь такая формальная организация детских групп практически сошла на нет, однако групповая деятельность детей сохранилась.
Так, в последний день празднования Нового года мальчики ходят по домам и собирают соломенные веревки с бумажными полосками, которые используются для украшения ворот (симэнава). Потом из этих полосок в некоторых префектурах устраивают костры – своего рода фейерверк. Общие детские забавы организуются во время праздника кукол – хина мацури, отмечаемого в марте, праздника детей, проводимого в октябре, праздника мальчиков танго-но сэкку – в мае. В прежние времена названные праздники имели религиозную основу и отмечались взрослым населением. Теперь же праздники утратили религиозное значение и рассматриваются в Японии как детские развлечения.
Более «серьезные» мероприятия организуют молодежные группы. Раньше их называли вакамоно-гуми, такие группы создавались в каждом населенном пункте. В эпоху Мэйдзи они были преобразованы в ассоциации молодых людей, имеющие самые различные названия. В наши дни такие ассоциации известны по функциям, которые они осуществляют в том или ином районе страны.
Вступление в такую группу означало, что юноша достиг совершеннолетия, и с этого момента окрестные жители начинали считать его взрослым. Иногда группы имели дома для собраний (ядо), куда допускались только члены группы. На полуострове Идзу и в некоторых рыболовецких поселках в южной части острова Кюсю такие дома есть и теперь, их называют «домами для встреч молодых людей». Известны два типа домов: те, что посещались в течение года, и те, что использовались по какому-то случаю. Иногда такие дома строились специально, иногда их арендовали у зажиточных жителей.
В дневное время юноши принимали участие в трудовой деятельности семьи, а вечером отправлялись в свои ядо, где занимались плетением соломенных циновок пли ремонтом сетей. Иногда они проводили время в играх или же за разговорами о девушках, на которых хотели бы жениться. В общем, ядо способствовали выработке у юношей самостоятельности, давали им чувство личной свободы. Подобное направление социализации сохранилось и поныне.
Молодежные группы оказывают общественности помощь в борьбе с пожарами и другими стихийными бедствиями. Однако основное время у них занято подготовкой и проведением праздников. Так, обряды м и к о с и, связанные с переносом паланкина синтоистского божества, выполняются главным образом членами таких групп. Во многих районах Японии они берут на себя организацию различных спортивных состязаний и игр. Кстати сказать, встречаются и такие игры, где играющим причиняют значительную физическую боль. Раньше думали, что только через познание боли человек может добиться совершенства, существовало поверье, что, если человек умрет до того, как пройдет болевое испытание, его душа не сможет обрести покоя.
В былые времена молодежные организации, в частности вакамоно-гуми, пользовались определенной финансовой поддержкой общественности и властей. После войны эта система была ликвидирована, и теперь в Японии можно встретить группы, существующие лишь на собственные средства. Имеются такие группы и у девушек.
Раньше группы девушек назывались мусумэ-гуми, мусумэнакама или о наго вакасю, подобные группы можно встретить на западном побережье Японии. В эти группы девушки вступали по достижении 15-16 лет, в других районах – 12 лет. У девушек, как и у юношей, были дома для собраний, где они могли проявить активность и самостоятельность. После вступления в брак посещение этих домов прекращалось. Существующие ныне в Японии разнообразные ассоциации молодых женщин в некотором роде напоминают мусумэ-гуми, хотя и отличаются по характеру своей деятельности. Если раньше названные группы были для девушек в некотором роде отдушиной от будничных забот, то сегодняшние ассоциации служат женщинам средством для завоевания достойного места в жизни нации. Японские девушки включаются в профсоюзное движение; они принимают участие в работе различных воспитательных комитетов, проявляют активность в деятельности спортивных организаций. Все эти групповые движения стали довольно широко освещаться по радио и телевидению.
В целом групповое поведение японской молодежи носит специфический характер. Оно способствует культивированию у девушек и юношей основных черт японского национального склада, развивает у них национальное самосознание и национальное чувство.
В то же время именно среди молодежи в первую очередь распространяется западная культура (во многом чисто внешняя). Все чаще соседствуют кимоно и джинсы. Это соседство демонстрирует не только столкновение стилей, но и столкновение поколений. Джинсы оказываются практичнее. Кимоно стало теперь в Японии очень дорогим удовольствием. Правда, японские девушки все еще не представляют свой гардероб без кимоно. Но когда за настоящее нарядное кимоно надо заплатить уйму денег (тысячи долларов), девушки задумываются. Кимоно становится у японских женщин исключительно праздничным платьем, в будни лучше одеться по-европейски.
Японская одежда, в частности кимоно, как-то дисциплинирует. В кимоно девушка предпочтет пройти мимо кафе, куда теперь шумной ватагой заходят молодые люди. Иногда, впрочем, в этой ватаге можно встретить и девушек в кимоно, веселящихся за столиками. Теперь все бывает. Но любой японец, увидев девушку в кимоно, пьющую коктейль, обязательно скажет или подумает: «Это не по-японски!» Многое сегодня в Японии делается не по-японски.
Молодежь легче расстается с национальными привычками. В ее среде развивается так называемый западный комплекс (гайдзин компрэксу) – представление о том, что «все западное лучше». В результате встречаешься со всякими неожиданностями. Так, английские слова или даже фразы украшают верхнюю одежду, различные предметы туалета, сумки, причем в ход идет все – рецепты, изречения, заголовки журнальных статей.
Однако японская общественность с неодобрением наблюдает наводнение страны элементами западной культуры, которую часто внедряют молодые люди, прожившие по нескольку лет на Западе.
Японизация возвращенцев
В настоящее время Япония поддерживает отношения со многими странами мира. Тысячи японцев работают в учреждениях японского бизнеса и различных правительственных организациях за рубежом. Срок пребывания японцев вместе с семьями за пределами своей страны колеблется в основном от двух до пяти лет. За рубежом проживает более 23 тыс. японских детей.
Дети японцев обычно посещают местные школы, где обучаются основам наук. Вместе с тем многие дополнительно учатся в японских классах, а некоторые только в японских. Функционирование таких классов и даже школ поддерживается за счет средств японского правительства и фондов промышленных корпораций.
Несмотря на предпринимаемые меры, японские дети за рубежом теряют важные черты национального характера. Подростки, вернувшиеся из-за границы, нередко уже не владеют искусством каллиграфии, плохо читают на родном языке, слабо разбираются в подлинно японских проблемах. В поведении подростков обнаруживаются навыки чужой культуры, подхваченные в детских садах, школах или просто на улице среди сверстников в стране, где они жили. Все это вызывает беспокойство японской общественности, особенно педагогов. Об этом много пишут [275].
М. Уайт, например, в статье «Японские возвращенцы» рассказывает, что мать одного из возвратившихся в страну школьников учитель отчитал и выставил из класса за то, что она попросила, чтобы ее сыну вместо риса с овощами давали на завтрак сандвич; эту женщину настоятельно попросили поторопиться с приобщением ребенка к японским нормам жизни.
Для реадаптации вернувшихся из-за границы детей к японскому образу жизни в ряде мест создаются специальные воспитательные центры. Иногда в них обучают около трех месяцев, иногда больше. Некоторые дети долго еще чувствуют себя иностранцами на родной земле, они с трудом усваивают предметы, преподаваемые японскими учителями. Учителя настойчиво внушают им мысль о том, что нужно забыть иностранный язык. «В ваших головах,- говорят они возвращенцам,- должно быть место только для родного языка. Выкиньте из головы все, что связано с иностранным языком». Однако сделать это не так-то просто.
В ряде городов существуют различные частные пансионы, где за весьма высокую плату вернувшихся из-за границы подростков и юношей обучают японской каллиграфии и стилистике.
Все эти осложнения оставляют глубокий след в психологии возвращенцев. На них, как бы они ни старались, смотрят все же как на маргинальные личности (находящиеся па грани смежных слоев общества, не будучи принятыми ни в один из них). В связи с этим и дети и их родители оказываются в некоторой изоляции. В результате в Японии растет прослойка, получившая не совсем точное наименование «интернационалистов». Адаптация их в стране осуществляется двумя путями.
