богиня, что правят бескрайними небесами, обручённые Бог Тьмы и Богиня Света, о могучие боги вечной пятёрки, что правят огромным царством смертных, богиня воды Фрютрена, бог огня Лейденшафт, богиня ветра Шутцерия, богиня земли Гедульрих, бог жизни Эйвилиб! Мы возносим вам свои молитвы и благодарность, — сказала я, и все священники заняли свои места.
— Хвала богам! Слава богам!
После того, как все помолились богам и я попрощалась, Фердинанд взял меня за руку, помогая спуститься по ступенькам. Но примерно на полпути я заметила, что один священник сознательно избегал зрительного контакта, вместо этого глядя в пол. Я остановилась, чтобы взглянуть поближе, и сразу узнала его благородное лицо средних лет.
— Я ведь знаю тебя…
— Розмайн, ты знаешь Эгмонта? — спросил Фердинанд.
— Это ведь он устроил беспорядок в библиотеке. Да, Эгмонт?
Хе-хе. Обнаружив его, я усмехнулась про себя, и, несмотря на то, что я даже не использовала подавление, Эгмонт сразу же побледнел. Он отчаянно хлопал ртом, пытаясь сказать хоть слово, но безуспешно оглядывался в поисках помощи. Именно тогда он встретился взглядом с Фердинандом. И когда в его голове возникла идея, поспешно стал оправдываться.
— Предыдущий глава храма приказал мне сделать это! Я сделал это не по собственному желанию!
И снова он! Добивающий удар «Все проблемы были из-за него»! Надо же, бывший глава храма очень популярен.
Однако никакой добивающий удар не может работать вечно. То, что он устроил беспорядок в моей драгоценной библиотеке было непростительно, и мой гнев за то, как он обошёлся с книгами ещё не прошёл. Это просто так не забудется, если попытаться просто переложить вину на главу храма.
— Понимаю. Значит, это приказал глава храма, — сказала я.
Эгмонт кивнул, его губы скривились в улыбке, явно выражающей ликование от того, что он избежал моего гнева. Не было ни капли сожаления или признаков раскаяния. Я улыбнулась и слегка использовала подавление, чтобы показать, что я всё ещё зла.
— На этот раз прощаю. Но не думай, что я прощу тебя во второй раз.
Несмотря на то, что ситуацию удалось разрешить с поразительной сдержанностью и совершенной логикой, избегая при этом абсолютного кровопролития, в ту секунду, когда мы вернулись в мою комнату, Фердинанд отругал меня за то, что я зашла слишком далеко. Хотя, я не понимала, что я такого сделала.
— Это странно. Вы тот, кто научил меня, что наиболее логичный и эффективный образ действий — это преподать кому-то урок, эмоционально травмируя его.
— Это только на тот случай, когда вы имеете дело с кем-то, кто не будет слушать, что бы ты не говорила, — ответил Фердинанд, недовольно нахмурившись.
Но для меня было бы огромной проблемой, если бы Эгмонт проигнорировал меня и во второй раз устроил в библиотеке беспорядок.
— Меня не волновало, готов ли он слушать. Я хочу, чтобы все священники знали, что для них всё плохо кончится, если они тронут мою библиотеку. И я сделала это вполне рационально, не так ли? — спросила я с улыбкой.
В ответ на мои слова, Фердинанд натянуто улыбнулся.
— Твоя рациональность подстегивается эмоциями, что делает её еще более пугающей. Невозможно сказать, к каким последствиям приведут твои действия.
— Ой? Но ваша рациональность подстегивается сложными заговорами и имеет далеко идущее влияние на многие вещи.
Когда мы холодно улыбались друг другу, я внезапно вспомнила кое-что важное: травма Эгмонта не имела значения, и сейчас определённо было не время устраивать состязание в коварстве с Фердинандом.
— А теперь, главный священник, церемония крещения и инаугурации прошли идеально, и каждый из нас позаботился об опасных людях, угрожающих нам. Пожалуйста, дайте мне поскорее ключи от библиотеки. Я хочу прочитать как можно больше перед завтрашней встречей с Лютцем и остальными, — сказала я, расплывшись в нетерпеливой усмешке и протягивая руку.
Фердинанд крепко зажмурился и схватился за голову.
— Если ты снова потеряешь сознание, не жди от меня ни лекарства, ни исцеления.
Том 3 Глава 179 Воссоединение
Как только Фердинанд дал мне ключ, я намеревалась немедленно броситься в библиотеку, но меня остановил Фран.
— Госпожа Розмайн, вы отсутствовали довольно долгое время. Мне нужно о многом вам сообщить и многое обсудить. Библиотека никуда не денется, и я уверен, что после того, как вы, вступив в должность главы храма, смогли успешно напугать господина Эгмонта, он больше не доставит вам неприятности в ближайшее время. Вы можете читать на досуге, когда мы закончим наши срочные дела.
Я посмотрела на Франа и на дверь, затем осмотрела комнату в поисках всех, кто мог оказаться союзником. Моника стояла позади Франа, Розина полировала фэйспиль, не выказывая ни малейшего намерения вмешиваться, Дамуэль избегал зрительного контакта, чтобы не вовлекаться в ситуацию, а Бригитта, хмурясь, наблюдала за происходящим. Казалось, меня никто не поддержит.
— Но Лютц и другие придут завтра, поэтому я хочу прочитать как можно больше сегодня, — умоляла я.
Если люди в компании Гилберта были настолько заняты, чтобы заслужить сочувствие Фердинанда, то у меня не было никаких сомнений в том, что я тоже буду безнадёжно занята. Сегодня наверняка будет последний день, когда я смогу расслабиться и читать в своё удовольствие.
Но мои мольбы только вызвали улыбку у Франа, похожую на ту, которой меня всегда одаривал Фердинанд.
— Успокойтесь, госпожа Розмайн, вам и без библиотеки есть что почитать. Пожалуйста, взгляните на это и запомните всё до начала церемонии звёздного сплетения.
Тут он начал выкладывать дощечки мне на стол. Очевидно, они были организованы Франом и другими моими слугами. В них содержался широкий спектр молитв и порядков проведения ритуалов.
Огромная стопка дощечек не смутила меня, а вот Бригитта забеспокоилась.
— Постойте, здесь слишком много дощечек, чтобы она могла их прочитать. Госпожа Розмайн ещё слишком мала, и это слишком много, чтобы возлагать это на ребёнка, который только что прошёл церемонию крещения.
Фран болезненно нахмурился, из-за
