Читаем без скачивания Филогенез - Алан Фостер

Он терпеливо преследовал парочку, останавливаясь, когда останавливались они, утыкаясь носом в витрины каждый раз, как им случалось оглянуться. По большей части Чило старался остаться незамеченным, делая вид, что он — просто еще один турист, вышедший прогуляться под дождичком после обеда. Но он не мог себе позволить дорогущий водоотталкивающий костюм, поэтому успел промокнуть и продрогнуть, несмотря на свой старомодный моряцкий плащ-дождевик.

В определенном смысле слова можно было сказать, что Монтойя и вправду турист. Он приехал сюда из Гольфито нарочно, чтобы набрать денег на приобретение должности. Давным-давно он научился, что лучше не работать там, где живешь. Скрываться от властей и без того непросто — а уж если ты тусуешься в одном городе с тем и, кто стремится тебя найти, задача осложняется вдвое. К тому же разжиться кредитками в шумном, оживленном Сан-Хосе куда проще, чем в сонном городишке на побережье.

Монтойя слегка напрягся, готовя мышцы и разум к решающей схватке, и зашагал быстрее. Разрыв между ним и гуляющей парочкой начал сокращаться. Они свернули в один из тихих городских переулков, узенькую улочку с опрятными булыжными тротуарами, Чило нырнул следом.

Он уже полез под плащ, когда туристы внезапно вошли в магазинчик, торгующий деревянной скульптурой, которой всегда славился Сан-Хосе. Пришлось проследовать дальше. Проходя мимо витрины, Чило мрачно покосился на красовавшиеся там статуэтки из падука и кокоболо. Следующая лавка оказалась закрыта. А дальше попалась узенькая подворотня, ведущая сквозь ряд домов в глубину квартала. В подворотне еле-еле хватило бы места на одного человека. Однако Чило юркнул туда. Здесь, по крайней мере, можно было укрыться от дождя.

Он привалился к стене и принялся ждать, время от времени выглядывая наружу. Мокрый переулок оставался пустым. Дождь барабанил по мостовой и мелкими ручейками стекал в ближайшую сточную канаву. Если парочка решит не продолжать прогулку, а вернуться обратно, Монтойе ничего не останется, как последовать за ними, подобно кайману, который подкрадывается к бестолковому тапиру, бродящему туда-сюда вдоль берега.

Вскоре до него донеслась приглушенная расстоянием болтовня. Разговаривали трое: парочка и владелец магазинчика. Потом послышалось шлепанье шагов по мокрой мостовой. Шаги не удалялись, а приближались. Чило сунул руку за пазуху, стиснул рукоятку крошечного пистолета-нейропарализатора.

Точно рассчитав время, он возник из подворотни и преградил им дорогу, стараясь выглядеть выше и страшнее, чем был на самом деле. Судя по их ошарашенным физиономиям, он сумел застигнуть туристов врасплох.

«Ну, теперь быстро! — сказал себе Чило.— Пока они не очухались». И протянул свободную руку ладонью вверх.

— Кредитницу! — хрипло бросил он. Видя, что мужчина заколебался,— а несмотря на солидный возраст, выглядел турист вполне вполне крепким — Чило добавил как можно более угрожающим тоном: — Пошевеливайтесь, не то пристрелю на хрен и все равно заберу!

— Мартин, отдай! — в ужасе попросила жена.— Все равно все застраховано!

«А-а, туристская страховка! — подумал Чило.— Лучший друг вора…»

— Доставай медленно, чтоб я видел, что ты достаешь,— грозно буркнул он.

Прилично одетый мужчина, с ненавистью глядя на Чило, вытащил из-под плаща мягкую пластиковую кредитницу и протянул. Вор осторожно взял ее, не сводя глаз с жертвы. Сунул добычу во внутренний карман рубашки и перевел взгляд на женщину. Улочка была совсем пуста. Вдалеке, по главной улице, проехала пара автомобилей, но сидевшим в них не было дела до драмы, разыгрывающейся в переулке.

— Сумочку! — приказал Чило.— И побрякушки тоже.

Женщина трясущейся рукой протянула косметичку из металлической сетки, потом неохотно сняла кольцо и пару браслетов. Чило, нервно поглядывая в сторону лавки, откуда только что вышли супруги, властно указал на левую руку.

— Давай, давай! Остальное тоже!

— Пожалуйста, не надо! — взмолилась женщина, прикрывая кольцо другой рукой.— Это мое обручальное кольцо. Я ведь отдала вам все остальное!

По ее щекам побежали капли. Именно слезы, а не дождь — от дождя ее лицо надежно защищали широкие поля элегантной водоотталкивающей шляпки.

Чило заколебался. Они уже и так довольно долго торчат тут на улице. Кредитница, сумочка, побрякушки — чего еще надо? Бабе, похоже, и впрямь жаль колечка. Кому знать, как не ему — он немало повидал фальшивых слез на глазах тех, кто пытался отстоять ценные, но не дорогие сердцу вещи. И Чило все с тем же угрожающим видом, с каким выступил из подворотни, шагнул назад, собираясь уйти.

— Ладно, так уж и быть. Понимаете, я бы и этого не взял, но тут такое дело… единственный шанс за всю жизнь… короче, очень надо… мне и всего-то нескольких кредиток не хватало…

И тут муж кинулся на него.

Это была дурацкая выходка, совершенно бестолковая — вполне в стиле немолодого мужика, который когда-то где-то чему-то учился, насмотрелся вдобавок приключенческих фильмов по трехмерке и решил, что выученные приемчики помогут ему справиться с опытным, жилистым профессионалом. Мужик был намного крупнее Чило, что добавило ему храбрости, и намного сильнее, что вселило в него непомерную самоуверенность. По правде говоря, он превосходил противника во всем, кроме одного: отчаяния.

Мужчина с размаху, как его учили на занятиях каратэ, рубанул широченной ладонью по трясущейся руке Чило — и тот невольно нажал на курок. Компактное оружие молча плюнуло синим огнем. Выброшенный заряд мгновенно прервал поток электрических импульсов, бегущих по миллионам нейронов тела пожилого человека. И тот с ошеломленным видом рухнул на тротуар, валясь набок, так что сперва его плечи, а потом голова стукнулись о мостовую. Голова подпрыгнула от удара. Сам Чило был потрясен не меньше женщины, которая тут же бросилась на тело своего ослиноголового муженька. Широко раскрытые глаза убитого заливал дождь.

При выстреле пистолет смотрел в грудь туриста, поэтому сердце оказалось моментально парализовано. Такое поражение вовсе не обязательно стало бы смертельным — просто, похоже, у мужика сердце само по себе было не особенно здоровое. Проблема заключалась не в том, что оно остановилось, а в том, что не собиралось забиться снова. Чило уже случалось видеть смерть, хотя убивать самому еще никогда не доводилось. И теперь он безошибочно опознал застывшее запрокинутое лицо с полуоткрытым ртом, в который стекали струи дождя.

Женщина, уже ничего не боясь, заорала во все горло о помощи. Чило поднял пистолет, потом опустил. Он ведь не хотел стрелять в несчастного самодовольного ублюдка. Убивать его уж точно не хотел. Но вряд ли суд сочтет это смягчающим обстоятельством. Чило поплотнее стиснул кредитницу под плащом и бросился бежать, на ходу запихивая оружие в карман. Серый ливень, хлещущий с небес, быстро поглотил вопли женщины. Сейчас Чило, как никогда, радовался дождю. Есть надежда, что лавочник не сразу услышит крики.

Монтойя, задыхаясь, вскочил в первый попавшийся автобус. В нем ехали озабоченные небогатые местные жители, не обращающими внимания ни на что вокруг. Чило спрятал лицо в поднятый воротник, стараясь выглядеть как можно более незаметным. И что, спрашивается, ему теперь делать? Самозащита не прокатит — он рецидивист. В лучшем случае приговорят к частичному промыванию мозгов. А насколько частичному — будет зависеть от милосердия судьи. Конечно, детектор лжи смог бы подтвердить: у подсудимого не было намерения убивать, но при его нынешнем состоянии души на экране прибора, скорее всего, появится сплошное серое пятно и ничего больше.

Неважно. Попадаться Монтойя все равно не собирался.

Он не стал возвращаться в дешевый гостиничный номер, где поселился по приезде в Сан-Хосе. Вместо этого пересел на автобус, идущий в противоположном направлении. К тому времени, как Чило добрался до аэропорта, дождь уже ослабел, и небо вместо скорбных рыданий проливало всего лишь сентиментальные слезы.

Ближайший порт, где он мог взять шаттл и отправиться на орбиту, чтобы улететь за пределы Солнечной системы, находился в Чиапасе. Но даже если бы ему удалось добраться туда, не попавшись по дороге в лапы жандармерии, вряд ли всех кредиток, накопленных за последний месяц, хватило бы, чтобы купить билет на другую планету. Впрочем, неважно. Первое, что сделают местные власти,— это сообщат об убийстве и разошлют повсюду фоторобот преступника, составленный по описанию жены убитого. И едва Чило сойдет с шаттла на какой-нибудь из колоний Центавра, его встретит торжественная делегация. Да и не хочется вообще улетать с Земли! Во всяком случае, не теперь, когда у него здесь важные дела.

Нет, сейчас главное — удрать как можно дальше, как можно быстрее, но не так далеко, чтобы не суметь вернуться к сроку. Отправиться снова в Гольфито — нереально, во всяком случае, не сразу. Эренгардт не обрадуется визиту человека, которого разыскивают за убийство. Босс и так известен своими антиобщественными делишками, и за его домом и конторами непременно будет установлена слежка.