Хозяин одобряюще погладил меня по спине.
— Теперь, когда мы познакомились, поговорим о главном. Я вижу, вы не первый раз останавливаетесь здесь. Так вот, располагайтесь как обычно. Отдыхайте, наполняйте бурдюки свежей водой, поите сарфахов. В общем, ведите себя как всегда.
Караванщики благодарно склонили головы.
— Ты рассеял наши волнения. Чем мы можем отблагодарить тебя, уважаемый? — поинтересовался старший.
— Ну что ж, если сами спросили, — усмехнулся хозяин, — среди нас есть любитель историй о дальних странах и караванных тропах. Если утолите его любопытство, будем считать, что в расчете.
Караванщики остались очень довольны. Поговорив немного о пустяках, пригласили хозяина посмотреть на товары и рабов. На самом деле им хотелось поскорее успокоить своих и дать сигнал к разгрузке каравана.
— Вот этих рабов мы везем продавцу, — караванщик указал рукой на толпу из двух десятков прраттов, рассевшихся в тени пальмы. — Честно говоря, товар не мой. Я рабами не занимаюсь. Уговорили… Но они прошли обучение, ведут себя хорошо, и проблем с ними нет. Хозяин груза сказал, что если всех довезу, каждый пятый — мой. Скажи слово, и два из них станут твоими. А те трое — особо ценный груз. Их не продам, и не проси.
Я отстала от хозяина, чтоб посмотреть на особо ценных. Женщина и два воина. Рыжие. Ноги свободны, но руки прикованы к одной длинной цепи, которая охватывает и пальму. И у всех троих были хвосты! Они старше меня, но с хвостами!
— Эй, рыжая, принеси воды, — негромко позвал самый молодой из них на языке рыжих. Я оглянулась. Рядом со столиком в корзинке остался один сосуд. Догнала хозяина, спросила разрешения, сбегала за сосудом и протянула парню.
— Я не… — хотела сознаться, что не знаю, как открыть сосуд, но парень зажал пробку в кулаке, резко повернул — и вот уже разделось знакомое шипение. — Пейте маленькими глотками. Это газированная вода, а не обычная.
— Откуда ты, добрая девушка? — спросила женщина.
— Я из Дворца Владыки.
— Надо же! — удивился парень, сделав глоток. — Там все такое пьют?
— Что вы! Я сегодня первый раз такую воду попробовала.
Рабы пустили сосуд по кругу.
— За что же нам такая честь? — зло усмехнулся парень.
— Я момент выбрала, когда хозяин с вашим караванщиком разговаривал. Он разрешил, не подумав.
— Тебя не накажут? — спросила женщина.
— Не знаю. Наверно, хозяин отругает. Но я же спросила разрешение.
— Рыжая, сможешь нож достать? — тихо спросил парень.
— Ты что? Тебя за нож убьют сразу! — испугалась я.
— Глупая, нас на смерть везут. Хоть умрем со славой.
— Нет. Нет-нет, нельзя! Я не могу! — попятилась, споткнулась, шлепнулась задом в песок.
— Что, малышка, этот хулиган опять ножик просил? — добродушно поинтересовался проходивший мимо караванщик.
Прямой вопрос! Не ответить нельзя. Ответить — погубить парня. Что делать???
Со всех ног кидаюсь к дому. Рыдая в голос, забиваюсь под лестницу. Лязгает дверь, грохочут ступени над головой. Линда вытаскивает меня за руку, обнимает, утешает, ведет в дом.
Только я успокоилась, как Стас сказал, что меня зовет хозяин. Всех зовет. Караванщики приглашают нас к костру на ужин. Мухтар сказал, что с пустыми руками идти — не комильфо. И вручил мне корзинку с двумя покрытыми инеем бурргуньими головами. А Марте и Линде — корзинки с мясом, колбасками и другими вкусностями из моего меню. Караванщики встретили головы на «ура». Сказали, это именно то, чего не хватает.
— Какой у вас ледник хороший, — изумился самый толстый, руководивший приготовлением еды и с жаром убеждающий в чем-то моего хозяина.
— Мухтар, объясни ты им, что для плова нужны соль и пряности, — пожаловался хозяин, и радостная перепалка у костра разгорелась с новой силой.
Пока готовилось блюдо, которое хозяин с Мухтаром называли пловом, а караванщики — папарр, все пробовали рикт из корзинки Линды. Мухтар сказал — дегустировали. За полстражи удегустировали целую корзину. Все хвалили и восхищались. А когда я сказала, что рикт из Дворца, восторгу не было предела.
Нас во Дворце учили готовить, но папарр мы не проходили. Толстый караванщик охотно отвечал на вопросы, но гордо заявил, что настоящий папарр может приготовить только мужчина!
Рикт возбуждает жажду. Караванщики принесли бурдюк легкого вина, а мы с Линдой — целую гору одноразовой посуды, которую после еды не моют, а кидают в костер. Да-да! И миски, и ложки, и стаканчики — прямо в костер! И они сгорают как дрова. Здорово, правда? Мыть не надо!
Под конец в папарр добавили мясо из корзинки Марты. Мясо было уже приготовлено, его оставалось только разогреть. Хозяин сказал, что не по правилам, но так даже вкуснее.
Наконец, блюдо было готово. Обычно папарр едят руками из общего котла. Но сейчас каждый получил глубокую миску и белую одноразовую ложку. Есть по-новому было необычно и очень интересно. В радостном возбуждении караванщики налили вина и мне.
— Что вы делаете?! — заругалась на них Линда. — Прекратите спаивать ребенка!
Но после второго стакана махнула рукой. Я, вместе со всеми, ела горячий папарр с кусочками нежного мяса, запивала вином, слушала разговоры и была счастлива как в детстве.
Линда сжала мне руку, указала глазами на хозяина и шепнула:
— Слушай.
— … Твои родители воевали с рыжими. Они кровью добыли это право. Я в то время был далеко от этих мест. Я не заслужил право рубить хвосты рыжим, понимаешь? Любое право надо заслужить, — объяснял хозяин караванщику. Я икнула и навострила ушки. — А если б и имел право, как я могу изуродовать дар Владыки? Это же оскорбление. Чувствуешь, в какое сложное положение я попал? Нет, пока Миу моя рабыня, она будет с хвостом.
— Так-то оно так, — согласился караванщик. — Ты мудро говоришь. Но… как на это посмотрят власть держащие?
— А зачем им смотреть? Пусть Миу хвостик в штанах прячет, — рассмеялся хозяин и хлопнул караванщика по спине. Тот одним глотком допил вино, фыркнул и тоже рассмеялся. Линда широко улыбнулась и подмигнула мне.
— Рабы не кормлены, — спохватился один из караванщиков.
— Чтоб тебе до утра икалось, — неохотно начал подниматься с места другой.
— Линда, Миу, сообразите, что побыстрее и попроще, — распорядился хозяин. — Там, вроде, еще мясо оставалось.
— Рабам — мясо? — удивился римм каравана, которого люди между собой называли караван-баши. Красиво звучит, правда?
— Пусть и у них будет праздник, — лениво отозвался хозяин.
— Ну, мясо твое, — согласился караван-баши. — Девки, стойте! Молодой рыжий будет нож просить. Не давайте! Он у всех просит. Уже три заточки отобрал.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
