а рядом с ним – письменный стол с маленьким телескопом. Стены должны были быть сиреневыми. Ничего этого я не увидела. Комната была выкрашена в белый цвет, а внутри стояли лишь книжный шкаф да письменный стол. Я взяла было рамку со стола, но фотография тут же упала на пол, ударившись и разбившись вдребезги, как и мое сердце.
Это была фотография, которую я сделала с дедушкой и отцом на берегу озера Салда два года назад. Я хорошо помнила, как просила их сфотографироваться, – даже распечатала потом фото каждому из нас. Дед дулся на камере, потому что снова поссорился с моим отцом. На нем была рубашка цвета индиго, которая была забрызгана каплями, потому что он играл со мной. Я стояла между ними, обнимая их обоих, но на этом кадре было лишь два человека, которые смотрели на меня с пола и страдальчески ухмылялись. Два человека в том же месте, в той же одежде. Но меня больше не было с ними. Я была стерта с фотографии.
Я начала бегать по дому, ощущая, как глаза щиплет от слез. Я искала что-то свое, но магия затронула все, стерла меня и мое существование. В доме не осталось ни следа моего присутствия. Призрачная пустота виднелась в каждой рамке с фотографиями.
– Королевство забирает то, что принадлежит ему, Нова. – Амон и Дарен одновременно появились в гостиной моего дома. Амон смеялся, а Дарен смотрел на меня с безучастным выражением лица. В глубине души я знала, что он наслаждается этим так же, как и его отец.
Я покачала головой.
– Вы отняли у меня жизнь, – сказала я. Я подняла руки, чтобы оттолкнуть его, но Дарен схватил меня и, скрутив мою руку, притянул к себе. В тот же момент Амон взял за руку сына, и мы снова телепортировались. Во дворец я вернулась одна. Одиночество никогда раньше не ощущалось так, но теперь я была одна. Не в этом королевстве, а во всей Вселенной.
Глава 5. Факты и яды
Ветер, проникающий через широко распахнутые окна, заставил меня задрожать и быстро проснуться. В комнате, помимо Лалы, находилось три гоблина, которые убирались. Тут-то я и поняла, что что-то не так.
Когда нас привели во дворец и поселили в комнате, то предоставили выбор. Огонь, горящий в камине, вода в хрустальном бокале, еда на керамическом блюде и окно. Все это символизировало четыре королевства. Этот выбор определял то, сторонниками какого королевства нам суждено стать независимо от того, кем мы родились. Не успела я войти в комнату, как меня охватила жажда, и все, чего я хотела, – это выпить хоть каплю воды. Однако я сразу побежала к окну, чтобы попытаться сбежать, это и дало всем повод считать, что я – Воздух. Мне не нравился Хранитель Воздуха и Погоды, лорд Сина, как и всем остальным. Меня раздражало то, что он видел во мне нечто, что можно купить, и я бы предпочла спать в болотах с Кербером, чем оставаться в Дворце Земли. И хотя у Амона было достаточно сил, он не собирался возвращать меня к моей прежней жизни. Теперь я понимала, что это что-то личное, дело вовсе не в королевстве или долбаных правилах – а в мести Водному Королевству, которое нанесло им столько вреда и принесло столько проблем. Но он даже не мог меня убить. В любой другой день я бы громко рассмеялась над иронией этого.
– Тебе надо поскорее одеться. Позволь мне хотя бы умыть твое лицо. – Фея щелкнула пальцем, и у изножья кровати появилось серебристое платье.
– Зря стараешься. – Я скрестила руки на груди. – Неужели они в самом деле ненавидят меня, раз так спешат выгнать? – Я попыталась рассмеяться, но не смогла.
– Эльфины встревожены, наша земля иссохла, Нова, и никто не хочет видеть здесь кого-то из этой династии. – Пока Лала, пригнувшись, шептала мне на ухо, она постоянно оборачивалась на гоблинов. Когда другие существа смотрели на меня, они испытывали отвращение и начинали убираться еще более интенсивней.
Я отчаянно пыталась понять, что происходит, но все, что я могла сделать, – это чувствовать себя паршиво. Очень паршиво. Я была персоной нон грата в королевстве, о котором ничего не знала и в котором была совершенно чужой.
Я была наследницей Воды.
Ошибкой.
Нежеланной и ненавистной.
Я была проигравшей в войне, о которой даже не слышала.
Забытой, преданной всем миром.
По моей спине пробежала холодная дрожь. Они забирали у меня комнату, сжигали в камине все, к чему я прикасалась. Даже одежду, которую я надевала лишь однажды на несколько часов, даже бокалы, к которым я никогда не прикасалась, отправили в огонь, словно я была переносчиком смертельной болезни.
– Лорд Сина, Хранитель Воздуха и Погоды, – хороший человек. – Лала потянула меня к платью. – Там тебе будет лучше.
Ага, этот милорд, которого она называла хорошим, несколько дней назад делал на меня ставку и хотел владеть мною, как рабыней.
– Ты, вероятно, рада избавиться от меня, – упрекнула я фею, которая дергала меня за руку. Здесь никто ничего не делал, чтобы помочь мне. Все только что-то бурчали и бормотали, чтобы заставить меня чувствовать себя еще хуже. А я даже не упомянула этих старых сварливых гоблинов. Они пялились на меня из-под своих лысых век и ворчали с тех пор, как пришли.
– Не говори так, – сказала Лала. – Я пойду с тобой.
Я прижала руки к вискам.
– Смогу ли я хотя бы увидеться со своей подругой?
– Наследница Земли Айзер доставлена в свою резиденцию. Тебе туда ход воспрещен, у них началась специальная подготовка. – Она посмотрела на меня, и в ее больших голубых глазах я разглядела нерешительность и колебание.
Я чуть не потеряла рассудок.
– Почему бы им просто не запереть меня вместе с Кербером?
– Ты искала врата ада, – неуверенно сказала она. – Это деяние сумасшедшего человека.
Иными словами, так поступают только безумные наследники Воды. А безумцы не могут жить в обществе. О, как замечательно!
– Я не искала! – выкрикнула я, но следующие слова застряли у меня в горле. – То есть я не знала, что это за дверь, просто…
– Ты просто следовала инстинктам, как это делал Лорд Воды.
– У меня не было никакого злого умысла! – огрызнулась я безо всякой необходимости. Как я могла защитить себя? Какой убийца признается в том, что совершил преступление, или скажет: «Да, я сумасшедший»? Я буквально тонула, пока мы разговаривали. В конце концов, под суровыми взглядами я сдалась и откинула платье
