После завтрака старший сержант Мо пригласил «старика» в свою комнату. А «девушка», успевшая еще до завтрака подружиться с двумя дочерьми домохозяев, собралась идти с ними на берег моря, собирать съедобные ракушки.
«Старик» сказал ей несколько слов в напутствие, а сам, болтая о том, о сем, пошел со старшим сержантом в его комнату. Там, продолжая все тот же пустой разговор, он вскоре сумел уточнить некоторые цифры, а также получил кое-какие сведения о Ван Ань-дэ.
Однако, когда «старик» увидел, что повара заняты приготовлением обеда, он больше не пожелал ни о чем болтать со старшим сержантом. Он взял маленькую скамеечку и, подсев к поварам, стал помогать им мыть картофель, чистить бобы, не переставая в то же время рассказывать о жизни на материке, особенно о том, как идут дела в кооперативах деревень Шаньдуна, о тракторах, о насосных машинах… Рассказывал он живо, приводил конкретные примеры, слово за словом завоевывая симпатию собеседников.
И все, кто слушали его, думали про себя: «О, да он, оказывается, из старого освобожденного района!»
За час до обеда все уже было готово, и повара, разделившись на три группы, собирались нести обед на места, где производились работы.
Как раз в тот день один из поваров заболел, и старшему сержанту пришлось заменить его.
«Старик», услышав, что старший сержант должен нести обед на объект № 2, вызвался сопровождать его.
— Папаша Чжоу, это очень далеко, идти нужно через горы, — удерживали его все, — вы бы лучше дома отдохнули.
Но «старик» настаивал на своем.
— Вы не смотрите, что я старше вас, э… не будь я Чжоу, если я не пройду без передышки пять ли с грузом. Вот вы говорите через горы идти, да у нас холмы выше, чем здешние горы.
— Папаша Чжоу, да нет, вы… — старший сержант был в большом затруднении.
«Старик» догадался, что тот хочет сказать ему, и сейчас же притворился обиженным.
— Я тесть вашего командира роты, а вы меня и за гостя не считаете? Неужели я, который всю жизнь землю пахал… Ай-я… — Старик не на шутку рассердился.
Старший сержант Мо не знал, что и делать. Скрепя сердце он сказал самому себе: «Ладно, пусть он пойдет в горы. Это ничего, а на объект он не пойдет». И уже вслух с улыбкой продолжал:
— Не сердитесь, папаша Чжоу! Пошли, а то времени уже много.
* * *
Извилистая горная дорога то карабкается вверх, то опускается вниз. Три объекта расположены на расстоянии 5–6 километров друг от Друга. Но на каком бы объекте вы ни находились, вы всегда можете видеть другие два. Поэтому везде, где горные дороги подходят к зоне объекта, деревянные таблички с надписью: «Военная зона, вход запрещен» предупреждают о том, что дальше идти нельзя.
Не зная, какой злодей идет рядом с ним, старший сержант Мо, все собиравшийся сказать «старику», что дальше ему идти нельзя, так и не нашелся, как это сказать. Он вспомнил, как недавно рассердился «старик», подумал о том, что он узнал о нем за эти два дня. В конце концов он решил так: человек прибыл из старого освобожденного района, тесть командира роты, всю жизнь пахал землю… Ничего! И повел «старика» дальше. Но показавшийся в этот момент из-за поворота часовой строго спросил старшего сержанта Мо:
— Это кто? Ты что, порядка не знаешь, ведь посторонним вход запрещен!
Старший сержант Мо знал, что он неправ, но перед «стариком» ему не хотелось терять своего престижа, и он поспешно объяснил:
— Это тесть командира роты, он помогает мне нести обед.
— Пусть он подождет внизу, ему нельзя идти дальше. Я не имею права пропустить.
«Старик», очень хорошо разобравшись в обстановке, тотчас согласился.
— Старший сержант Мо, почему ты не сказал мне об этом раньше? Я не посторонний, но если дальше нельзя идти, то я подожду здесь.
Старший сержант Мо чувствовал себя виноватым:
— Папаша Чжоу, ты уж не обижайся, такой у нас порядок. — И он стал подниматься в гору один.
Начальником этого объекта был командир второго взвода Ван Ань-дэ, угрюмый, немногословный человек. Однако его внимательное отношение к людям, осторожность и личное участие в работе снискали ему уважение всех товарищей.
Командир второго взвода издалека увидел, что старший сержант Мо привел кого-то с собой, и поспешил туда. Почти у самого подножья горы он столкнулся со старшим сержантом Мо. Старший сержант Мо, указывая на стоявшего вдалеке «старика», стал поспешно объяснять командиру взвода:
— Это тесть нашего командира роты, папаша Чжоу, — и многозначительно добавил: — Он из старого освобожденного района Шаньдуна.
Командир взвода уже слышал о приезде «тестя» и «невесты» командира роты. Но в данный момент для командира взвода было важно, лишь одно: этот простой человек из народа явился на объект, а для командира взвода, такого осторожного, приход на объект постороннего человека, пусть даже он был тестем командира роты, пусть он прибыл из старого освобожденного района и был человеком из народа, отнюдь не был обычным событием, с которым можно было бы примириться. Командир второго взвода сердито посмотрел на старшего сержанта. Старший сержант тотчас заметил это и, вытянув руки по швам, приготовился выслушать замечание. Командир второго взвода хотел было строго отчитать его, но, подумав, что неудобно делать выговор здесь же, при «старике», он решил сказать ему это позднее. Да и «старик» в конце концов простой крестьянин, откуда ему знать, что можно И что нельзя.
Думая так, он поглядел вниз, где «старик» прохаживался взад и вперед. Тут в душе у командира второго взвода шевельнулось раскаяние, ион обратился к старшему сержанту:
— Скажи дежурному Цину, чтобы дал сигнал на обед, мою порцию оставьте, а я спущусь; к этому старику и объясню ему.
Командир второго взвода сделал несколько шагов по направлению к «старику» и, приветствуя его, сказал:
— Не сердитесь, папаша.
— Что вы, что вы, — очень искренне ответил «старик», внимательно вглядываясь в командира второго взвода.
— Вы обедали, папаша?
«Старик» не отвечал, продолжая осматривать ого с головы до ног. Ха! Никакого сомнения быть не может! «Старик» чуть не закричал от радости.
— Папаша, что… что с вами?
— Иди сюда, нам нужно поговорить. «Старик» увлек его к скале. Оттуда не видно
было ни часового, ни объекта. Возле большого дерева у обочины дороги «старик» остановился и сказал почти тоном приказания:
— Присядем здесь и поговорим. — Шаньдунский диалект «старика» внезапно сменился превосходным выговором.
— Что?.. — вздрогнул командир второго взвода.
