Читаем без скачивания Смертоносное наследство - Майкл Стакпол

Голос Исповедника стал резким:

– Доведи его до восьмидесяти и затем сразу сбрось.

В его словах наемник услышал угрозу и пытался собрать все силы, чтобы воспротивиться действию препаратов, но ему никогда бы это не удалось. Он почувствовал дрожь в ступнях и понял, что волна началась в миллионах клеток, из которых они состояли. Она поднялась выше колен, усилилась и устремилась в бедра. Он увидел, как все тело заколыхалось на многоцветном ветру. Когда мощь волны стала совершенно невыносимой, она неожиданно взорвалась огненными брызгами в его мозгу.

Когда стих вопль агонизирующего Фелана, Исповедник повторил вопрос:

– Сколько полков насчитывает Лиранское Содружество?

Сопротивляясь, Фелан боролся, но горло и язык уже не повиновались ему.

– Сто пятьдесят три полка. Лояльность шестидесяти пяти, принадлежащих Острову Скаи и Тамару, сомнительна, так как архонт запретил им пытаться отбить у Расалхага миры бывшего Тамарского пакта.

Его плоть корчилась в судорогах, а грудь сотрясалась от рыданий, но ничто не избавило его от пут и мучителей. Вспыльчивый дьявольски хмыкнул, подчеркивая и передразнивая строгий голос Исповедника.

– Очень хорошо, Фелан. А сейчас мы все начнем с начала и проверим каждую цифру. Сотрудничай с нами и не вынуждай нас причинять тебе боль...

XIII

Скондия, Остров Скаи,

Лиранское Содружество

31 декабря 3049 г.

Обливаясь потом, Кай Аллард уперся руками в бедра и поднял лицо к небу. «Эти холмы и в самом деле действуют на меня странно. До сих пор не пойму, почему я решил пробежаться. – Он рассмеялся про себя. – Ведь на Скондии бег не удовольствие, это наказание!» Краем своей рубашки красного цвета Кай вытер пот с лица.

Он увидел ее в первый раз, когда расправил рубашку. Темные волосы едва касались плеч, на которые была накинута серая майка большого размера. Ее длинные ноги обтягивали серые спортивные брюки с узорами, напоминающими стебли травы. Опершись правой пяткой на парковую скамейку, она наклонялась, ухватившись за носок ноги, и старалась прикоснуться носом к коленке.

Распрямившись, она поймала на себе взгляд наблюдавшего за ней Кая и, кажется, смутилась. Потом улыбнулась, но ее голубые глаза остались настороженными, как у кошки. Приблизив руки к груди, закрыв эмблему Института Наук Нового Авалона, украшавшую спортивный костюм, она начала вращать корпусом в талии.

– Привет.

– Извините, что побеспокоил вас, – сказал Кай. – Не предполагал, что встречу здесь кого-нибудь рано утром. – Он бросил взгляд на покрытую туманом зеленую долину, по которой только что бежал. – Здесь созданы прекрасные условия для обучения, но трудно сказать, сколько человек воспользовались ими.

Он сделал полшага вперед и заметил, что она слегка отступила назад. Он кивнул на коричневую сумку, лежавшую у ее конца скамьи.

– Не бросите мне сумку? Мне нужно полотенце.

Она прервала молчание, когда швырнула сумку Каю, высоко подбросив ее.

– Какой результат вы показали? Кай хмыкнул:

– Не понял.

Она улыбнулась, и Кай тотчас решил, что ему это очень нравится.

– Ваша майка... такие давали во время Двадцать пятых Ново-Авалонских соревнований по бегу на десять тысяч метров. Какой результат вы показали?

Кай вытащил из сумки белое полотенце и вытер лицо.

– Я финишировал пятнадцатым.

Она подняла на скамью другую ногу и начала выполнять упражнения на растяжку.

– По месту или времени? – В ее вопросе не было ни вызова, ни скепсиса, и это тоже понравилось Каю.

«Она еще не решила, лжец я или товарищ по бегу, которому можно доверять».

– Место. Мое время было 43,35. Мог бы пробежать и лучше, но сдох к концу гонки. Она слегка рассмеялась:

– Холм, Разбивающий Сердца! Кай рассмеялся, вторя ей:

– Вы знаете? Участвовали в этой гонке? Ее темные волосы метнулись вперед-назад, когда она покачала головой.

– Нет, не в гонке, а только прокладывала курс. От меня не много толку в соревнованиях. – Она выпрямилась. – Тот холм – просто убийца. Он находится в парке Мир Дэвиона в полутора километрах от финиша. Но после холма это расстояние может показаться световым годом.

Кай повесил полотенце на шею и поднял одну ногу на скамью. Капелька пота скатилась с носа, когда он нагнулся вперед, растягивая подколенное сухожилие.

– Вы правы. Этот холм – сущая смерть. И все же, пробегая по парку, я одолел подъем мемориала Серебристого Орла.

– Как там? – Она явно вздрогнула. – Этот памятник вселяет ужас. Разорванная собака испытывает страшную боль в лапах пантеры. Меня это угнетает. – Ее лицо скривилось от отвращения. – Такая жестокость! Не понимаю, почему такой памятник поставили в Парке Мира.

Кай поменял ногу и нагнулся вперед, пока не почувствовал боль в мышцах бедра. «Я помню, как дядя Дэн привел меня в парк и объяснил, что собака представляет Гончих Келла, спасающих Мелиссу Штайнер из западни Куриты. Патрик Келл пожертвовал собой, обеспечив Мелиссе побег. Памятник поставили в парке как напоминание людям о том, что большой успех требует больших жертв».

Кай посмотрел на нее.

– Я понимаю вас, но не согласен с вами. Думаю, что ребенок, которого защищает собака, канат, поднимающийся в небо и символизирующий неминуемое спасение ребенка, – производят благоприятное впечатление. – Он удержался и не стал хвастаться связью своей семьи с этим памятником. – Во время гонки я чувствовал себя разодранным, как эта собака, но заставил себя бежать, так как знал, что не погибну и должен добежать до финиша, показав результат, на который способен.

– Я вас понимаю. Она стянула с себя спортивный костюм, оставив лишь майку, плотно обтягивавшую тело. На ее обнаженных руках отчетливо выделялись мышцы, а подтянутый живот говорил о том, что она была опытной бегуньей. Она отбросила одежду на скамейку.

– Здесь спокойно?

Повернувшись кругом, Кай наклонился к скамье, растягивая ахиллесово сухожилие и икроножные мышцы правой ноги.

– Для вас или костюма?

– Костюма. – Кай слегка ухмыльнулся.

– Не беспокойтесь. Криминальные элементы посчитают ниже своего достоинства трогать его. Температура окружающей среды нулевая, и они сейчас охотятся за вещами из более толстого материала. Спортивный костюм ИННА не стоит того, чтобы попадать в тюрьму, размещенную вон на том серебристом шарике над нами.

Она проследила за его взглядом, устремленным на луну, парившую меж двух неровных горных вершин вблизи горизонта.

– Побег оттуда потребует больше сил, чем изготовление лазерного пистолета из куска натриевой соли. – Она обернулась к Каю. – Как они называют ее?

Кай встретился прямо с ее взглядом.

– Преступники называют ее Последняя Любовница, а местные жители просто Справедливость. Она хмыкнула:

– Так неприветливо... Кай рассмеялся:

– Без шуток.

Она многозначительно покачала головой:

– Без шуток. – Мгновение она наблюдала за ним, затем одобрительно кивнула. – Не многие после занятий могут растягиваться так, как хотели бы. У вас хорошо получается.

– Не хочу стать согбенным стариком. Она сочувственно кивнула.

– А что, есть семейная предрасположенность? Как поживают ваши старики?

Улыбка осталась на лице Кая, но он стал стремительно перебирать в голове ближайших родственников. «Дедушка Аллард в порядке. Широко известно, что у него редкая, неизлечимая форма болезни Арцгеймера. Но именно поэтому никто не станет пытаться похитить его и выудить у него информацию. Долгие годы он прослужил в Службе внешней разведки и поэтому мог бы стать важным источником для вражеских агентов. Отец моей матери спятил задолго до своей смерти. Наслушавшись рассказов о его делишках и насмотревшись на то, что вытворяла Романо Ляо – я все еще не могу свыкнуться с мыслью, что она моя тетка. Романо – явная шизофреничка, она готова на все, лишь бы извести мою мать. Надеюсь, что я – больше Аллард, чем Ляо. Иначе это было бы слишком печально».

– Один старик мертв, а у других нет проблем. Я просто не хочу ничего оставлять на волю случая. – Он снова вытер лицо полотенцем и засунул его в сумку. – Желаю радости в беге. Через пять поворотов наткнетесь на тропинку, ведущую к подножию холма, приятную и вполне безопасную. За ней находится склон, из-за которого Холм, Разбивающий Сердца и выглядит как трасса для скоростного спуска.

Недоверие чувствовалось в ее голосе:

– А потом?

– Старший брат этого холма.

– Спасибо за предупреждение, – бросила она через плечо, направляясь по беговой тропе. Кай наблюдал за ней, пока ее силуэт не пропал из вида, затем шлепнул себя ладонью правой руки по лбу! «Идиот: судя по всему, она здесь недавно и еще мало кого знает, а ты даже не додумался спросить, как ее зовут, и тем более не договорился о встрече сегодня вечером».

Он бросил взгляд на ее смятую куртку и пожалел о том, что не захватил ручку и бумагу, чтобы оставить записку. Немного раздосадованный на себя, он пошел в сторону военного городка, где располагался небольшой домик, в котором Кай жил вдвоем с другим лейтенантом, служившим в гвардии. Остановившись на вершине холма, он осмотрел окрестности в поисках девушки, но тщетно. Покинув благоприятное для наблюдения место, он вернулся домой, ругая себя за бестолковость и нерасторопность.