ненавидеть.
Аарон кладёт подбородок прямо на голову Софии, его руки скользят по её туловищу.
— Довольно жестоко, что мы не были первыми, кто поженился, Льдинка, — говорит Аарон, после чего очень преувеличенное вздыхает.
— Никто не женится, кроме Майлза и Эмори, — Лили подходит к нам, небрежно отталкивая Майлза от меня.
Я могу сказать, что он собирается поспорить с ней, судя по тому, как поднимаются его брови, но она просто поднимает руку прямо перед его лицом, прежде чем повернуться и посмотреть на меня.
— Во-первых, черт возьми, Эмори, ты выглядишь сногсшибательно!
— Благодарю, — улыбаюсь я ей.
Лили берет мое лицо в свои руки, как будто знает меня всю свою жизнь.
— Во-вторых, мне так жаль, что тебе придется жить с этим парнем, — она кивает Майлзу, но трое его лучший друзей — идиотов начинают смеяться, когда его челюсть отвисает от комментария Лили. — Удачи.
— Мне она понадобится.
Мы с Лили встречаемся не в первый раз, но я никогда не разговаривала с ней искренне. Но я знаю её намного дольше, чем Софию, что на самом деле грустно. Как бы то ни было, я все равно не умею держать друзей или людей рядом с собой.
ГЛАВА 20
«Всё может измениться, но сейчас это словно затишье перед бурей» — 13 by LANY
Эмори
Для маленькой свадьбы здесь чертовски большое количество людей, желающих поговорить со мной.
Последний час я провела, разговаривая с кем-то вроде семьи Майлза, знаете ли, с теми, кто любит его меньше, чем я. Если бы София и Лилия не нашли меня и не утащили от Мейв и Лекса, я уверена, что до сих пор стояла там, слушая все «удивительные» вещи, которые они пережили с Брук. Её первые шаги, и все такое. Это все полный бред, потому что свои первые шаги Брук сделала на моем заднем дворе в мой день рождения. Майлз не затыкался об этом всю ночь, говоря, что это Милли вела её или кто-то ещё.
— А потом я подумала, а что, если мы втроём устроим вечер кино. О нет, даже лучше все четверо! — взволнованно говорит Лили, держась за мою и Софию руки.
— Четверо?
В прошлый раз я узнавала, что у Грея нет ни девушки, ни парня. И если она планирует вечер кино с подругами парней, то четвертого человека на картинке нет.
— Да. Бруклин может остаться с нами, так мы сможем дать ребятам время сблизиться, — она почти задыхается. — О, нас может быть даже пятеро! Сан тоже должна прийти!
— Аарону это не понравится, — ухмыляется София.
— Он может отсосать мой член, — говорит Лили, очень драматично закатывая глаза.
— Если он у тебя есть, то я уверена, что Колин будет первым, кто сделает это.
Это то, что означает «иметь друзей»? Потому что если это так, то я не уверена, что мы Сан дружим правильно. Конечно, я знаю о её несуществующей сексуальной жизни, а она знает о моей, но вы никогда не услышите, чтобы кто-то из нас говорил о чём-то, хотя бы отдаленно похожим на это, в присутствии до руги людей.
Кстати, раз уж мы говорим о ней, где, черт возьми, она? Я предполагала, что она будет мой эмоциональной опорой, а не исчезнет, и не оставит меня наедине с моими гостями.
— Почему Аарону не понравится это? — спрашиваю я, надеясь, что это отвлечет меня от странных разговоров о сексе. — Они его лучшие друзья.
— Да, но я уезжаю из Америки в конце февраля, тогда мы будем на большом расстоянии, и он хочет провести со мной как можно больше времени, — она выдавливает очень тонкую улыбку, которая почти достигает её глаз, наполняющиеся слезами. Лили тут же обнимает Софию, снова и снова повторяя слова «не плачь», в результате чего София начинает плакать.
Отлично, я заставила ещё одного из гостей на моей свадьбе плакать. Это, на удивление, не самая приятная вещь, которая произойдёт сегодня.
— Мы ещё увидимся, — говорит мне Лили, волоча Софию внутрь дома.
По крайней мере, у меня сейчас есть минутка для себя. Или нет, потому что мне нужно найти нашего фотографа, и попросить его прислать мне необработанные кадры. Я знаю, что у него есть отличная фотография моего и Майлза обручальных колец, и ещё одна, сделанная сразу после того, как мы сказали «Да». Мне нужно выложить это, поскольку меня заставляют быть активной в социальных сетях, иначе меня выкинут из агентства. Я также могу рассказать своим подписчикам о своей свадьбе и фактически подтвердить это. До сих пор я не опровергала и не подтверждала никаких слухов.
Когда я пытаюсь найти фотографа, спрятавшегося между моей семьёй и друзьями Майлза, меня внезапно охватывает приступ тошноты. Я подношу руку к животу, пытаясь вспомнить, когда я в последний раз ела, или, вернее, что я ела. Этим утром я слишком нервничала, чтобы проглотить хоть что-нибудь, но не то чтобы я сделала это, если бы не нервничала.
Должно быть, я съела половину пончика, потому что вторую половину съела Брук. И… я думаю, это все. Половина пончика за весь день. Конечно, сейчас только три часа дня, но я не сплю с шести утра.
— Ты в порядке? — спрашивает Майлз, подходя ко мне сзади. Он обходит меня, беря одну из моих рук в свою.
Боже, все это невинное дерьмо и публичная привязанность, чертовски раздражает меня. Я прекрасно понимаю, что мы должны вести себя так, будто мы по уши влюблены друг в друга, поэтому я помалкиваю, и не показываю раздражения, но от этого я не чувствую его меньше.
— Просто немного подташнивает, — признаюсь я
— Ты уже поела?
Я киваю, но он тут же поднимает брови.
— Один укус не считается.
— Я бы съела больше, если бы твоя дочь не выпросила у меня оставшуюся часть моего пончика.
— ПОНЧИК! Майлз кричит мне шепотом, его глаза чуть ли не вылезают из орбит. — Ты съела один пончик?
— Вернее, половину. — Это не улучшает ситуацию.
Он отпускает мою руку и вместо этого заключает в них мое лицо. Он приближается, как будто хочет что-то прошептать мне на ухо. Готова поспорить, что со стороны всем кажется, что он льстит мне, но то, что он говорит, далеко не так.
— Прямо сейчас, Эмори, я действительно хотел бы убить тебя.
— Ну, у тебя на это есть целая жизнь. — Его руки скользят вниз, останавливаясь на моей талии.
— Тебе нужна целая жизнь для этого? Я бы сделал эту работу за один
