от вида их ядер», которую нужно показать Амбарцумяну. Грант девять месяцев пробыл в научной командировке в Австралии, сделал много ценных наблюдений, а теперь собирается публиковать результаты своих работ.
Однажды Амбарцумяну сообщили, что при археологических раскопках на территории Армении обнаружены следы обсерватории, существование которой ученые относят к середине III тысячелетия до нашей эры.
И вот уже в районе Мецамора начала работать комплексная экспедиция Академии наук республики. На одной из скал еще раньше была найдена высеченная рукой человека фигура в форме трапеции и четыре звезды. Судя по сужению трапеции к востоку, отсюда наблюдали за неким светилом, которое, как показали расчеты, могло быть Сириусом.
Стрелки, высеченные на скалах, точно указывают направление север — юг. От них — глубокая стрелка на восток. Конечно же, древние не могли не отметить направление восхода солнца. И семь знаков неподалеку — вероятно, семь светил, которым поклонялись.
Амбарцумян с интересом выслушал рассказ об этом Эльмы Парсамян.
— Это здорово, — радовался ученый, — что на территории Армении обнаружена обсерватория пятитысячелетней давности.
Видно, очень заинтересовала его эта древняя обсерватория, иначе он не спросил бы, рассматривая рисунки:
— А подняться туда трудно?
О боли в ногах он не говорит никому…
ИСПОЛНЕНИЕ МЕЧТЫ
— Бюраканский меридиан всегда будет проходить через мое сердце, — говорит Баграт Константинович Иоанни-сиян, Герой Социалистического Труда, лауреат Ленинской премии, доктор технических наук, главный конструктор советских телескопов. — Я с большой теплотой вспоминаю годы работы над бюраканским телескопом. Бюраканская ордена Ленина астрофизическая обсерватория, руководимая выдающимся астрофизиком современности дважды Героем Социалистического Труда академиком Амбарцумяном, стала одним из ведущих научных центров нашей страны.
Когда в Бюракане начался монтаж телескопа, ленинградцы работали рука об руку с армянскими специалистами.
Многих восхищала конструкция купола. Ее создатель Гурген Минасян и работники Бюраканской оптико-механической лаборатории никогда не ограничивались выполнением только «своих» операций — бюраканцы всегда были готовы помочь коллегам, чем только могли, а в редкие свободные дни старались успеть показать друзьям Армению.
Профессор Людвиг Мирзоян рассказывает:
— Замечательные успехи астрофизики стали возможны только благодаря становлению и небывалому развитию астрономического приборостроения после окончания Великой Отечественной войны. До этого обсерватории СССР, оснащенные зарубежным оборудованием, занимали в мире по размерам своих крупнейших телескопов лишь скромное место во втором десятке. Но за короткое время астрономическое приборостроение в Советском Союзе достигло выдающихся успехов под руководством Баграта Константиновича Иоаннисияна.
Поскольку астрономия наука наблюдательная, создание этих телескопов имело решающее значение для развертывания разнообразных наблюдений, необходимых для решения астрономами актуальных задач.
В частности, становление и серьезные успехи Бюраканской астрофизической обсерватории во многом обусловлены хорошей работой телескопов. Среди них особо выделяются широкоугольный метровый телескоп системы Шмидта, снабженный крупнейшими объективными призмами, предназначенный для массовых спектральных обозрений неба, своего рода телескоп-разведчик, созданный под руководством Павла Вадимовича Добычина, а также новый крупнейший 2,6-метровый классический телескоп Иоаннисияна. Многие важные результаты в изучении звезд и звездных систем, разнообразные явления космической нестационарности, определяющие лицо обсерватории в научном мире, были получены с помощью советских телескопов.
Через тернии — к звездам! Еще в Древнем Риме родилась эта напоминающая призыв пословица. Людей всегда тянуло в неизведанное, особенно в звездный мир.
Одиннадцать крупных телескопов, установленных в Советской стране, созданы Багратом Иоаннисияном. Вооруженные первоклассными инструментами, советские астрономы ведут разведку во вселенских далях.
Виктор Амбарцумян высоко оценивает успехи коллег.
— Можно утверждать, что за последние десятилетия астрономическое приборостроение в Советском Союзе развивалось совершенно невиданными темпами, — говорит он. — Большую роль в этом деле сыграл Иоаннисиян. Под его непосредственным руководством разработан ряд уникальных астрономических инструментов. Некоторые из них до сих пор все еще не имеют себе подобных в мире. В качестве примера можно привести менисковый телескоп с оптической системой Максутова, установленный в Абастуманской астрофизической обсерватории. Это самый крупный менисковый телескоп в мире. Баграт Константинович — главный конструктор зеркального телескопа имени Г. А. Шайна в Крымской астрофизической обсерватории — пока что самого большого зеркального телескопа в Европе… Мы, астрономы, благодарны ему за его замечательные приборы, которыми пользуемся ежедневно.
Не могу не сказать, что Баграт Константинович с честью продолжает то дело, которому посвятил всю свою жизнь один из моих старых друзей, ныне покойный, Николай Георгиевич Пономарев, которого я считаю основателем советского астрономического приборостроения. В молодости Баграт Константинович был его сотрудником и учеником.
Пономарев, Козырев и я учились в 1928–1931 годах в аспирантуре у академика А. А. Белопольского. Помню, как волновался Николай Георгиевич, когда по его проекту изготавливали первенца советского астроприборостроения — 12-дюймовый телескоп классической системы. Этот инструмент установили в Абастумани. На Балтийском заводе Ленинграда, куда мы ездили вместе с ним, изготавливалось литье и некоторые крупные детали, и Пономарев сам тщательно следил за всеми операциями. Сейчас этот первый советский телескоп считается уже небольшим, но если бы не он, нам было бы гораздо труднее достичь сегодняшних успехов.
И сам Иоаннисиян рассказывает:
«Я встретился и познакомился с Амбарцумяном в 1946 году в Бюракане. Обсерватория еще только создавалась. Тогда там было лишь два домика и на пятидюймовом двойном астрографе с объективом «Эрностар» велись двухцветные фотографические наблюдения переменных звезд.
Я приехал, чтобы согласовать технические условия при создании спектрографа. То была моя первая встреча с Виктором Амазасповичем, и она положила начало нашим многолетним деловым и дружеским отношениям…»
В 1949 году в Бюракане был смонтирован и сдан в эксплуатацию один из первых приборов обсерватории — небулярный спектрограф. Сейчас главным инструментом Бюраканской обсерватории является оптический телескоп с зеркалом диаметром 2,6 метра, одним из крупнейших в Европе. Мечта Амбарцумяна исполнилась…
Если какой-либо недуг не позволяет академику появиться в обсерватории, он работает, лежа в постели. Так было и на сей раз. У Виктора Амазасповича болела нога, и врачи не разрешили ходить. Он диктовал Эльме Парсамян ответы на письма. Рабочий совхоза Егиазарян Воскеат приглашает Амбарцумяна на свадьбу дочери. Он читает письмо вслух, смеется: «Очень трогательное письмо».
Благодарит за приглашение, сожалеет, что болезнь не позволяет ему приехать, желает молодым счастья.
Астроном-любитель прислал свою работу. Она не представляет научной ценности. «Если Вы останетесь недовольны моим советом, — тактично замечает в ответе ученый, — можете обратиться в Астрономическую обсерваторию Харьковского университета, где специально занимаются планетами».
Однажды друзья спросили у Людмилы Ивановны, как случилось, что она навсегда осталась в Бюракане, хотя в Москве дочь, растут внуки. В ответ они услышали:
— Вы понимаете, что работать с Виктором Амазасповичем — счастье. Я счастлива, что работаю рядом с великим ученым, что могу принести ему пользу.
ЗА КРУГЛЫМ СТОЛОМ
В подлинном смысле этой
