В мистических книжках это «нечто» — то ли Святой Грааль, то ли философский камень — универсальный катализатор и трансформатор. Также вечный в своей неуловимости.
Уже понятней. Значит, эти тоже здесь что-то искали.
А вот и нечто уже более любопытное.
Письмо с переводом. И снова этот средневековый триллер. Нет, все-таки, что там за открытка?
Положив разворот упавшей книги перед собой, Генерал начал читать письмо:
Здравствуй, сестра!
Посылаю перевод этого странного письма (и где ты его только откопала?)
И с чего тебя вдруг заинтересовали эти далекие времена, когда сегодня так все непредсказуемо и опасно! Впрочем, тебе виднее. Так или иначе, спешу сообщить тебе, что ты раскопала нечто, что может стать началом величайшего открытия! Это самая настоящая сенсация!
Судя по всему, это письмо одного из Магистров Ордена Розенкрейцеров к брату с заданием.
Дощечка, которую женщина держит в руках — это очень известная вещь — часть так называемой Велесовой книги, которая была найдена в 1917 году полковником Изенбеком на территории то ли Украины, то ли Беларуси, была объявлена подделкой и бесследно исчезла в архивах немецкого «Анненербе». Но обо всем по порядку.
Второй же листок мне удалось перевести далеко не полностью по причине его ветхости и странности знаков, которыми оно написано.
Вот что мне удалось:
«Любезный брат наш!
Задание, которое Мы поручаем тебе, непросто выполнить. Учитывая, однако, твою преданность, храбрость и образованность, а также усердие в изучении всего, чему Мы пытались обучить тебя и твои успехи, поручаем это тебе.
Место, в которое тебе предстоит добраться, укажет тебе человек из местных, который сам найдет тебя.
Возможно, в этом месте находится то, что мы все так долго жаждали отыскать. Там сходятся и теряются следы многих наших братьев и многих других ищущих. Всех их встретило Небытие, ибо ничего о дальнейшей их судьбе неизвестно.
Наши долгие изыскания не остались бесплодными. Место сие отмечено тем, что, по нашим сведениям, последний князь из местного рода, которого звали Всеслав, проводил в тех местах вместе с местными жрецами странный обряд, продолжая традиции предков своих, в самые тяжелые для своего рода дни. Обряд этот был связан с огнем, но нам непонятно многое и многое в этом деле.
А поскольку известный вам предмет находится именно на территории Литвы, и все попытки наши и военные, и дипломатические, никаких результатов по присоединению ни к Орденским землям, ни ко Святому престолу, не принесли (даже приняв Христа, они извратили учение, утверждая, что их волхвы уже знали о Его приходе), а наши братья, обладающие духовным видением, утверждают, что Дух известной святыни находится именно там, Мы и посылаем вас, любимый брат наш.
Есть вещи, которые остались непонятными для нас.
Похоже, мало кто может даже приблизиться к этому предмету. И мы думаем: почему же варвары так свободно владеют им (если это действительно так)?
Не сочтите это богохульством, но, может, вам, брат мой, стоит стать своим среди них, чтобы узнать эту тайну? Ведь это даст и нам, и Святому престолу возможность править миром, а разве не это та цель, которую поставил нам Господь наш?
И не потому ли наши крестовые походы не удаются, что мы не владеем этой тайной?
В том, что она существует, нет никаких сомнений, ибо остались воспоминания одного из служителей Святой Инквизиции, побывавшего там. Правда, этот несчастный, похоже, тронулся рассудком, поскольку через несколько лет он перестарался и чуть не сжег всех женщин в нескольких графствах…
Так вот, в книге, которую этот брат наш писал, мы были вынуждены изъять несколько страниц, ибо они подрывали сами основы Веры. Но нерадивые переписчики оставили рисунки. Ты можешь посмотреть на них.
Там ведьма выходит из костра и от рук ее идет свет. Можно подумать, что она горит, но на самом деле это в руках она держит некий предмет, похожий на наше Сокровище. В другой ее руке — пергамент. Мы говорим всем, что это она получила приговор и горит.
Но на самом деле — увы — брат наш описывает совсем другое.
Долго он искал способа изничтожить одно бесовское гнездо, куда ходили тайно молиться местные колдуны и ведьмы. Наконец, нашелся тот, кто написал даже не донос, а просьбу за одну девицу ведьму, чтобы грехи ее оплатить индульгенцией. Хотел этот человек взять девицу в жены, а она не хотела. Ей другой глянулся — знахарь местный. Так вот этот кузнец и пришел к нашему брату за помощью.
И он не оплошал. Схватили ведьму. Она и не убегала. Сказала только — здесь пусть суд будет. Хотели в город ее отвезти, да кони пали, и ночью ливень так дороги размыл, что получился из этого хутора остров.
А девица-ведьма на допросах только богохульствовала и смеялась. Спрашивала брата нашего, уверен ли он в том, что это Господь обращается к нему. А потом и говорит: скажи, до сих пор видишь сестру свою во снах? Хочешь, простит она тебя?
Уж не знаю, чем наш брат был виновен перед своей сестрой — не мне он исповедовался. Но было что-то. Известно только, что сестра его отравилась в возрасте 13 лет и похоронена за оградой городского кладбища.
И в этот момент брат наш увидел и почувствовал, как душа сестры его в виде звездочки ясной прикоснулась к нему ласково, и унеслась вверх.
И понял он, что все это — наваждение Сатаны и испытание веры.
Допрашивали ведьму как положено. Потом конечно, костер сложили. Принесли ее, прикрутили к столбу. Кузнец прибежал. Она открыла глаза и говорит: прощаю тебя. Тот окаменел, как соляной столб. Парень из толпы крикнул: я не прощаю! И с топором к наветнику. Кузнец стоит, готов смерть принять. Тогда ведьма снова голос подала: идите, говорит обоим, с миром, вместе вы теперь. А я потом выберу… Но кузнец бросился в костер прямо к ней. Еле оттащили.
Понял наш инквизитор, что пора заканчивать с этим. Разгорелся костер, и все ждали, когда она кричать начнет. А она что-то по-своему стала лопотать и петь. Тут дым повалил, все покрыл вокруг, а когда рассеялся, было так, как нарисовано: выходит она из костра, над ней — радуга, и то ли в руке что-то держит, то ли от руки свет. А в другой — грамота на пергаменте и дощечка. Как и не горела. Идет прямо на брата нашего: без одежды, в копоти, но ни царапины на ней, а ведь места живого не было. И в глаза смотрит.
И пишет брат, что увиделись ему все его проступки, и людей он видел, страдавших от него, и так ему было за всех больно, что начал он кричать… А она его спрашивает: крепка ли вера твоя? Ты бы мог за кого-нибудь в костер? Видишь, я за всех молилась, и жива, а костер — вот, еще горит он. Взойдешь, чтобы искупить грехи всех братьев своих по вере? Он — креститься, молитвы читать, а она смотрит так укоризненно и говорит: а хотела помочь тебе…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
