Читаем без скачивания Группировка. Он, Она и Небо - Сергей Лесков

— Каким образом?

— Мы сообщаем ему место стрелки и наши тачки, чтобы они, не дай Бог, не перепутали. Когда подъедет «Савчук» со своими отморозками, которые абсолютно все, включая «Савчука», а его я знаю, как самого себя, будут вооружены до зубов для встречи со мной, я поведу себя несколько борзо по отношению к оппонентам. Короче, любым путем спровоцирую его достать оружие. Здесь омоновцы и покрошат их. Лучше отдать сотку твоему менту, чем этому «законнику».

— Нет, на это он не пойдет. Я его очень хорошо знаю. Да, он может за денежку оказывать небольшие услуги, но не такого масштаба. Однозначно — нет! Надо решать собственными силами. Ты же говорил, у тебя в Твери есть парочка людишек с профессией такого направления. Даже о подрывнике каком-то говорил.

— Да, есть, конечно, — сказал в ответ Озеров, — и они решили бы этот вопрос, но я не хочу утечки информации. Если братва узнает, что я заказал и завалил «законника» из-за бабок, мне не прожить более недели.

— А если твоего исполнителя тут же зачистить, кто докажет, что это твой интерес?

— «Савчук» хоть и быдло, но не идиот. Он скажет, кому надо, куда поехал, к кому на встречу.

— Так ведь можно и тебя немного подстрелить, не насмерть. Тогда всё будет чисто. Только исполнителя всё равно надо будет зачищать. Тем более, он ведь тверской?

— Ну да… — уже раздумывая над этим предложением, проговорил «Первый». — А ты знаешь, это неплохая идея. Возможно, ты прав, и это — единственный выход в нашем положении. Сегодня буду думать. Вопрос надо решить в течение максимум трех дней.

— Решай, дорогой, решай. Вкусный кофе, — добавил собеседник и встал из-за стола. — Я пошел. А ты реабилитируйся скорее, а то от твоей доли скоро ничего не останется.

— Но ведь за срыв транша ты должен был получить в пять раз больше, что ты такую мелочь здесь считаешь? — уже с наездом продолжил Озеров.

— Я получил за срыв, там есть твоя довольно приличная доля, — снова сев за столик продолжил разговор собеседник Озерова. — Но я не вижу пока оснований тебе её выплачивать. Потому что сейчас может произойти срыв всей нашей операции по вине твоего подчиненного и твоей кассирши. Я должен быть уверен, что нахожусь в безопасности. Всё! Я пошёл.

Он снова встал и вышел из кафе.

Озеров заказал себе еще кофе. Потом решительно достал мобильный телефон и сделал звонок. Разговор состоял из одной только фразы:

— Срочно приезжай в Великий. Ты мне скоропалительно нужен.

Затем допил кофе, рассчитался за себя и своего собеседника и поехал в центр.

Осокин въезжал во Всеволожск, пользуясь навигатором, куда был забит адрес Светланы, который дал ему Михайлов. Через десять минут он въезжал во двор ее дома. Стрелки на его часах показывали 7 минут одиннадцатого.

Припарковал свой «Форд» и, поднявшись на четвертый этаж, подошел к указанной Михайловым квартире. Дверь ему открыла приятная молодая женщина в домашнем халатике. Он сразу же понял, что это не хозяйка, а именно та, ради которой он сюда и приехал.

Это была среднего роста с выразительными темными глазами женщина, даже, он сказал бы, девушка, которая обворожительно улыбнулась и пригласила его внутрь квартиры, даже не спросив, кто он такой.

— Вы всегда так опрометчиво впускаете незнакомых людей домой? — спросил сыщик.

— Никогда, — каким-то особенным голосом ответила она. — Просто я вас ждала именно к этому времени и наблюдала в окно, как вы парковали свою машину с новгородскими номерами.

Они прошли в комнату. Татьяна предложила гостю чай или кофе. Он согласился на кофе.

Через несколько минут девушка внесла на подносе две чашки кофе и спросила:

— И зачем же вам необходимо было приезжать сюда?

— Необходимо, прежде всего, вам, — ответил Сергей. — Виктор рассказал мне всё до мельчайших подробностей. Поэтому не будем отвлекаться на мелочи. Мне нужно сначала успокоить Вас. Хотя, вижу, вы прекрасно держитесь и здесь моя задача сводится практически к нулю. Но главное, это проинструктировать и убедить, чтобы вы не предпринимали никаких опрометчивых действий. Сейчас всё решается в нашем городе Новгороде Великом. Но, как скоро мы всё сумеем разрулить — неизвестно.

Она внимательно слушала его, смотря прямо в глаза сыщику, что очень мешало и отвлекало. Впервые в жизни он смотрел в такие необычные глаза. Во-первых, цвет. Они были карими, но такого необыкновенного темного глубокого цвета, напоминающего цвет кофе, кружку которого он держал в руках, что дух захватывало. Они меняли свое выражение от того, что он говорил. Во-вторых, они были необыкновенно красивыми, хотелось утонуть в них без остатка, забыв обо всём на свете. А потом — её улыбка. Лучше бы она этого не делала. Сергей понял, что больше никогда в жизни не будет любоваться женскими улыбками по той простой причине, что не будет видеть, замечать этих улыбок, увидев однажды улыбку этой Татьяны.

Но он нашел в себе силы продолжить:

— Поймите меня правильно и поверьте: вам действительно угрожает смертельная опасность. Именно — смертельная. И Виктор действительно там, под Тверью, убив двух отморозков, спас вам жизнь. Сейчас очень многое, если не всё, зависит от того, насколько правильно вы поведете себя. Никаких контактов, никаких телефонных звонков, никакого общения с посторонними людьми. В идеальном варианте вы должны вообще не выходить из дома, и никто из соседей не должен знать, что в квартире вашей подруги проживает посторонняя девушка. Вы должны проинструктировать по этому поводу и её, но ни в коем случае не говорить и не объяснять причину этого. Постарайтесь так и сделать.

— Насчет этого не беспокойтесь, — сказала Таня. — Она у меня очень понятливый человек и в душу не лезет. Как могла я уже объяснила причину моего нахождения здесь. В подробности, конечно, я её не посвящала. В ней я уверена, как в себе.

— Если это так, — смог выдавить из себя Сергей, — то я спокоен. Связь поддерживайте только с Михайловым по вашему секретному телефону. Больше по нему никогда и никому никаких звонков не делайте. Исключение составляю лишь я. Вот вам моя визитка. Если, не дай Бог, возникнет какая-нибудь экстренная ситуация — звоните по этому номеру. Всё. Об остальных номерах на ближайшее время просто забудьте. Как долго это будет продолжаться, я даже примерно сказать не могу. Только тогда, когда мы найдем настоящего организатора нападения на ваш банк и докажем это, тогда и прекратится это безумие.

Он прервался на время, чтобы достать видеокамеру, сам же старался стряхнуть с себя это необыкновенное воздействие её глаз. Затем продолжил:

— Этого, конечно, нельзя делать, но очень хочется успокоить ваших родителей и дать им прямые доказательства, что вы живы. Леше эту запись показать будет нельзя. За него тоже не беспокойтесь. Сейчас его круглосуточно пасут оперативники, с целью установить ваше местонахождение, надеясь, что вы рано или поздно как-нибудь свяжетесь с ним. Бандиты до тех пор к нему не сунутся. Когда наблюдение за вашим сыном снимут, если до того времени мы не решим наши вопросы, охранять его будем мы. А сейчас я выйду на кухню, чтобы не смущать вас, а вы сможете сделать видеопослание родителям.

Сергей показал девушке кнопку записи и вышел. Минут через пять она позвала его:

— Сергей, можешь заходить, я закончила.

Он был поражен, как она просто и естественно, без всякой высокопарности первая перешла на «ты». С каждой секундой общения с ней он чувствовал, что падает в какую-то пропасть, откуда возврата больше не будет. Он зашел в комнату, взял у неё камеру и постарался так же просто продолжить с ней разговор, тоже перейдя на «ты».

— Вот и молодец. Ты уж извини, но я вынужден просмотреть, что ты здесь наговорила. Мне очень неудобно это делать, но это необходимо.

И снова эта обворожительная улыбка. Еще немного, и он сойдет с ума.

Сергей включил камеру и просмотрел всю видеозапись. Всё было прекрасно. Абсолютно ничего лишнего. Он продолжил, вернее, уже стал заканчивать:

— И ещё. Мне обязательно надо забрать у тебя ту явку с повинной или чистосердечное признание, что написал тебе Михайлов. Поверь, это необходимо.

Татьяна кивнула, сходила в соседнюю комнату и передала Сергею то, что он просил.

— Спасибо. Если тебе очень захочется, позвони мне, я запишу на камеру послание твоих родителей и Лёху незаметно поснимаю. Привезу тебе и покажу. Но очень хочется надеяться быстрее разрулить твою проблему. Ну, вот и всё, спасибо за кофе.

Он смотрел в её глаза и не мог оторваться. Она улыбнулась:

— Конечно, мне этого очень хочется, но не буду тебя отрывать от дела. Лучше скорее вытащи меня отсюда.

— Хорошо, обещаю…

Она проводила его до прихожей. Сергей обернулся, еще несколько секунд смотрел в её глаза, затем вышел.