Читаем без скачивания А что же случится со мной? - Джеймс Чейз

Нудный непрерывный дождь не давал нам ни минуты передышки. Я старался идти по компасу. Берег океана должен быть где-то на северо-востоке. Временами джунгли были так густы, что приходилось менять направление, обходя такие места, и без компаса мы уже давно бы сбились с пути.

Она шла за мной. Я старался идти размеренным шагом, зная, что впереди долгий путь. Наконец мы вышли на поляну. Я остановился на краю поляны.

Поглядев по сторонам, я прислушался. Слышен был только непрерывный звук дождя. Я повернулся и посмотрел на нее. Лицо ее посерело и опухло от укусов москитов. Сквозь промокшее платье можно было видеть соски ее грудей. Я взглянул на ноги. Легкие белые туфли были покрыты пятнами крови. Она продолжала идти, хотя до крови стерла ноги, но не вымолвила ни слова пощады.

— Что с вашими ногами? — воскликнул я.

— Не жалейте меня. — Она вымучила улыбку. — Если хотите кого-нибудь пожалеть, пожалейте себя.

— Может быть перекусим?

— Нет, не сейчас. Если я сяду, то уже не смогу встать.

Мы переглянулись, и я понял, что она права.

— О'кей, идем дальше. — Я пришлепнул москита на шее, и мы двинулись дальше, пересекли поляну и углубились в джунгли.

Я старался двигаться осторожно, обеспокоенный этой поляной. Наверно где-то поблизости есть деревня, где могли быть ребята Орзоко. Надо было быть внимательным.

Какая удача, что я не забыл тренировок в джунглях. Внезапно, когда мы шли по залитой грязью тропе, я услышал встревоживший меня звук. Я схватил руку Вики — теперь я думал о ней только как о Вике, а не как об известной красавице миссис Виктории Эссекс — и сдернул с тропы в гущу кустов. Она повиновалась мне беспрекословно, хотя мы попали прямо в огромную лужу с грязью, заляпавшую нас.

Мы замерли в ожидании.

По тропе прошли три индейца с топорами в руках. Они двигались быстро, и я мгновенно потерял их из виду.

— Мы рядом с деревней, — прошептал я. — Это опасно. Надо идти на восток, а потом на север.

Мы сошли с тропы и сквозь болотистые джунгли и густые кусты двинулись на восток. Идти было тяжело, но она не отставала. И вдруг дождь перестал и поднялся туман. Сквозь стволы деревьев стали пробиваться лучи солнца. Жара стала невыносимой и пот заливал глаза. Москиты совсем замучили нас, руки и лицо были воспалены от укусов. Я оглянулся на ее. Ну и видик. Единственное, что можно было узнать на этом опухшем и покрытом следами укусов лице, были ее синие глаза.

— Вы зачем останавливаетесь? — простонала она.

— Бросьте разыгрывать из себя железную женщину, — сказал я. — Нам надо отдохнуть.

Она поглядела на меня, затем лицо ее сморщилось, и она рухнула на колени прямо в жижу, обхватила лицо руками и зарыдала.

Поставив автомат и чемодан в кусты, я опустился на колени и взял ее на руки. Она обхватила меня за шею, а я держал ее, как маленького ребенка. Несколько минут мы просидели так, а москиты продолжали жалить нас, и наконец она перестала всхлипывать и оттолкнула меня.

— Я в порядке. — Голос ее окреп. — Извините за драматизм. Давайте закусим.

— Вам, конечно, надо перекусить, — сказал я, открывая чемодан.

— Думаете? — Она осмотрела свои руки, покрытые красноватыми пятнами от укусов. — Если я выгляжу так же, как вы, то наверно это ужасное зрелище.

Я улыбнулся ей.

— Но все же похожи на человека.

Я открыл банку с бобами и банку гуляша. Мы съели эту смесь пластмассовыми ложками, которые входили в комплект с банками.

— Вы надеетесь вытащить меня из этой заварушки, Джек? — резко спросила она.

— Буду стараться.

— Вы не боитесь возвращения назад?

— Я не думал об этом. Сейчас нам надо выбраться отсюда.

Она подняла глаза.

— Вы потеряли три миллиона?

— Миллион. Мы решили их разделить.

— Вы жалеете об этом?

Я только пожал плечами.

— Странная штука. Сначала я страстно жаждал получить эти деньги, а потом я подумал и понял, что не знаю, зачем они мне. Помните, вы сами признавались, что вам скучно жить, хотя у вас денег-то много. А вот этого мне совсем не хочется.

— Вы останетесь работать на моего мужа, если вам выпадет шанс?

— У меня нет ни единого шанса.

— Я придумаю что-нибудь насчет вас. Я могу сказать Лейну, что мы упали в море. Уцелели мы одни и скажем, что на обломках добрались до берега. Он поверит мне и сделает для вас, что угодно.

— Вы будете лгать ради меня? — удивился я. Она кивнула головой.

— Да. Вы первый мужчина, с которым я познала настоящее блаженство, какого жаждет любая женщина, и это кое-что значит для меня.

Я с трудом пытался понять, хотя голова все еще болела. Это приятная перспектива: избежать наказания. Вместо того, чтобы получить несколько лет тюрьмы за угон самолета, я буду получать тридцать тысяч в год у Эссекса и вдобавок ко всему и Вику.

— Я выведу вас отсюда, — пообещал я — Я… Мы оба услышали звук вертолета.

— Не двигайтесь, — сказал я.

Мы были надежно скрыты под кроной деревьев, и я был уверен, что нас не заметят. Через мгновение низко над деревьями пролетел вертолет, окрашенный в зеленый цвет и с опознавательными знаками Мексики. Скорость у него была минимальная.

— Они ищут место крушения, — заметил я и тяжело поднялся на ноги. — Мы отошли миль на двенадцать, но этого мало. Когда они найдут место крушения, то станут искать и нас. Пойдемте!

Я взял ее за руку и поднял на ноги. Она почти упала на меня с криком от боли.

— Боже, мои ноги! — вздохнула она. — Я не смогу больше идти.

— Я понесу вас, если надо, но мы должны уйти подальше.

Она оттолкнула меня и раза четыре шагнула вперед. Лицо ее было бледно.

— Все нормально, я смогу идти.

— Отдохни, девочка.

— Идите к черту с вашими насмешками!

Я подхватил чемодан, перебросил автомат через плечо и пошел вперед. Я шел довольно медленно, стараясь, чтобы она не отставала, и иногда оглядывался назад. Она плелась сзади, москиты вились над ее низко опущенной головой, но она держалась молодцом.

Пройдя около часа, мы заметили, что джунгли поредели.

— Отдохнем, — бросил я. — Подождите меня здесь. Мы наверно вышли к дороге. Я пойду взгляну.

Она рухнула на колени, и я бросил чемодан рядом с ней.

— Я сейчас вернусь.

Она ничего не ответила, просто сидела, обхватив лицо руками. Быстро пройдя вперед, я минуты через три вышел из джунглей. Мое предположение было правильное. Это была широкая грязная дорога. Пока я стоял в нерешительности, послышался звук приближающегося грузовика. Я отступил назад, в тень кустов.

Старенький дребезжащий грузовик, воняя бензином, показался на дороге. Вел его молодой тощий мексиканец. Проехав мимо, он скрылся за поворотом дороги. Может быть, если нам повезет, мы доедем до побережья? Если верить компасу, дорога должна была вести к океану.

Я поторопился назад, к Вике.

Чемодан был на месте, но Вики не было рядом с ним, хотя место было то самое, я не ошибся.

Стоя здесь в удушливой духоте, окруженный облаками москитов, жужжащих вокруг моей головы, я пытался вспомнить Вьетнам. Мне вспомнился толстый сержант, учивший нас поведению в джунглях.

«Каждый лист, каждая ветка дерева, каждый клочок почвы заговорит, если вы научитесь понимать их значение, — говорил он. — Умейте наблюдать, ищите следы прошедших людей. Если смотреть достаточно внимательно, следы всегда остаются».

Мне были видны следы коленей Вики в грязи. Именно здесь я ее и оставил, на коленях, почти без сознания от усталости. И вдруг я заметил след голой ноги, затем еще один, потом два покрупнее — они все вели к месту, где стояла Вика, затем поворачивали и вели в джунгли.

Я снял с плеча автомат и быстро и бесшумно двинулся вдоль тропы. В густой грязи следы четко были видны: двое мужчин, один из них нес Вику, что можно было понять по глубине следа. Я почти бежал. Через десять минут я уже мог слышать их перед собой. Они тоже торопились, и я прибавил шагу. Мне было наплевать, что они услышат меня. Автомат внушал мне уверенность в своих силах. Я бежал уже изо всех сил и здесь увидел их, двух индейцев. Первый тащил Вику, перебросив ее через плечо, как мешок, второй бежал следом.

Они услышали меня. Второй обернулся, и в его руке сверкнул топор. С оскаленными зубами он кинулся на меня.

Короткая очередь из автомата, и грудь его превратилась в кровавое решето. Другой индеец бросил Вику и повернулся, выхватив нож, и в это мгновение следующая очередь разнесла ему голову.

Склонившись над ней, я увидел, что она без сознания. Пришлось взвалить ее на плечи, забрать автомат и медленно тащиться назад к дороге. Пока я плелся с ношей на плечах, еще раз пролетел вертолет. Я подождал, пока он скроется, в тени дерева, а затем поплелся дальше.

Я падал от усталости, сердце билось толчками, пульс отдавался в висках, когда, наконец, показалась дорога. Она открыла глаза, когда я осторожно положил ее на траву.