— О, это такая чудесная лошадка! — воскликнула Минди. — Даже мне разрешают на ней кататься. Папа, можно я поеду с тобой? На Кастард?
— Минди, — вмешалась Дороти, — разве ты забыла, что мы должны сегодня купить тебе летнее платье?
Девочка нахмурилась и с сожалением ответила:
— Ах, да! Мы ведь едем в магазин.
Тори поняла, что главное препятствие для ее поездки с Рэндом отпало, и решилась:
— Рэнд, я могла бы поехать с тобой, если ты подождешь минут десять, пока я позавтракаю и переоденусь.
— Хорошо. Жду тебя через десять минут у конюшни.
Тори облегченно вздохнула и выразительно посмотрела на Дороти.
— Я захвачу бутерброд с собой, — сказала она Джералдайн. — Доем и одновременно переоденусь. Ведь Рэнд не любит ждать!
Джералдайн, рассмеявшись, кивнула головой.
Наскоро покончив с едой, Тори натянула на себя легкий свитер и надела сапоги для верховой езды. Зачесав назад волосы, перехватила их на затылке голубой лентой и водрузила на голову соломенную шляпку с узкими полями.
Солнце встретило ее теплыми мягким лучами. В лицо дул легкий ветерок, полный аромата молодой листвы и свежескошенной травы. Тори сладко потянулась и невольно рассмеялась: до чего же хорошо!
Рэнд ждал ее у конюшни, держа за узду Кастард. Его жеребец стоял рядом и нетерпеливо бил копытом о землю. Тори сунула ногу в стремя и неожиданно легко вспрыгнула в седло. Рэнд внимательно следил за ней. Тори заметила это и, смутившись, покраснела. Сердце ее забилось сильнее.
— Готова? — спросил Рэнд. — Едем!
Он вскочил на жеребца, тронул поводья, но тут же остановился, ожидая Тори. Когда она подъехала, он неожиданно обнял ее за талию. Тори посмотрела на него с удивлением и испугом.
— Мне показалось, что ты на меня очень обижена.
— С чего ты взял? Просто я неважно себя чувствую.
— И только поэтому ты долго решала, поехать ли со мной?
— По-моему, я уложилась в отведенные тобой десять минут.
— Целиком потратив их на обдумывание моего предложения?
— Вовсе нет. Я переодевалась. Ты удовлетворен?
Рэнд промолчал, хотя было заметно, что ему стало легче на душе. Еще крепче прижав к себе Тори, он тихо сказал:
— Извини, я поторопился с выводами.
Тори вздрогнула, внимательно посмотрела ему в глаза и, протянув руку, потрепала Рэнда по подбородку.
— Ты всегда торопишься, когда дело касается меня.
Он удивленно поднял брови.
— Неужели?
— Ну конечно! И последний тому пример — вчерашний вечер. Стоило мне отправиться с Минди в город, чтобы накормить ее мороженым, как ты устроил из этого настоящую трагедию и обвинил меня во всех смертных грехах — вплоть до того, что я хотела выкрасть собственную дочь!
— Ты поступила опрометчиво.
— Согласна! И жалею об этом. Но я не ожидала, что это вызовет у тебя истерику.
Рэнд исподлобья взглянул на Тори. Та тяжело вздохнула:
— Ты все равно не веришь. И не доверяешь. Ведь так?
У Рэнда не было никакого желания продолжать этот разговор. Единственное, чего он хотел в этот момент, так это долгого, страстного, доводящего до обморочного состояния поцелуя. Близость совершенного зовущего женского тела заставляла его забыть обо всем. Рэнд все крепче обнимал Тори за талию.
— Ты сама подорвала во мне доверие к тебе, — прошептал он, наклоняясь к ней. Тори почувствовала прикосновение его губ. Поцелуй был, может быть, и не очень страстным, но многообещающим. Отстранившись от Рэнда, Тори тихо ответила:
— Я знаю, что во многом виновата. Но когда два человека вступают в брак, они делят не только постель, но и ответственность. А ты не мог этого понять!
Рэнд знал, что Тори права. Он не смог стать для нее ни хорошим мужем, ни страстным любовником, ни верным другом. И только прошлой ночью понял, что такое настоящая близость с женщиной. До этого Рэнд не знал, что возможно такое полное слияние и взаимное угадывание любого желания.
Рука мужчины вновь обхватила талию спутницы. Тори почувствовала, как совсем рядом гулко бьется его сердце.
— Рэнд, — прошептала она, тяжело дыша.
Он хотел ее! Значит, напрасны были опасения, что Рэнд, опомнившись после сумасшедшей ночи, вновь станет холодным и неприступным!
Он обнял ее обеими руками и прошептал:
— Извини. Может быть, я покажусь тебе грубым и даже циничным, но мое изголодавшееся за месяцы воздержания тело опять требует удовлетворения!
— Воздержания? Не хочешь ли ты сказать, что все это время у тебя никого не было?
Тори смотрела на Рэнда широко открытыми глазами. Сама мысль о том, что ее муж целый год прожил без женщины, казалась ей невероятной. Она не могла в это поверить.
Рэнд отчужденно сказал:
— Твоя реакция заставляет задуматься. За кого ты в конце концов меня принимаешь? — Тори опустила глаза и промолчала. Рэнд заговорил вновь: — У меня, как ни странно, есть моральные принципы. Я женатый человек, как и ты — замужняя женщина. И если ты была верна мне все это время, то почему я должен был вести себя иначе?
— Я не сомневалась в твоих принципах. — Она на мгновение замолчала, подбирая нужные слова. Затем неуверенно продолжила: — Мне просто показалось, что… ты… ты…
— Я — что? — нетерпеливо перебил ее Рэнд.
Тори протянула руки и ладонями погладила его лицо. Они смотрели друг другу в глаза и дышали в такт. Она прошептала:
— Мне казалось, что такой неотразимый мужчина не может долго оставаться один…
Их лошади стояли бок о бок. Рэнд и Тори сжимали друг друга в объятиях. Но этого им казалось мало. Оба жаждали большей, нераздельной близости.
Рэнд сгорал от желания вновь слиться с этим гибким и податливым телом, ощутить его теплоту, раствориться в нем до конца. И как странно! Он был женат на Тори уже несколько лет, но только сейчас понял, что секс — это далеко не все, что требуется для того, чтобы стать настоящими любовниками! За простым физиологическим влечением друг к другу должно стоять нечто гораздо большее. Чувственность, плотское желание и его удовлетворение не стоят ничего без глубокой и благородной духовной близости, к которой они являются всего лишь прологом.
Рука Рэнда скользнула по бедру Тори и легла на ее колено. По телу молодой женщины словно побежал электрический ток. Ее руки обхватили шею Рэнда, Их губы слились в долгом поцелуе. Окружающее перестало для них существовать. Были только он и она. Даже лошади вдруг притихли и стояли неподвижно…
Наконец Кастард стала проявлять нетерпение. Она замотала головой и сделала шаг в сторону. Увидев, что еще мгновение — и Тори свалится на землю, Рэнд с сожалением разжал руки. Они поехали шагом к северным пастбищам.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
