Читаем без скачивания Неучтенный элемент. Том 8 - Александр Вайс

кто в них верил, за право сохранить кусочек свободы боевого раба высокого статуса. Но вы все здесь потому, что не хотите участи раба. И потому, что теперь не сомневаетесь в моей способности уничтожить Якорь. Два уже разрушено. Увы, на этом лёгкая часть закончена. Благодарю всех, кто прибыл сюда, ведь только объединившись, мы сможем дать отпор.

Следующим слово взял полубог, как всегда говоривший высокопарно и размеренно. Уж он умел создавать эффект.

— Я владыка пламени, принявший имя Ифрит. Пока я вынужден был служить Орде, меня именовали Бедствием. Войну за свой мир я помню плохо — обрывками. Зато хорошо запомнил много других. Я вижу ваше воодушевление, смертные. Одобряю вашу готовность выбить землю из-под ног ненавистного захватчика. Мой долг вас предупредить: это лишь начало. Крах постиг цивилизации гораздо более могучие и великие.

Со своего места поднялся один из людей. Как он сражается я не слышал. Но знаю, что сейчас он сильнейший призыватель — Раджан Патель, он же Шива.

— Уважаемый Ифрит. Позвольте задать вопрос. Сколько миров выстояло и каким образом?

— Я не могу ответить на вопрос о числе. Но знаю, что миры, сохранившие себя, на самой ранней стадии показали, что вторжение обойдётся Орде слишком дорого. Настолько, что выгоднее отступить. Вам довелось рано увидеть существо из Магнуса. У Орды таких множество. Дракониды, которых мы встретили, смогли по вашему исчислению продержаться около пятисот дней. К тому моменту пал последний очаг сопротивления.

Я снова взял слово. К сожалению, рассказать историю Флоресанта, где барьер почти рухнул и мир разрушили боги я не мог.

— Уничтожить Якори одновременно является критически важной задачей, но и сложнейшей. Каждый из нас, собравшись здесь, вблизи от сердца вторжения, развязывает Орде руки…

Неожиданно вмешался Чэнь Хао, который выглядел целым, хотя его аура казалась мне какой-то слегка угасшей. Видимо, он заработал среднее истощение дара и всё ещё не отошёл.

— Вот в чём вопрос, антимаг, насколько ты хочешь прославится и стать героем Земли? Иначе почему ты дал мне артефакт, едва не убивший меня?

Вот же ж млять… звезда порезалась одолженным ножиком и обвинила в этом давшего ему нож.

Пока я старался подавить вспыхнувшую ярость из-за обвинения и придумывал ответ, это сделал Ифрит.

— Смертный, ты обжёгся пламенным мечом, возомнив, что достоин его держать.

— Достоин? — вкрадчиво поинтересовался Чэнь Хао. — Кто ты такой, чтобы говорить Небесам, чего они достойны?

— Смертные, возомнившие себя богами, никогда не заканчивали жизнь на троне.

Китаец вспыхнул силой, которую я тут же постарался погасить сфокусированным полем подавления. Поглощай энергию! Обнули фон!

Микрофоны и аудио система начала сбоить, пришлось повысить голос.

— Чэнь Хао, дело не в уровнях. Не в грубой Системе и не в артефакте, который не активировался. Твой дар развит иначе и не может контролировать эфирную магию. Я надеялся, что тебе хватит сил. К сожалению, ты из-за этого пострадал.

— Сомнительно. Наши артефакторы подробно проанализируют схемы и воссоздадут артефакт. И твой… слуга должен принести извинения.

— Смертный, не испытывай грани моего терпения, — удивился Ифрит наглости китайца.

Переговоры только начались, а уже возникли разногласия. К счастью, снова вмешался Шива. Мне вообще нравился этот мужчина — настоящий миротворец.

— Господа, давайте уйдём от конфликта и взаимных обвинений, ведь на нашем пороге общий враг! Уверен, господин антимаг не стал бы намеренно подставлять вас под удар.

Чэнь Хао недобро сощурился, посмотрел на своего спутника, престарелого китайца, который немного кивнул и успокоился. Впрочем, своё замечание высказала уже Серебрякова.

— Раз уж мы начали с конфликтов… не хочет ли представитель США принести официальные извинения, а заодно вернуть украденные артефакты?

Нолан ответил сухо.

— Нет. Согласно официальной позиции, гильдия Корнева считается террористической организацией. А ваши обвинения мы считаем ложными… Лично же я скажу, что не намерен отвечать за Солнечного Охотника. Разбирайтесь с ней.

Серебрякову такой ответ удовлетворил. Полина всё ещё молчала. Фон маны ослаб и трансляцию для тех, кто не мог присутствовать, восстановили. Прежде всего не могла вырваться Майя. Также нелегко приходилось туркам, где похоже тоже предполагалось возведение Якоря.

Теперь в разговор вступил Эмиль Мёбиус. Немец мне тоже казался разумным человеком, хотя и политически европейцы поддерживали Америку.

— Предлагаю начать… с момента окончания вступительной речи российской делегации. Прежде всего поздравляю всех с успешной операцией. Я согласен с предположением, что враг сдал нам позицию. Значит, нас встретит гораздо большее сопротивление в Туркменистане. Прежде всего прошу сделать доклад господина Хабтур.

Иранский одарённый, наблюдающий за ходом событий кивнул.

Обменявшись имеющимися претензиями, мы наконец приступили к ключевому вопросу. Комплекс в Туркменистане преобразился с того времени, как я видел его своими глазами. Здания, обиталища гуманоидных монстров и места работы, увеличились. Выросли выпуклые стены, защищающие от ударных волн, появилось больше шпилей. Энергетические щиты накрывали цель дважды. Внешний, менее яркий, захватывал рощи и озёра, раскинувшиеся в переделанных горах.

Внутренний слой, гораздо менее прозрачный, накрывал непосредственно плацдарм. Его активировали только при необходимости, когда по плацдарму пустили ракетные удары и, видимо, боялись ядерного взрыва. Кстати, слабые тактические боеприпасы там применяли. Толку довольно мало: так как очень плотная мана мешала работе электроники, что не позволяло взорвать что-то рядом, а щиты легко принимали удар.

— Мистер Корнев, позвольте вопрос, — раздалось из динамиков. Я посмотрел на экраны, активировался микрофон подписанный как «Ундина». Индонезиец и сильнейший маг воды. — Так ли нужно уничтожать следующий Якорь? Почему бы не затянуть войну? Удерживать стратегические позиции и просто мешать создавать новые.

Вижу, этот вопрос хотели задать многие. И меня уже спрашивали ранее в более узком кругу. Поэтому я начал повторять то же.

— Потому что Якори ослабляют божественный барьер, защищающий наш мир. Первое ослабление происходит в момент активации, как первый шок. А затем в виде постоянного эффекта. Они же усиливают контроль Орды над вторжением.

— Осталось всего два. Уже вдвое меньше, чем было считанные дни назад, — заметил Мёбиус.

— Сколько раковых опухолей можно оставить на теле человека, чтобы они особо не беспокоили? Вопрос риторический: удалить нужно все. Желательно, пока Орда не придумала способ защититься от моего оружия или не окружила Якорь абсолютно непробиваемой защитой без входа. Когда барьер слабеет, средний уровень проломов растёт. При этом они всё реже открываются в зоне нашего контроля, вместо этого позволяя Орде без помех разворачивать свои силы. Вы уже заметили, что набор уровней стал труднее и опаснее. Господин Джеанг, хотите что-то добавить?

Я прочитал выражение лица китайского дипломата. С именем же помогла табличка на столе.

— Да, Страж, хотел отметить, что за прошедшие семь часов отмечен рост