- Все ясно, — голос Киры прозвучал так хлестко, что Ждан с Мирой даже вздрогнули от неожиданности. А уж про то, что произошло дальше, они договорились молчать всю оставшуюся жизнь.
Вроде бы только что Кира просто стояла неподалеку от камня, и вот вокруг нее словно заклубился дым, обволакивая все тело. Секунду спустя Киарана будто бы оделась в длинный белоснежный балахон, который едва заметно колыхался, хотя никаких сквозняков и в помине не было. Длинная коса сама по себе расплелась, и волосы взметнулись живым шелком вверх, а потом медленно опали, но так и не легли неподвижно на спину. Казалось, словно Кира погрузилась под воду, и она медленно шевелит ее длинные, совершенно черные волосы, заставляя их завораживающе разлетаться вокруг головы.
Мгновение спустя темнота в углах зашевелилась, а потом как-то слишком быстро метнулась к Кире, и из нее в руках соткалось оружие, напоминающее свей формой косу. Правда, Ждан с Мирой точно были уверены, что ни у какого оружия не может быть глаз. А у этой косы точно был, и он пугающе шевелился, оглядываясь. Черный, блестящий, круглый глаз, который спустя некоторое время остановился на них, заставляя ребят перестать дышать. А уж когда глаз снова пришел в движение и отвел от них взгляд, то им только и осталось, что облегченно вздохнуть.
— Ты это видишь, Кирин? — спросила Киарана голосом, от которого на стенах появилась изморось. И нет, это не было преувеличение — в комнате действительно стало так холодно, что изо рта вырывались клубы пара, а пол, потолок и стены покрылись белыми узорами.
На вопрос Киры, глаз будто бы моргнул, глядя прямо на нее.
— Тогда ты все понимаешь, — сказала она, а потом резко взмахнула своей косой, разрубая кристалл так, что нижняя его часть тут же упала на пол, расколовшись. По комнате от взмаха прошлась ледяная волна воздуха.
Сразу после этого коса распалась, превращаясь в ворона. Он взмахнул крыльями, отчего в воздухе закружились пару черных перьев, практически сразу превратившиеся в кусочки бархатной темноты. А потом слишком крупная для своего вида птица, уселась на один из осколков, поглядывая в сторону ребят.
— Нет, им еще рано, — сказала Кира, ворон на это что-то недовольно проворчал, а потом взлетел и снова распался дымом, сливаясь с темнотой, таящейся в углах. — Ты можешь и дальше оставаться здесь, но больше не позволяй пленить себя.
Ждан с Мирой не сразу поняли, кому предназначались последние слова, но когда они увидели, как от осколков вверх устремляется сизый туман, то догадались. Туман, между тем, собравшись под самым потолком, сначала собрался в шарик, а затем резко распался, стремительно впитываясь в стены.
Через пару минут замок основательно тряхнуло, и все ощутили, как по нему прошлась волна магии, что-то в нем сильно изменяя.
Ждан подоспел во время, почти у самого пола подхватывая вдруг потерявшую опору Киру. Вокруг нее больше не было никакого белого дыма, а волосы черным, теперь уже спокойным каскадом просто лежали, как им и было положено природой.
— Нам надо уходить отсюда, — прошептала Мира, глядя на разбившийся кристалл. Чуть подумав, она прихватила кусочек, пряча его себе в карман.
Ждан на это кивнул и поднял потерявшую сознания Киру на руки. Они и сами толком не поняли, как им удалось так быстро добраться до комнаты Киараны, но уже через пару минут они входили внутрь, плотно прикрывая дверь.
Сомнений в том, что скоро в той комнате будет не протолкнуться от преподавателей, не было. Что именно сделала Кира, они не знали, но догадывались, что рассказывать об это всем совершенно не стоит.
Положив Киру на кровать, Ждан сел в кресло, всем своим видом давая понять, что не сдвинется с места, пока не узнает, что там произошло.
— Не зря она не попала в обычный факультет, — пробормотал Ждан, выглядящий сейчас намного взрослее, чем обычно. Куда-то подевалась привычная улыбка и задор. Молодой человек был собран и серьезен. — Я даже не знаю, могут ли обычные маги делать что-то подобное.
— Маги? — Мира улыбнулась такой теплой, понимающей улыбкой, как улыбаются матери, который забавляют милый лепет их детей. — Ты ведь тоже это ощутил? Сила Вечной.
Ждан невольно вздрогнул, закрывая глаза. Конечно, он не сразу понял, но верить в свои догадки не хотелось. Да и, чего скрывать, немного страшно.
— Ты что-то об этом знаешь? — спросил он, всматриваясь в Киру, словно хотел убедиться, что она дышит и по-прежнему все еще жива.
Мира покачала головой.
— Не больше твоего. Я ощутила в ней это сразу.
— Что именно?
Мира молчала пару минут, словно не могла облечь свои мысли в слова.
— Знаешь, однажды в детстве я убежала из дому и случайно забрела на кладбище. Я была маленькой и не могла найти дорогу. Ночью пошел дождь. Так вот, она пахнет так же как тот дождь. Той же тишиной, тихим шелестом листвы, пугающим скрипом веток, чьими-то приближающимися шагами и потусторонним шепотом. Пахнет мертвым камнем надгробий и затягивающей тьмой, холодной, как зимний день в далеких северных странах. И при этом нет страха замерзнуть, словно холод в ней обещает успокоение, а не страдания.
Ждан весело, но в то же время как-то грустно хмыкнул.
— Я всегда думал, что смерть пахнет по-другому. Более… неприглядно, — он поднял руки и с силой потер лицо, вздыхая так, словно на плечи только что опустился неподъемный груз. — Мы будем молчать.
— Конечно, — Мира кивнула и замолчала.
Комната тут же погрузилась в тишину. Непонятно когда загоревшиеся свечи чуть угасли, погружая комнату в уютный полумрак.
Глава 7. Часть 2
Киарана очнулась почти под утро. Все это время ребята спали по очереди, наблюдая за ее состоянием. И нет, ее обморок быстро перешел в сон, но они опасались, что могут быть последствия.
Когда Кира проснулась, не спал Ждан. Он сидел в кресле, укрывшись пледом, и смотрел прямо перед собой немигающим взглядом. Кира нахмурилась, пытаясь вспомнить, что случилось и как так произошло, что она спит в одной комнате с практически посторонним человеком. Как бы там ни было, но она знала Ждана всего ничего и раньше за ней не наблюдалась такая безалаберность в отношении своей безопасности.
— Проснулась? — спросил шепотом Ждан, заметив, что она пошевелилась.
— Что случилось?
— А ты не помнишь?
Киарана еще сильнее нахмурилась, а потом вспомнила. Перед глазами замелькали события вчерашнего вечера. Некоторые из них были такими нереальными. Киарана сомневалась, что не спутала их со сном. Вот только что-то подсказывала ей, что никакой это не сон, а самая настоящая реальность.
Да и замок…
— Что там было? — разорвал Ждан образовавшуюся тишину своим вопросом.
— Там был дух Ховалона. Вернее, сам Ховалон.
— И Мира и ты сказали, что он разумен, — Ждана интересовало несколько иное, но он был терпелив, так что никого не торопил. Да и время еще раннее, успеют и на завтрак, и на занятия.
— Верно, — Кира кивнула, привставая и опираясь спиной на подушку. Сидящая во втором кресле Мира тоже уже не спала, просто молчала и слушала. Она сверкала светлыми глазами, которые после вчерашнего, казалось, стали еще прозрачнее. — Вы ведь знаете, что артефакты долгое время служащие магу или магам могут заиметь что-то вроде собственного сознания? Так вот, Ховалон старый магический замок, в котором долгие столетия собиралось множество адептов, неосознанно отдающих постоянно часть своей ненужной им магии замку. Когда-то давно замок обрел самосознание. Он рос, развивался, умнел, пока однажды его не поймали в ту ловушку. Чтобы он не погиб, его подкармливали сырой магией. Оттуда он мог урывками влиять на замок, так сказать, на свое тело, но больше не имел над ним полной власти. По сути, тот дух и есть Ховалон.
— И вчера ты выпустила его обратно, — подвел итог Ждан. — Это может быть опасно? По какой-то причине его ведь ограничивали.
