Вначале было всё красиво
Был с ней он ласковым и милым
Но так бывает у людей
Горячая любовь остыла
А кто же в этом виноват?
Кто развернул судьбу назад?
Закрыл он за собою дверь
Все им не встретится теперь
Припев:
Брошенная, брошенная - никому не нужная
Раньше замужем была, теперь незамужняя
Брошенная, брошенная - всеми позабытая
Все долги просрочены, жизнь ее разбитая
А кто сказал, что все пройдет?
Что время боль всю унесет
Так не бывает никогда
Одна не явится беда
А он не пишет не звонит
У него сердце не болит
Ведь сразу он ушел к другой
Теперь ее зовет женой[5]
Песня шла от сердца, именно так я себя и чувствовала. Да, пока бежала, пряталась и играла дурочку, во мне теплилась надежда, сейчас увидев их вместе, накатила боль и разочарование. С каждым словом я будто высказывала мужу все, что наболело, что не сбылось. И как последний штрих, закрывающий и расставляющий все на свои места, полилась следующая песня.
Я глаза закрываю и стою в тишине.
Будто молча кричу тебе.
Знаю, это напрасно.
Я решаю сама.
С кем делить свое счастье.
Но, я признаться должна:
Я видела сон, в котором она.
Целует тебя, но так нечестно.
Я видела сон, прошу об одном.
Чтобы он не оказался вещим.
Да, я все понимаю.
Сердцем верю тебе.
Но в душе началась война.
Я тебе отдаю все, не жалея себя.
Почему снова нет тебя.
Да, я признаться должна:
Я видела сон, в котором она.
Целует тебя, но так нечестно.
Я видела сон, прошу об одном.
Чтобы он не оказался вещим.[6]
Со сцены я уходила обновлённой. Нет, любовь не прошла и боль не утихла, но я для себя окончательно решила, нам не по пути. Где я, уличная певичка и где он, мой снежный эльф? А эта красотка пусть испытает на своей шкуре все, что испытала я. Эх, знала бы я, что мои пожелания так скоро исполнятся, пожелала бы большего. Оказывается, я все-таки мстительная.
Ксадас...
Как же я устал от Агнеи, её прихотей, её капризов, желаний и ревности. Пора заканчивать с этим фарсом и подстёгивать дорогушу к активным действиям. Не могу больше, устал от приворотного зелья, что подливает мне эта белокурая дрянь, от противоядия, что приходится пить, но играть одурманенного отупляющей страстью. Устал от масок, хочу вернуть свою жизнь, хочу вернуть себя.
Рука с брачным рисунком опять зудела, наверняка это нервное, я так и не нашёл Марису и чувствовал себя предателем. Обещал защитить, помочь, а на деле даже не знаю где она. Одно радовало, она жива, в противном случае брак был бы расторгнут и метка судьбы сошла с руки.
Все, решено, сегодня, сейчас сыграем представление не хуже вот этих бродячих актёров, а главное и притворяться то особо не понадобится, в душе и так буря. Пора, ох пора тебе “любимая” бежать к истинному организатору заговор. Да, прости родная, но ты не очень умна, чтобы продумать такую многоходовку, так что давай разозлим тебя посильнее и узнаем к кому ты побежишь жаловаться на меня.
В том что Агнея побежит я не сомневался, последнее время и играть-то не приходилось, на взбалмошную красавицу просто не оставалось времени и сил, да и желания, будем честными. То, как она увеличивала порции приворотного, говорило о том, что она нервничает, а значит после скандала и разрыва побежит к организатору.
— Милый, я тоже хочу поскорее уйти, — прижимаясь ко мне пышной грудью, шепнула Агнея с придыханием. — Но это неприлично сбежать прямо сейчас, потерпи немного, — её пальчики прошлись по груди, обещая жаркие ласки и мне стоило труда не оттолкнуть её руку.
Пора!
Но не успел я открыть рта, как объявили номер певицы, той, что так заворожила меня днём, “Пери” — какое странное имя. Теперь я мог разглядеть её лучше, она и правда была похожа на Марису. Вуаль, конечно, скрывала черты, но было видно, что девушка только похожа. Да и песня, которую она спела, ввела скорее в ступор. Одни разочарования, честное слово.
Я опять повернулся к градоправителю и открыл было рот, но тут полилась совсем иная песня и я замер. Голос грудной, глубокий разносился по залу как волна, сметающая все на своём пути. Он завораживал, погружал в какой-то странный транс, где каждое слово песни несло свой скрытый смысл именно тебе. Возможно, это все нервы или развивающаяся паранойя, но я знал, чувствовал, она поёт для меня.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Песня боли, плач по утраченной любви, что была мимолётна. Каждый звук завораживал, каждое слово било по нервам как пощёчина. Я не успел отойти от этих странных ощущений как по залу полилась иная мелодия и зазвучали слова новой песни. Они заставили всматриваться в лицо певицы. Песня прощания, ворвалась в моё сердце звуками чарующего голоса, и я физически ощутил, что теряю что-то очень важное для меня, что-то, что я ещё сам не понял, но уже упустил.
Наваждение спало сразу как девушка ушла со сцены, величественная, гордая не покорившаяся судьбе. Странный наряд, дурацкие рога, но голос и та магия, что он нёс, вызывали восхищение. И я был не одинок в своих ощущениях, зал взорвался аплодисментами. Только Агнея была зла и смотрела на меня волком, думая, что я не замечаю бросаемые на меня взгляды. Ну что ж, значит сама судьба…
Точно, сама Судьба благоволит мне сегодня, пухлая ручка градоправителя, не помню его имени, похотливо гладила коленку моей спутницы, а та, будто не чувствуя, тяжело дыша, пыталась выпрыгнуть из своего и так очень откровенного декольте.
Вот теперь точно пора!
Вскочив со стула и уронив его, привлёк внимание жены мэра к своему муженьку и не дожидаясь её воплей встал в театральную позу. Голос дал петуха, а в голове я дико хохотал, потирая руки, ну наконец-то я выскажу все, что накипело. Бред, лившийся из моего рта, не откладывался в голове, главное эмоции, больше эмоций и в нужных местах тыкать пальцем, так, потрясти за грудки нерадивого мужа, прижать к груди его рыдающую жену и гордо уйти, громко хлопнув дверью…
Красное от злости лицо Агнеи странным образом не смутило, наоборот, в душе поселилось ощущение правильности. Я понимал, что повёл себя ужасно некрасиво и это мягко сказано, я её прилюдно опозорил, растоптал репутацию, но с волками жить, как говорится… Теперь остаётся только ждать, следующий ход за заговорщиками.
А где-то в тенях, незамеченной, пряталась ошеломительно красивая девушка и только иногда в её прекрасных глазах плясали Джигу-Дрыгу бесенята, а с её божественных губ слетали еле слышные слова: “Ах! Какие страсти”, “Без меня решили поиграть, ну нет”, “Внесём ка небольшие коррективы в их планы”.
___
[4] Игорь Николаев — Дельфин и русалка
[5] Мурат Тхагалегов - Брошенная
[6] Анна Лорек - Сон
Глава 24
Ксадас легко впрыгнул в седло, впервые за долгое время его губ коснулась довольная улыбка. Агнея, как он и думал, отправилась в столицу. Её вели скрытно и ребята сумели остаться незамеченными. Теперь надо только надеяться, что встреча с головой всего заговора состоится, и девушка так стремительно отправилась именно к нему. Иначе… О плохом Ксадас старался не думать.
— Вы с нами? — спросил подъехавший оперативник.
— Нет! Мне светиться сейчас нельзя, так что действуйте по обстоятельствам, — качнул серебристой головой мужчина. — Будьте аккуратней и… удачи, парни, нам нужно понять кто за всем стоит.
— Не переживайте, лорд Ксадас, — серьезно качнул головой парень, — где вас можно будет найти?
— В городском… хотя нет, я буду в Академии, навещу давнего друга, — улыбнулся лорд Снежный, вспоминая давнего приятеля и думая, что такое прикрытие будет лучше.
Ни у кого не должно возникнуть вопросов, кутила и повеса заехал к другу выпить и вспомнить молодость, отличное же алиби?
Мария…
Вечер застал нас в небольшом городке. Мы медленно ехали по сонным улицам в закатных лучах уходящего на покой Фотоса, его место на небосклоне неторопливо, но уверенно занимала голубая луна, превращая нас в ожившие трупы, а город в таинственное пристанище призраков. Честно говоря, это ночное светило мне не особенно нравилось и я была рада приличной на вид таверне, около которой мы остановились.
