Читаем без скачивания Огненные стрелы - М. Георгиева

— Правильно! — заметил Огнянов. — Но надо обдумать, под какой формой мы попросим их содействия.

— А в связи с вчерашней, пятой радиопередачей из Софии, — заявил Везнев, — я еще ничего определенного сказать не могу. Пока что мы знаем только, что передача происходила где-то в нашем районе.

— Я уже знаю точно, откуда она велась, — сказал подполковник.

Присутствующие удивленно поглядели на своего начальника.

— А теперь послушаем капитана Лечева!

Лечев, пожалуй, больше всех был изумлен словами Огнянова, что ему известно, где велась пятая передача. Он хорошо знал, что подполковник почти целые сутки не выходил из своего кабинета. Где же он мог почерпнуть такие сведения?

Лечев полез в карман своего плаща, вынул газету и подал подполковнику.

— Я ничего не могу прибавить к тому, что здесь написано.

Подполковник быстро пробежал газетный лист.

— Где вы взяли газету? — нетерпеливо спросил он.

— Из читальни завода № 36. Мне ее дал Христов, бригадир уборщиков.

Это не тот экземпляр, который был получен по почте в читальне. Этот экземпляр сильно помят, его кто-то носил в кармане.

Огнянов разложил газету на столе. Все заметили, что на широком белом поле над названием газеты что-то написано. Трое разведчиков в возбуждении подались вперед. Там было написано:

Б-о-л-г-а-р-и-я… з-е-м-л-я… р-о-д-н-а-я…

        09       10            11               12

— Да это шифр вражеской радиостанции «X»! — нарушил молчание Везнев.

— Вижу, — равнодушным голосом отозвался Огнянов.

— Но вы как будто…

— Шифр мне стал известен еще несколько часов назад.

— Откуда?

— Я открыл его с посторонней помощью. Помог мне один наш случайный сотрудник, который и не подозревает, какую услугу мне оказал.

— Да кто же это? — нервно вмешался Лечев.

— Петруша!

Везнев и Косев весело переглянулись — они были знакомы с Петрушей. Только Лечев не знал его.

— Уже в течение нескольких часов я знаю текст всех шифрованных радиограмм станции «X», — заговорил Огнянов и посмотрел на Лечева, недовольно опустившего голову. — Но это ничуть не снижает значения следа, открытого капитаном Лечевым. Вот это здесь, — он показал на слова, написанные на газетном поле, — это решительно приближает нас к агенту Б—9.

Остальные трое присутствующих почти в один голос воскликнули:

— Кто он такой?

— Где он?

— Как вы его открыли?

Подполковник молча взял со стола лист бумаги и подал Везневу. Прочитав, тот так же молча передал лист Лечеву, Лечев, едва взглянув на первые строки, резко поднял голову.

— Это огромное достижение, товарищ подполковник!

На бумаге, которую он держал в руках, было написано:

8 апреля — 22.52 ч.

02-06-02 стрела 04-08-04 принимает 04-08-04 и 03-08-03 каждый день в 19 ч. у аппарата. Опознавательные знаки и пароли по варианту Б—04-06-04.

Везнев вопросительно взглянул на Огнянова.

— Да, — кивнул ему подполковник. — Может быть, мы запоздали! Всего на несколько часов.

Лечев дочитал и остальные строки. Когда он оторвался от бумаги, глаза его потемнели. На второй половине страницы было написано:

9 апреля — 21.51 ч.

09-06-03 — Б девять — 03-09-03 принимает… 03-09-03… 02-09-02… Завтра в 19 ч. перед Оперой. Опознавательный знак: перевязанная левая ладонь. Пароль: «Есть у вас три лишних билета?» — «К сожалению, нет».

— Да, мы опоздали, — и Лечев передал бумагу лейтенанту Косеву.

— Ведь вчера перехвачены еще три шифрованных радиограммы, — недоумевал Везнев.

— Да, но фальшивые, для заблуждения контрразведки, — объяснил подполковник. — И надо признаться: до сих пор они действовали успешно. Значащие радиограммы агента Б—9 передавались только 9-го, 19-го и 29-го числа, притом в точно определенные час и минуту.

— Здорово придумано, — задумчиво сказал Везнев.

— А все-таки… раскрыто! — радостно возразил Лечев.

Подполковник Огнянов задумался.

— Может быть, — начал он, помолчав, — и в нашей работе допущена ошибка. Невольная, но с большими последствиями.

— Какая ошибка? — поспешил спросить Везнев.

— Вы, — подполковник обернулся к Лечеву, — сказали, кажется, что спрашивали в библиотеке, кто забыл газету. Ту, с шифром.

— Да, спрашивал, — признался Лечев.

— Ну, а если владелец газеты вспомнит, где он забыл газету, и станет ее искать?

Все замолчали, сообразив, к чему это приведет. Враг сейчас же сменит шифр. Все прежние усилия останутся напрасны.

— Но все же, — тихо проговорил Огнянов, — мы достигли успеха. Мы сделали решительные шаги к цели. Теперь давайте обсудим, куда идти дальше.

КАЖДЫЙ ЗАНЯТ СВОИМ ДЕЛОМ

Весна расцвела во всем блеске между обоими высокими гребнями, окаймляющими залив Ларги. Старые сосны с бледно-зелеными верхушками вздымались по склонам горы, стройные как свечи. Маленькие виллы скрывались за пышной зеленью кустов. Опьяняющий аромат расцветшего миндаля лился в открытое окно шефа разведывательного центра «Юго-восток». Южный вечер был тих.

Полковник Диксон взглянул на электрические часы на стене. Было без двадцати минут десять.

«Еще девять минут, — подумал он. — Если и сегодня вечером не откликнутся…»

Он по привычке медленно и размеренно ходил взад и вперед по кабинету. Глаза его светились. Долговязый Дик напряженно думал.

Отправка Линдока Дэглиша самолетом Б-15 на север была непростительной ошибкой. Какая гнусная история возникла из-за этого! Отец Линдока, старый Дэгг, тотчас оскалил зубы и показал свои когти. Да, и какие когти! Из центрального управления фирмы «Диксон и Сыновья» приходили тревожные сообщения. В первые дни после исчезновения молодого Дэглиша акции «Диксон и Сыновья» повышались. На бирже появились какие-то неизвестные до тех пор маклеры, которые начали скупать пакеты этих акций. Дирекция фирмы «Диксон и Сыновья» считала такую тенденцию к повышению естественной и нормальной. В деловых кругах знали уже о проекте постройки нефтепровода «Бис» на Ближнем Востоке. Считали, что главным участником в деле будет группа «Диксон и Сыновья». При таком положении вещей ничего нет странного, что акции идут в гору. Именно в этот момент старый Дэгг и нанес свой удар. На очередном заседании правления общества «Дэглиш-Мэрфи» он заявил, что их группа намерена участвовать в постройке нефтепровода, самостоятельно или в компании с другими, и что он уже предпринял шаги в этом направлении. Глухой голос старца на этот раз имел такой широкий резонанс, что его услышали и на бирже. Акции «Диксон и Сыновья» сразу же перестали повышаться. На следующий день неизвестные маклеры снова появились. За несколько часов они скупили почти все предложенные в этот день акции «Диксон и Сыновья». На другое утро в дневных выпусках газет замелькали жирные заголовки: «Нефтепровод Бис. Дэглиш-Мэрфи обогнали своих конкурентов», «Дэглиш-Мэрфи самостоятельно строят нефтепровод»… Маклеры Дэглиша устремились на биржу и выбросили в продажу большие количества акций «Диксон и Сыновья». Вокруг этих акций поднялась паника. Пока компания «Диксон и Сыновья» кое-как справлялась с положением, акции ее упали на 25 процентов.

Эта биржевая игра обошлась фирме «Дэглиш-Мэрфи» в два миллиона долларов, потому что для подготовки удара пришлось закупить довольно много акций «Диксон и Сыновья». Но компания Диксон потеряла не менее десяти миллионов. Притом «Дэглиш-Мэрфи» компенсировали свои убытки резким повышением собственных акций, а «Диксон и Сыновья» так и остались в убытке.

Полковник Диксон понимал многое такое, что не было понятно заокеанскому правлению его фирмы. Он понимал, что Линдок Дэглиш сумел зайти далеко вперед в переговорах с левантинскими братьями Акселем и Гюрканом; что старый Дэгг узнал правду об исчезновении своего сына Линдока и руководствуется чувством мести. Кроме безвредных уже Линдока и Кросса, у старика в центре «Юго-восток» имелись, несомненно, и другие агенты, которые продолжали работать на него.

Полковник Диксон вдруг остановился посреди кабинета.

«Кто же могут быть эти люди Дэгга, черт бы их побрал?» — напряженно размышлял он.

Нельзя было упускать из виду Джильду. Эта мерзавка отлично знала восточные нравы и имела солидные связи. К тому же у нее был известный опыт в сделках центра «Юго-восток». Толстяк Томас провел недавно с ее помощью солидную аферу. Он выступил посредником в переговорах местного правительства с заокеанской автомобильной фирмой. Сделка была выгодной: автомобильная компания обязалась асфальтировать 5000 километров дорог страны, а правительство взамен закупало у нее 300 автомашин и, кроме того, предоставляло ей сроком на пять лет беспошлинный ввоз автомобилей.

Во время переговоров двое министров колебались, один из них даже не на шутку уперся. Но тут Томас пустил в ход Джильду. Она поехала на виллу упрямого министра. Когда она вернулась, упорство его было сломлено. Говорили, что Джильда повезла с собой чек на солидную сумму, выписанный на иностранный банк. После подписания договора Джильда еще раз поехала на виллу министра и гостила там целую неделю.