Читаем без скачивания Офицеры и джентльмены - Ивлин Во

– Вандалы! – проговорил Эпторп с горечью.

Затем оба хромых друга снова забрались в машину и в подавленном настроении направились обратно в Кут-эль-Амару.

7

На следующее утро у Эпторпа был слабый приступ «бечуанского живота», но, несмотря на это, он все-таки поднялся. Гай, мучимый жаждой, спустился вниз первым. Стояло серое мрачное утро, сыпался обильный снег. В холле возле доски для объявлений Гай увидел кадрового офицера. Он держал большой лист бумаги, на котором красным мелом был выведен заголовок: «Прочитай, это тебя касается».

– Вам повезло, – сказал офицер. – Сегодня нам дали Мадшор. Посадка на автобус в восемь тридцать. Доставайте свои ранцы-рюкзаки. Сообщите об этом всем своим друзьям.

Гай поднялся на второй этаж и, открывая дверь по очереди в каждую комнату, объявлял:

– Сегодня у нас Мадшор. Автобус отходит через двадцать минут.

– А кто такой Мадшор?

– Не имею ни малейшего представления.

Вернувшись вниз, к доске объявлений, Гай узнал, что Мадшор – это стрельбище примерно в десяти милях от города.

Так начался скучнейший день по новому распорядку.

Стрельбище Мадшор представляло собой длинную полосу болотистого побережья, разделенную на равных расстояниях земляными валами и заканчивающуюся грязно-серым естественным откосом. Стрельбище было окружено проволочным заграждением и предостерегающими надписями; около первого земляного вала стоял небольшой домик – здесь проходил огневой рубеж стрельбища. Когда группа приехала, в домике было три солдата: один, в рубашке, брился возле двери, другой сидел на корточках около печки, а третий, небритый, вышел откуда-то, застегивая свой мундир.

Майор, прибывший во главе группы, пошел в домик, чтобы узнать, все ли готово к стрельбам. Снаружи было слышно, как он разговаривал сначала раздраженным тоном, затем более мягким, а закончил разговор словами:

– Хорошо, сержант. Это явно не ваша вина. Продолжайте бриться. Я попытаюсь связаться с командованием района по телефону.

Он возвратился к группе.

– Кажется, произошла какая-то путаница, – сказал он. – Согласно последнему приказу из района, стрельбы на сегодня отменены. Ожидается сильный снегопад. Я сейчас займусь выяснением, что можно предпринять в этой обстановке. А пока, поскольку мы уж приехали сюда, имеется возможность провести занятие на тему: «Дисциплина на стрельбище».

В течение последовавшего часа, пока не наступил полный рассвет, они изучали и применяли на практике сложные правила предосторожности, которыми на этом этапе второй мировой войны оговаривалась стрельба боевыми патронами. Затем к ним вернулся майор, который все это время находился в домике и разговаривал по телефону.

– Отлично, – сказал он, – в ближайшие час-два снега не ожидается. Мы можем продолжать. Наши ходячие раненые принесут нам пользу на мишенном валу.

Гай и Эпторп прошли пятьсот ярдов по осоке и заняли места под мишенями, в выложенной кирпичом траншее. К ним присоединились капрал и два солдата из артиллерийско-технической службы. После продолжительного разговора но телефону поднялись красные флажки, и стрельба наконец началась. Прежде чем отметить первое попадание, Гай посмотрел на свои часы. Было без десяти одиннадцать. К двенадцати тридцати было поражено четырнадцать мишеней и поступили команды «Разряжай» и «Вольно». На смену Гаю и Эпторпу прибыли два офицера из центра формирования и подготовки.

– На огневом рубеже все очень недовольны, – сказал один из них. – Говорят, что вы показываете попадания очень медленно. А мне хотелось бы взглянуть на мою мишень. Я уверен, что третья пуля тоже попала. Она, наверное, прошла через дырку, пробитую второй пулей. Я целился очень точно.

– Как бы она ни прошла, все дырки уже заклеены.

Гай отковылял на несколько шагов в сторону и, не опасаясь огня, показался над кромкой траншеи. На огневом рубеже в тот же момент раздались крики и многие замахали руками. Не обращая на них внимания. Гай, прихрамывая, продолжал идти к рубежу, пока не услышал голос майора:

– Ради всего святого, Краучбек, вы что же, хотите, чтобы вас убили? Разве вы но видите, что красный флажок поднят?

Гай посмотрел и убедился, что флажок действительно поднят. На огневом рубеже не было ни одного человека. Все столпились у подветренной стены домика и жевали бутерброды. Гай продолжал идти, прокладывая себе путь между кочек.

– Ложитесь, черт вас возьми! Смотрите на флаг!

Гай лег, посмотрел на флаг и увидел, как тот начал быстро опускаться.

– Вот теперь можете идти! – крикнул майор.

– Извините, сэр, – сказал Гай, приблизившись к майору. – Нас сменили присланные отсюда два офицера, и поступила команда «Вольно».

– Вот именно! Так вот и происходят несчастные случаи. Флаг, и только флаг, является сигналом, разрешающим передвижение. Обратите на это внимание. Прошу общего внимания! Вы только что были свидетелями типичного нарушения дисциплины на стрельбище. Запомните это.

Тем временем и Эпторп появился из траншеи. Тяжело прихрамывая, он шел к огневому рубежу. Когда он подошел, Гай спросил:

– А ты видел этот проклятый флаг?

– Конечно. Любой человек, прежде чем начать что-то делать на стрельбище, должен посмотреть на флаг. Это первое правило. К тому же меня предупредил капрал. Они часто выкидывают этот трюк во время первых стрельб: поднимают красный флаг в тот момент, когда все уверены, что он должен быть спущен. Это делается просто для того, чтобы обратить внимание на необходимость соблюдения правил поведения на стрельбище.

– Ты мог бы передать предупреждение капрала и мне.

– Вряд ли, старина. Это свело бы на нет всю суть замысла. Как же мы усваивали бы уроки, если все предупреждали бы друг друга? Понимаешь, что я имею в виду?

Они съели свои бутерброды. Стало еще холодней.

– Нельзя ли продолжить стрельбы, сэр? Все уже готовы.

– Полагаю, можно, но надо думать и о солдатах. Им тоже нужен перерыв.

Прошло некоторое время, прежде чем стрельбы возобновились.

– Мы не успеем закончить упражнение вовремя, – сказал майор. – Сократите стрельбы до пяти патронов на человека.

Однако в основном время уходило не на стрельбу, а на построение, на проверку знаний поведения на огневом рубеже и на осмотр оружия. Когда подошла очередь Гая, начинало уже темнеть. Он и Эпторп попали в последнюю группу и прихромали на рубеж каждый отдельно. Гай лег и попробовал прицелиться из винтовки еще до того, как зарядил ее. Он обнаружил, к своему разочарованию, что мишень совершенно исчезла из видимости. Гай опустил винтовку и посмотрел на мишень обоими глазами. Он увидел едва различимое белое пятно. Закрыл один глаз – пятно потускнело и стало временами пропадать из видимости. Гай поднял винтовку и тотчас же понял, что различить что-нибудь над мушкой он не в состоянии.

Гай зарядил винтовку и быстро выстрелил пять патронов с наблюдением. После первого выстрела из траншей поднялся диск и прикрыл яблоко мишени.

– Отлично, Краучбек, так и продолжайте!

После второго выстрела флажок показал промах. После третьего – снова промах.

– Алло, Краучбек, в чем у вас там дело?

Четвертый выстрел – попадание в самый верх мишени, пятый – снова флажок.

Затем поступило сообщение по телефону: «Поправка результатов стрельбы по второй мишени. Попадание первой пули по яблоку показано ошибочно. Слетела наклейка. Первый выстрел по второй мишени – тоже промах».

Эпторп, стрелявший по соседней мишени, добился очень хороших результатов.

Майор отвел Гая в сторонку и мрачно сказал:

– Никуда не годная стрельба, Краучбек. В чем же все-таки дело?

– Не знаю, сэр. Видимость была очень слабой.

– Одна и та же видимость для всех. Вам необходимо усердно потренироваться на прицельном станке. Сегодняшние результаты просто постыдные.

После этого начался привычный подсчет израсходованного боеприпаса и сбор стреляных гильз.

– Протереть винтовки. Тщательная чистка оружия сразу же после возвращения и роспуска строя.

Пошел сильный снег. Стемнело еще до того, как все сели в автобус и медленно тронулись в путь.

– Я считаю, что тому льву просто не повезло, «дядюшка», – сказал Триммер. Однако никто из сидящих в автобусе не засмеялся.

После столь длительного пребывания на морозе даже кут-эль-амарская школа показалась всем теплой и приветливой. Гай сел на горячую батарею отопления в холле первого этажа с намерением подождать, пока освободится лестница. Мимо него проходил официант столовой, и Гай заказал для себя стаканчик рома. Кровь постепенно пришла в движение, и он почувствовал, как руки и ноги начали согреваться.

– Алло, Краучбек, уже почистили винтовку? – спросил подошедший к нему майор.

– Нет еще, сэр. Я просто ждал, пока рассосется толпа.

– Ждать у вас нет никаких оснований, Краучбек. Вы слышали, как было приказано? «Тщательная чистка оружия сразу же после возвращения и роспуска строя». О том, что можно подождать и выпить пару стаканчиков рома, ничего сказано не было.