сейчас очень подходит.
— Врач рекомендовал сегодня только бульон, — моя заботливая девочка поставила передо мной кружку с аппетитным куриным супом. — Я ночью сварила, — она положила в него ложку. — Ешь осторожно, горячий.
— Спасибо, — не удержался и проглотил первую ложку обжигая губы.
— Гер! Ну сказала же, горячий, — качает головой, как строгая мамочка.
— Безумно вкусно, — урча от удовольствия проглотил кусочке мягкого куриного мяса.
Тая с интересом и улыбкой, спрятанной в карих глазах, наблюдает за тем, как я с аппетитом уплетаю ее суп. Есть в этом моменте что-то сексуально-уютное. Странная формулировка, но очень сюда подходящая.
Первое насыщение пришло довольно быстро. Всю порцию я не осилил, хотя очень старался. Тася ведь не спала, готовила. Хочется сделать ей приятно.
После еды снова тянет в горизонтальное положение. Я аккуратно устроился полулежа, вытянул ноги. Мне даже переодеться не во что. От футболки ничего не осталось, брюкам нужна стирка, а лучше мусорка. Про трусы я вообще молчу! Настроение снова скатилось ниже плинтуса. Надо прикинуть сколько налички у меня осталось и как быстро их прокрутить, чтобы заработать еще.
Тая суетится по комнате, забирает с табуретки остатки недоеденного завтрака.
— Гера, мне уехать надо. Ты побудешь один пару часов?
— Конечно, — киваю. Прекрасно понимаю, что сидеть со мной весь день она не обязана. Но как же не хочется отпускать!
— Только я очень тебя прошу, не вставай. Таблетки я оставлю здесь, чтобы ты смог дотянуться… — тараторит девушка.
— Тая, я честно справлюсь. Куда ты поедешь? — это интересует меня больше дурацких таблеток.
— К Ревалю. Тебе привезти что-нибудь?
Моя же ты заботливая! Меня бесит сам факт, что Камаева поедет в тот чертов дом.
— Не уезжать. Тебе нечего там делать, Тай, — приподнимаюсь на локтях, хочу встать.
— Ты ревнуешь? — смеется.
Весело ей!
Да! Я. РЕВНУЮ!
По венам тут же проводит жар. Хочется сгрести в охапку и сказать, чтобы сидела дома.
Тая села рядом, взяла меня за руку, погладила пальцами напряженные мышцы. Ее прикосновение тут же разлетелось мурашками по пылающей коже. Я пока не имею права ее держать. Пара глубоких вдохов, чтобы отпустило. Ей нравится моя реакция, я по глазам вижу. В них пляшут довольные искорки, реснички чуть подрагивают и… знакомым жестом она кусает губы.
— Папе обещала, что буду там, — старается не улыбаться, но уголок красивых губ все же вздрагивает.
— Хорошо, — сдаюсь. Я должен доверять ей. Стеф ее не тронет. — Возьми у близнецов… — прошу, но так мерзко становится. И… стыдно. — Не надо!
— Что? — смотрит требовательно, без грамма упрека.
— Шмотки какие - нибудь, — все же прошу. — Они выше меня, конечно, но других вариантов у меня пока нет. Закатаю штанины, — стараюсь отшутиться. — Модно же, с подворотами.
— Спрошу, — ее мягкие губы коснулись виска. — Я быстро. Не скучай.
— Уже…
Удержал за край кофточки, второй рукой перехватил за затылок и прижался губами к ее. Нежные, податливые. С предвкушением и трепетом осторожно целую радуясь, что Тая не отталкивает меня. Она осторожно отвечает, касается языком верхней губы, тут же прячет его от меня. Улыбаюсь, сажусь полностью, тяну ее к себе на колено. Короткие волосы путаются в пальцах. Сжимаю их в кулак. Камаева со стоном приоткрывает ротик. Наши языки сталкиваются. Горячий, влажный поцелуй, который будоражит во мне острое желание. Я хочу ее. Всю, целиком и полностью. Ее тело, душу, сердце. Ее взгляды, ее дыхание…
Прокладываю дорожку из поцелуев по подбородку к шее. Оттягиваю ее голову назад, скольжу языком, обнимаю губами едва заметную пульсирующую венку. Осторожно прихватив зубами, наслаждаюсь новым тихим стоном своей Таи.
Свободная рука коснулась нежной кожи под ее футболкой.
— Стой, — она словно очнулась, поймала меня за запястье не позволяя поднять ладонь немного выше. — Не надо, — просит, облизывая губы.
Закрыл глаза. Сделал вдох.
Так сложно отпустить.
— Скучал, — шепчу ей целуя в щеку. — Очень.
— Надо было просто прийти, — поднимается, поправляет одежду, а мне вдруг становится холодно без нее.
— Я… — подбираю правильные слова. — Был не готов.
— А сейчас? — ловлю за руку, пока не ушла. Целую пальчики, ладошку, запястье. Плавно высвобождает ее из плена. Делает пару шагов назад.
— Не знаю, — признаюсь. — Но очень хочу попробовать.
Глава 16. Я не скажу отцу
Анна Амирова
Я не нахожу себе места. Аслан не стал меня слушать и утром уехал на работу. Я мечусь по кабинету в университете и не могу ни на чем сосредоточиться. До сына дозвониться никак не выходит. Мало того, что на парня свалилось столько информации, так еще и с отцом опять поругались.
Герман вспыльчивый. Наделает глупостей, потом сам же будет жалеть. Мой мальчик даже не представляет, как сильно он похож на Аслана. Я не понимаю, как так вышло. Может биологические родители были такими по характеру, а может это судьба играет с нами в свои игры.
— Ас, — звоню мужу. — Где наш сын? Я беспокоюсь.
— С ним все хорошо, — успокаивает муж.
— Ты телефон тоже у него забрал?! — срываюсь.
— Успокойся, Аня! — рычит Амиров. — Тебе нервничать нельзя! Не забыла?! Не забирал я у него телефон. Дай ему остыть. Угомонит свое ЭГО, объявится.
— Он гордый, — напоминаю, прекрасно зная своего мальчика. Ни за что не попросит помощи, даже если очень будет нужна.
— Аслан, верни ему хотя бы квартиру. Он ведь сам на нее заработал. Это несправедливо. Ну сколько он у друзей проживет? Неделю? Потом куда? — присела на край стола
