Читаем без скачивания Дикое племя - Октавия Батлер

Она подняла его, будто ребенка, уложила в постель и накрыла одеялом. Подняв глаза, она увидела, что худой моряк все еще стоял в дверях. Это был зеленоглазый человек с вытянутым и костлявым лицом, заросший щетиной, коричневая кожа плотно обтягивала череп. Это был белый человек, но солнце так иссушило его, что он выглядел больным. Он показался ей самым безобразным из всех людей, которых ей доводилось встречать. И он был одним из тех, кто стоял рядом с Доро во время шторма, а это значит, что он был одним из его сыновей. Судя по внешности, он должен быть одним из младших. Это был один из тех сыновей, кого Доро велел ей избегать. Разумеется, она с удовольствием освободилась бы от него, если бы он только ушел. Он принес ей Исаака, а теперь должен убираться прочь, чтобы она могла спокойно позаботиться о молодом человеке. В глубине своего сознания она продолжала раздумывать над тем, что же могло случиться с человеком, который способен проводить по воде такие большие корабли и с такой скоростью. Что с ним случилось? Почему Доро не сказал ей, что Исаак заболел?

Неожиданно в ее сознании возник четкий образ Доро. Она видела его в облике белого человека — рыжеволосого, как Исаак, и такого же зеленоглазого, как этот отвратительный матрос. Она никогда не видела Доро белым, и никогда не слышала от него описания тех белых людей, тела которых ему доводилось носить, но была абсолютно уверена, что видела сейчас именно его. Она увидела и сцену передачи ей Исаака, когда потерявший сознание юноша оказался в ее руках. Затем, резко, искаженно, она увидела себя — вовлеченную в неистовую сексуальную связь сначала с Исааком, а затем с этим ужасным зеленоглазым человеком, которого звали Лейл. Лейл Сечс.

Но как она узнала об этом?

Что произошло?

Зеленоглазый мужчина рассмеялся, и его резкий отрывистый смех эхом раскатился внутри нее, словно эта мысль принадлежала Доро. Каким-то образом этот человек проникал в ее мысли!

Она ударила его и вытолкнула за дверь. Ее удар мог свалить с ног и более крепкого мужчину. Она захлопнула дверь в тот самый момент, когда он намеревался войти вновь. Даже в такой ситуации ужасная невидимая связь, установившаяся между ней и этим человеком, не прервалась. Она почувствовала боль, когда он упал и ударился головой. Это была ошеломляющая боль, которая заставила ее упасть на колени и застыть в таком положении, чтобы унять головокружение.

Затем боль прошла. Он вышел из ее мыслей. Но теперь он вновь вошел через дверь, выкрикивая слова, которые, как она знала, означали ругательства. Он схватил ее за горло и буквально поставил на ноги, удерживая за шею. Он был сильным человеком, но его сила не шла ни в какое сравнение с ее собственной. Она не глядя ударила его и услышала, как он закричал от боли.

Она взглянула на него, и какой-то миг видела его очень отчетливо: длинное лицо, перекошенное от боли и гнева, открытый задыхающийся рот, расплющенный кровоточащий нос. Она нанесла еще один удар, более сильный, чем предыдущий. Никто не имел права вторгаться в ее разум с такими мыслями. Затем окровавленное лицо исчезло.

Неожиданно перед ней появилось странное существо — более ужасное, чем любой дух, которого она могла бы себе представить. Огромное рогатое существо, покрытое чешуей и весьма смутно напоминавшее человека, с толстым похожим на плеть хвостом, с чешуйчатой головой, похожей на собачью; огромные зубы торчали из громадных челюстей, которые легко могли бы перекусить человеческую руку.

Охваченная ужасом, Энинву преобразила себя.

Мгновенная трансформация принесла ей новую боль. Она едва не потеряла сознание. Она пересилила боль, издав лишь негромкий стон, больше похожий на рычание. Она превратилась в леопарда, гибкого и быстрого, сильного и вооруженного острыми клыками.

И она прыгнула.

Дух закричал, ослаб и вновь стал человеком.

Энинву застыла в нерешительности, встав ему на грудь и глядя вниз. Он потерял сознание. Это было злобное и смертоносное существо. Самым лучшим было бы убить его прямо сейчас, не давая ему прийти в себя и вновь начать управлять ее мыслями. Ей казалось неправильным убивать беспомощного человека, но если этот человек вновь обретет себя, он убьет ее.

— Энинву!

Это был Доро. Она заставила себя не слышать его. С рычанием она рванула глотку существа, лежавшего у ее ног. Так или иначе, это была ошибка. Она почувствовала вкус крови.

Быстрота, с которой она преобразилась, истощила запас ее сил. Она должна была немедленно поесть. Прямо сейчас! Она сдернула рубашку со своей жертвы и вырвала кусок мяса из его груди. Она жевала с отчаянной быстротой, пока кто-то не ударил ее по лицу.

Она зашипела от боли и злобы, смутно соображая, что это Доро ударил ее. Ее мускулы были напряжены. Она могла убить его. Она могла сейчас убить любого, кто встанет на ее пути.

Он стоял очень близко от нее, откинув голову назад, как будто приглашая ее вцепиться ему в горло. Именно так он это и делает, именно так.

— Ну, так иди же, — вызывающе произнес он. — Убей еще раз. Прошло очень много лет с тех пор, когда я был женщиной.

Она отвернулась от него, подгоняемая голодом, и рванула еще кусок от тела его сына.

Он поднял ее над полом, отрывая от трупа, а когда она попыталась дотянуться до него, ударил.

— Приди в себя, — приказал он. — Стань женщиной!

Она не помнила, как преобразилась в очередной раз, и для нее осталось непонятным, почему она не разорвала его на куски. Страх помешал ей? Но вряд ли даже страх мог остановить ее в такой момент. Доро не видел той кровавой резни, которую она устроила, когда люди ее племени напали на нее и она была вынуждена трансформироваться слишком быстро. Она уже и сама успела забыть подробности той бойни, но это был настоящий позор! Ее люди никогда не ели человеческого мяса, но она в тот момент ела! Она запугала их, чтобы те, кто выжил, забыли этот случай и оставили в своей памяти лишь легенду, будто это сделала ее мать или бабушка. Люди умерли. Их дети уже не были уверены в том, что подобное вообще когда-нибудь происходило. История оказалась переплетенной с вымыслами о богах и духах. Но что же делать сейчас? Ведь ей не удастся запугать Доро, заставить забыть этот ужасный труп на полу.

Вернувшись в человеческий облик, она лежала на полу лицом вниз, отвернувшись от трупа. Ее несколько удивило, что Доро не стал бить ее, и не спешил убивать. У нее не было никаких сомнений, что он мог это сделать.

Он поднял ее, не обращая внимания на кровь, покрывавшую большую часть ее тела, и уложил на постель рядом с Исааком. Она лежала, слабая и безвольная, стараясь не глядеть на него. Ей все-таки удалось проглотить хоть немного теплого мяса. Но ей требовалось гораздо больше!