не выкупаю.
Элейн Хейман села по другую сторону от него.
– Странно, что он созвал всех в последнюю минуту, правда же?
– Это уже традиция, – пробормотал в ответ Крейг.
– Ага, «новая норма», или как там сейчас говорят, – поддакнул Фил.
Мэтьюз взял слово. Преамбулы не было; он не стал ждать, пока в комнате уляжется гомон. Крейг даже не был уверен, что все прибыли, – генеральный директор просто повел речь:
– Я основал «КомПрод» двадцать три года назад с небольшой группой друзей и коллег. С тех пор наше детище вышло далеко за пределы моих самых смелых фантазий. Но что-то мы умудрились потерять по пути. – Он задумался. – Что именно? Сплоченность, я полагаю. Теперь мы скорее партнеры, нежели семья, – так оно, конечно, и должно быть, но… – Остин Мэтьюз вдруг замолчал. Пауза затянулась, и собравшиеся начали осторожно между собой переглядываться.
Мэтьюз взглянул на Патова, затем откашлялся.
– Мы в совете директоров решили, что стоит лучше узнать друг друга. Всем нам, всем членам среднего и высшего звеньев. Итак, нам предстоит обязательный выездной семинар выходного дня. Там мы сможем провести больше времени вместе вне работы и лучше друг друга узнаем. Возможно, даже познакомимся заново. Разве прочная связь – не залог лучшей командной работы? Да, вот и я так думаю…
Руки в зале тут же поднялись вверх, и гендиректор указал на кого-то в первом ряду:
– У вас вопрос?
– Да, у меня вопрос. Зачем нам какие-то семинары? – Говорил Нил Джеймсон, глава финансового отдела. – На моей памяти это первая подобная авантюра.
Регус Патов выступил вперед.
– Мы находимся пока что только на предварительной стадии исследования, – произнес он скороговоркой, – но уже сейчас очевидна кое-какая тенденция: недостаток позитивной коммуникации между старшими сотрудниками. Чтобы бороться с этим, мы разработали несколько директив сближения и предложили их мистеру Мэтьюзу и совету. Так, в связке с дирекцией компании, было решено, что выездное мероприятие выходного дня – самый быстрый и наиболее эффективный способ разрешить противоречия…
– А нас-то кто-нибудь спросил? – окликнул Патова Фил.
Регус приподнял бровь – и продолжил, будто не услышав:
– «БФГ» располагает эксклюзивным доступом к студенческому научному лагерю. Он в межсезонье пустует, и мы частенько арендуем его именно для проведения комплекса упражнений по сплочению корпоративных коллективов. Доступны: игры, площадки для командных спортивных и интеллектуальных мероприятий и так далее и тому подобное. Наши директивы разработаны ведущими психологами – специально для объединения тех, кто, взаимодействуя сугубо в корпоративной среде, теряет навык живого непринужденного общения…
Бородатый мужчина все это время хранил неподвижность – не глядя ни на Патова, ни на генерального директора; не глядя на аудиторию, не глядя куда-то конкретно. На второго консультанта он едва ли тянул – как, впрочем, и на психолога. С его-то черной бородой, сквамозной кожей и грубым выражением лица он походил скорее на смотрителя парка или лесоруба, человека, трудящегося на открытом воздухе.
Крейг собирался поднять руку и спросить про гостя, но Патов его опередил:
– Счастлив познакомить вас с тем, кому поручено возглавить наш оздоровительный комплекс мероприятий. – Он кивнул на бородача: – Доктор Дэш, к вашим услугам!
– Привет, – сказал мужчина небрежно. – Я Дэш Робарз.
Крейг взглянул на Фила, чтобы увидеть его реакцию.
– Дэш, значит, – проговорил его друг еле слышно. Он выглядел до того офонаревшим, что Крейг с трудом подавил приступ смеха. – Еще и доктор, ага.
– Немного о себе, – продолжил Дэш в таком тоне, будто выступал в баре со стендапом, а не пришел на серьезную корпоративную встречу. – Всю жизнь, ребята, я был заядлым спортсменом. Вырос, бороздя суровые просторы Джунипера, штат Аризона, – много на кого охотился в тех краях, много чего испытал. Служил армейским рейнджером, а после этого несколько лет проработал проводником по дикой природе, руководя экспедициями по охоте на лосей на Юконе. Пять лет назад я вернулся в академию рейнджеров и прошел обучение по программе разрешения конфликтов и терапевтической групповой динамике. После этого акционерное общество «БФГ» наняло меня для проведения упражнений в дикой природе и организации экскурсий, подобных той, что вам предстоит. То, что мы будем делать в эти выходные…
– В эти выходные? – воскликнул Джек Разон.
Робарз посмотрел на Патова, и тот кивнул. Он повернулся лицом к толпе.
– Да, мистер Разон, вы не ослышались.
– Я не могу поехать на этих выходных!
Тут во всем зале будто плотину прорвало – хор голосов разом запротестовал.
Мэтьюз снова встал у руля:
– Мероприятие обязательного характера, а вовсе не добровольное, – напомнил он. – Вы все уходите в ретрит. Это не обсуждается. Перенесите то, что вам нужно перенести, при необходимости измените планы, но убедитесь, что на этих выходных у вас есть время быть с нами. Мы уедем в пятницу днем и вернемся в воскресенье вечером. Я не приму никаких оправданий, даже по болезни. Любой, кто не примет участие, может смело попрощаться со своей должностью в «КомПроде». Надеюсь, я ясно выразился?
В комнате повисла мертвая тишина.
– Отличный руководительский настрой, мистер Мэтьюз! – Патов ухмыльнулся, будто довольный кот. – Дэш, продолжай.
Крейг проигнорировал остальную часть обсуждения, уже пытаясь просчитать в голове планы. Энджи придется взять выходные, чему она точно не обрадуется, но она никогда не отсутствовала добровольно и имела почти идеальную посещаемость, так что это, вероятно, выполнимо. Больше всего его беспокоил Дилан. Он не был уверен, как преподать новости сыну. Несмотря на часы, проводимые им на работе ранним утром и поздним вечером, он никогда раньше не ездил в командировки, и с момента рождения Дилана они проводили каждую ночь под одной крышей. Мысль о том, что грядет их первый раз порознь, затопила все сознание острой тоской. Если он, взрослый мужчина, так остро это воспринял, что уж говорить о ребенке… Придется поломать голову над лучшим способом сообщить мальчику обо всем. «Может, я чем-то его отвлеку», – подумал Крейг и решил, что в субботу после ретрита они всей семьей поедут в Диснейленд. То есть Энджи придется взять еще один выходной, но даже она наверняка сочтет, что игра стоит свеч.
Убежденный, что у него в запасе хватает хороших новостей, чтобы компенсировать плохие, Крейг почувствовал себя лучше и выслушал описания ролевых игр и посиделок, а также дознался про то, что, очевидно, должно было стать гвоздем программы на выходные: «вылазка в дикую местность». Все это звучало глупо и бессмысленно, но он кивнул вместе со всеми, чтобы показать, что понял план, и на выходе с собрания обменялся молчаливым взглядом с Филом, ясно сообщившим ему: друг чувствует то же самое.
Говорить здесь было слишком
