Зак. — Это мой последний удар. Я возвращаюсь в сарай.
— Кто еще остался? — Я услышала, как спросил Самюэль, давая мне знать, какой брат Далтона закончил игру Зака. Его голос звучал хрипло после бега и атаки.
— Энди и Ник выбили друг друга. Я выбил Дэна. Значит остаетесь только вы с Эм.
— Ух… — хотела бы я видеть его лицо.
Я прижалась как можно ниже к земле, даже не заботясь о влажном папоротнике подо мной.
— Думаешь, вы двое сможете закончить сегодняшний день без кровопролития? — спросил Зак. По звуку его голоса я поняла, что он уходит.
— Уверен, что мы справимся, — заверил его Самюэль. Его голос оставался ровным. Парень не двигался.
Я попыталась успокоить дыхание и придвинула голову ближе к краю кустов, чтобы иметь возможность лучше понять, где он находится. Я даже не видела его ног, но знала, что парень не ушел. Я слышала его дыхание.
Я замерла, ведь если я могла слышать его дыхание, то Самюэль мог бы услышать мое. Мне нужно было переждать, пока не прозвучит сигнал о завершении, мы оба могли выйти из игры вничью победителями. Я не знала, сколько ударов он получил. Но если у него было больше одного, то я все еще могла бы считаться победителем. Я попыталась пробраться обратно под прикрытие кустов, но моя нога задела ветку, и она зловеще хрустнула подо мной. Я втянула воздух и задержала его.
— Э-ми-ли-я? — позвал Самюэль. Дерьмо. Я знала, что он это услышал. — Эмилия? — Он продолжал говорить низким и вкрадчивым голосом. — Я знаю, что ты рядом. Почему бы тебе не выйти, и давай просто закончим эту игру прямо сейчас? Один на один. Ты и я…
Я вжалась в землю и попыталась уменьшиться в размерах под прикрытием кустов. Когда увидела вспышку цвета сквозь листву передо мной, я увидела, что Самюэль подошел очень близко к тому месту, где я пряталась. Его колени были слегка согнуты, и он поворачивался взад и вперед, как будто осматривал местность в поисках моего укрытия. Это действительно был только вопрос времени, когда парень меня увидит.
Я прикусила губу и сжала оружие перед собой. Очевидно, оставаться незамеченной не было вариантом.
— Давай же, Эмилия, — продолжал насмехаться Самюэль. — Я знаю, что ты здесь. Просто выходи. Или боишься?
Его голос понизился, и у меня по спине пробежали мурашки. Его голос звучал, в лучшем случае, игриво угрожающе. На самом деле, я его не боялась, но будь я проклята, если у него не было способа иногда превращать мое тело в кашу. Раздраженная своей реакцией на его низкий голос, я нахмурилась. Я ни за что не потерплю поражения от своего глупого одностороннего влечения к моему соседу. С приливом новообретенной решимости я прижала оружие к груди и выскочила из своего укрытия.
Я знала только общее направление в котором стоял парень. Как в замедленной съемке, как в каком-то фильме о Рэмбо, я перекатилась на колено, крича и нажимая на спусковой крючок своего пневматического ружья. Мышцы моих рук напряглись от отдачи оружия, и все же я издала дикий, рычащий крик, как какая-нибудь принцесса-воин в бою. Подняв взгляд, я заметила шок в глазах Самюэля под защитными очками. Крик замер у меня на губах, когда, все еще, как в замедленной съемке, я опустила взгляд ниже. В то время как фильмы о Рэмбо были наполнены кровавым месивом… ни один из них не мог бы сравниться с ужасным видением ярко-розовой краски, которая отчетливым пятном расплывалась спереди на штанах Самюэля Далтона. Его пистолет упал на мокрые папоротники, руки обхватили промежность, и мужчина упал на колени на мокрую лесную подстилку.
О, какой неожиданный поворот событий. Гудок прозвучал прежде, чем Самюэль смог подняться с земли. Его маска для лица была стянута на шее, а очки сдвинуты на затылок и спрятаны в растрепанных волосах. Его лицо было искажено агонией, а челюсти сжаты. Парень выглядел был мертвенно-бледным.
— Самюэль… Мне очень жаль! — выдохнула я, скользя по мокрым листьям и изо всех сил стараясь не отставать от него, когда парень протопал к остальной части нашей группы у сарая. — Клянусь, я не хотела.
— Оставь это, — огрызнулся он в ответ.
Если ему и было больно идти, то парень старался это скрыть. Я знала, что мой удар, должно быть, причинил боль. Только один выстрел, который я получила в спину, был чертовски болезненным. А я попала в его нижние области с близкого расстояния.
Парни встали из-за столов для пикника, когда мы приблизились, и когда заметили мою оплошность, нас окружила потрясенная тишина.
— Грязно играешь, Салливан, — нахмурился Дэн. — Нельзя стрелять парню по яйцам!
— Клянусь, это был несчастный случай, — простонала я, заламывая руки перед собой.
Остальные уже сняли комбинезоны и вернули свое снаряжение. Я последовала за Самюэлем внутрь и быстро расстегнула молнию на своем комбинезоне, прежде чем положить его на стойку вместе с очками и шлемом. Я оглянулась и увидела, как Тощий Джон качает головой, протягивая Самюэлю пакет со льдом. Мои щеки вспыхнули, когда я подумала о причине, по которой ему это было нужно. Я последовала за ним на улицу, но парень все еще не разговаривал со мной. Остальные мужчины встали и скрестили руки на груди.
— На этот раз побеждает Самюэль, — холодно сказал Зак. — Излишнее насилие.
— Хорошо, — кивнула я. — Я честно не хотела… — облизнув губы, я посмотрела на Самюэля.
Я знала, что это выглядело так, будто я пыталась отомстить за фол на баскетбольной площадке, и хотела загладить свою вину.
— В свете… недавних травм… — сказал Энди. — Предлагаю перенести второй раунд соревнований до следующих выходных.
Самюэль слегка кивнул, и меня снова накрыла волна вины. Я опустила голову и пошла к машине, тихо садясь на заднее сиденье. Энди и Самюэль попрощались с другими ребятами и вскоре присоединились ко мне. Энди взял ключи у своего брата, предложив сесть за руль. Самюэль осторожно опустился на пассажирское сиденье.
— Ты должен их заморозить, чувак, — предложил Энди. — Это поможет.
Самюэль слегка хмыкнул, когда опустил пакет со льдом себе на колени. Я прикусила губу и изо всех сил старалась не заплакать, чувствуя себя ужасно в этой ситуации. Энди заметил выражение моего лица в зеркале заднего вида и положил руку на спинку сиденья Самюэля, когда повернулся, чтобы посмотреть на меня.
— Эй, Эм, с ним все в порядке. Тебе не нужно так сильно корить себя.
— Мне действительно очень жаль. Я не нарочно, — выдавила я, шмыгнув носом, потому что ничего не могла
