Спустя полтора часа домашнего салона красоты, я натянула на себя любимое потрясающей красоты платье «снегурочки». Нет, к новогодним костюмам, разумеется, оно не имеет никакого отношения. Но платье производит неизгладимый эффект иллюзорности, какой-то девственной чистоты.
— Отпааааад, — констатировала Катя. — А украшения?
Я достала шкатулку с бижутерией, и подруга начала перебирать.
— Это не то. Это тоже. И это не пойдет… Эти совершенно не к месту.
Тут она вскочила, как ошпаренная и метнулась в коридор.
— Как чувствовала! Мне Лешка дарил на восьмое марта. Но они своеобразные. На каждый день не подойдут. На вот, примерь!
В протянутой ладошке вижу шикарные меховые украшения. Всегда такие недолюбливала. Но эти настолько прелестны, что сразу хочется их натянуть на себя. Широкий серебристый тканевый браслет, на котором выделяется крупный, шириной во все запястье, причудливой формы меховой… цветок что ли. А ладно, позже рассмотрю поближе.
— Ожерелье давай застегну, они в комплекте с браслетом.
— У Лешки отличный вкус, что в женщинах, что в украшениях, — усмехнувшись, отвесила подруге комплимент.
В общем, к назначенному времени я уже полностью собралась. Проводила Катю, и, не дожидаясь звонка от шефа, вышла на улицу.
Машина, как оказалось, уже на месте. Водитель услужливо открыл мне дверь и помог сесть внутрь.
— Прелестно выглядишь, — поприветствовал начальник.
— Спасибо, Вы тоже.
И не соврала. Сидит весь такой элегантный, недосягаемый. И снова заметила запонки, на этот раз с камнями. Реально чувствую себя его сопровождением.
Обычно мы ездили куда-то не общаясь по пути. Были заняты работой — я в ноутбуке, он на телефоне и с бумагами. Сегодня же завязался непринужденный разговор. Руководитель оказался очень интересным собеседником. Рассказывал смешные случаи из жизни. Как в армии все добро подшучивали над его фамилией. Зло с таким громилой шутить стоит только в том случае, когда у тебя в кармане лежит оформленная скидка в стоматологический кабинет. Тем не менее, никакой личной информации начальник о себе не открыл.
Когда приехали, он сам помог мне выйти из машины. «Очень обходительный мужчина, везет же кому-то», — улыбнулась про себя.
Прием оказался очень шикарный. Прямо в зале стоят ледяные скульптуры. Красивая подсветка освещает стены и столы. Мимо проходят официанты с выпивкой и закусками. Фуршет. Из спиртного позволила себе только бокал шампанского с лежащей на дне клубникой. И то, намереваюсь потягивать его весь вечер.
Атмосфера непринужденная. Все смеются, улыбаются. Но публика мне не очень понравилась. Мужчины развязные, многие слишком тесно прижимают к себе сопровождающих их дам. Женщины очень ухоженные. Наверное, тратят на свою внешность немалые деньги. И все же выглядят чересчур ярко и накрашены вызывающе. Одеты со вкусом. Даже такому профану в мире моды, как я, видно, что шмотки жутко дорогие.
На меня косятся странными взглядами. Мужчины не слишком заинтересованы. А вот прекрасная половина зала недовольно осматривает с головы до ног. Кажется, даже пренебрежительно. Непринужденная для меня атмосфера в миг превратилась в давящую и неприятную.
Зато шеф словно находится на своем месте. Выглядит очень уверенно и, я бы даже сказала, беспечно. Как будто он привык к таким мероприятиям. А еще большая часть дам, с которыми он здоровался, пытались его как-то задеть. Или руку на плечо положить, или до груди дотронуться, или в щеку поцеловать. Мдааа, неприятно, однако… Я же рядом стою, как ни крути.
Не успела это подметить, как Эрнест резко развернулся, притянул за талию к себе, провел по лицу костяшками пальцев и дотронулся до подбородка. Меня опалило его жарким дыханием. А мужчина, как ни в чем не бывало, прошептал:
— Подыграй мне.
Его губы накрыли мои. Настолько это поведение ошарашило, что я бы, пожалуй, так и осталась стоять, как статуя. Если бы поцелуй не превратился в настоящий. Сначала настороженный, нежный, неспешный. Потом в требовательный, развязный.
Начальник прижимал к себе все сильнее.
— Эрнееест, здравствуй, — слащаво протянул приторный женский голос. — Какая неожиданность. Я думала, ты слишком занят бывать в подобных местах. Особенно в последнее время…
Шеф медленно отстранился, смотря на меня затуманенным взглядом. Развернувшись, ответил:
— Как видишь, Кристина, все, что мне нужно, я успеваю, — фу, уже начинаю ненавидеть это имя.
— Да, это я издалека подметила, — тут эта мадам переместила взгляд на меня и, сморщив свой прелестный носик, брезгливо хмыкнула. Вот змеюка!
Она осмотрела мою персону с ног до головы с презрительным выражением лица. Женщина, бесспорно красивая и ухоженная, мило надула губки. Глядя мне прямо в глаза, изрекла свой вердикт:
— Когда очень скоро наиграешься… — после театральной паузы перевела взгляд на моего спутника и закончила, — звони.
Обходя нашу пару, Кристина якобы случайно задела меня плечом. Спасибо, в драку не полезла на глазах у всех гостей!
Как только мы остались вдвоем и на нас перестали обращать внимание, я отстранилась от Эрнеста и оттолкнула его рукой.
— Вообще-то, мы так не договаривались! — прошипела в негодовании. — Я за Вас драться не собираюсь!
— Да уймись ты. Я тебя тоже как-нибудь выручу, — он смеется. Нет! Он совершенно нагло ржет!
— Мне даже интересно, в какую ситуацию нужно попасть, чтобы понадобилась подобная помощь!
— Маленькая ты еще знать, рано тебе.
— Знаете, что?!
— Тише ты. Вон он, — указал с улыбкой в голосе на элегантного мужчину в годах в окружении двух молодых людей.
Константин (как выяснилось!) облачен во все черное. Расковано себя ведет, смеется. Есть в его жестах что-то мальчишеское. Добродушное лицо, широкая улыбка.
Словно прочитав мои мысли, Эрнест пояснил:
— Не обольщайся. Под внешним видом этакого простака скрывается акула бизнеса.
— Вот, спасибо, за напутствие.
— Итак, представление начинается. Мой выход.
Подмигнув мне, начальник отстранился и направился в сторону беседующих мужчин.
Встретили его довольно радушно, крепкими рукопожатиями. А Константин его даже обнял и хлопнул по спине. Как это прозвучало тогда в ресторане., один знакомый, значит, да? Хм.
Довольно долго они разговаривали. Я уже устала сосредоточенно наблюдать со стороны.
— Как я погляжу, девушка скучает. Непорядок.
Повернулась на голос.
