Читаем без скачивания Разрушители - Дональд Гамильтон

- Тяжелый был переход. Надо бы утром проверить двигатель - напомните мне, - сказал я, отмечая время прибытия в судовом журнале, который завел в найденной на борту разлинованной тетрадке, поскольку стандартной книги не обнаружилось. - Разумеется, если вы намерены остаться на борту... Это еще что?

Оглянувшись, я увидел протянутый мне стакан, установленный на подносе, - все как полагается. Миссис Фанчер изобразила реверанс.

- Ваш вечерний мартини, капитан. Если бы вы не выбросили все мои вещи за борт, я обслужила бы вас более изысканно.

- Возможно, именно этого я и боялся. Она отставила поднос и присела рядом со мной, глядя, как я пробую напиток и одобрительно киваю.

- Странный вы человек, - промолвила она. - Удивительно, как вы живы до сих пор в своем диком мире. Кстати, откуда уверенность, что я ничего не добавила в стакан?

- А также в бутерброды с сыром или кофе? - Я улыбнулся. - Не забывайте, я удостоверился, что вы не пронесли на борт ничего безвкусного, бесцветного и смертельного. В рундуке с красками имеются кое-какие яды - я использовал их против тараканов - но, во-первых, у вас не было времени ознакомиться со всеми наклейками, а во-вторых, вряд ли вам удалось бы отыскать что-либо такое, что я не успею почувствовать, прежде чем оно меня прикончит. К тому же, в настоящее время я исхожу из предположения, что верна моя третья догадка,и вы не задумали убийства.

- Раньше бы вам до этого додуматься, - хмуро заметила она. - У меня в багаже и правда не было ни яда, ни взрывчатки. Всего лишь красивая, дорогая одежда и духи, способные одурманить любого мужчину. Хотя, с другой стороны, - какая разница? На вас они все равно не произвели бы ни малейшего впечатления...

Я улыбнулся.

- Но вы не сдаетесь, правда? Моете мне посуду, услужливо подаете мартини, называете меня странным человеком... Пытаетесь ублажить меня лестью. Все мужчины любят, когда их обслуживают и любому мужчине приятно услышать, что он странный - слово не менее популярное, чем "опасный". О чем вы прекрасно знаете. Так вы намерены остаться на яхте и поработать надо мной еще какое-то время?

- До тех пор, пока вам не надоест наблюдать, как мои бесстыдные попытки глупо разбиваются о неприступную стену вашей целостности. - Она поднялась и прошла к двери правого борта, ближайшей к причалу. Дверь была открыта, и она остановилась, глядя наружу и глубоко вдыхая ночной воздух. - Тучи расходятся, похоже, будет прекрасная ночь. - И, помолчав, продолжала: - Трумэн считал здешний ресторан одним из лучших на побережье, он утверждал, что они сказочно готовят уток, да и рыба у них превосходная. Могу я отплатить за ваше гостеприимство приглашением на обед, мистер Хелм?

- Вы все-таки отыскали ключ к моему сердцу, миссис Фанчер. Обожаю уток. А потому с превеликим удовольствием принимаю ваше предложение. Между прочим, позвольте обратить ваше внимание на одну вещь.

- Да?

- Никоим образом не оспаривая ваших профессиональных навыков, позволю себе заметить, что человек моей профессии никогда бы не остановился так, как вы - на фоне яркого света.

- Не представляю, у кого может возникнуть желание в меня стрелять. Разве что у вас, если вы почувствуете, что вашей чистоте угрожает мое неотразимое очарование или утка, поданная на обед.

Она повернулась и посмотрела на меня.

- Вы сообразительный человек, мистер Хелм.

- И еще странный, не забудьте добавить - странный.

- Вы не ошиблись. Я явилась на яхту, чтобы вас соблазнить. Роджер явно впустую тратит деньги на своих грозных профессионалов.

Мне припомнилось упоминание Лори о скользком типе, именуемом Роджер Хассим, который стал причиной ссоры между ее мачехой и отцом - Трумэну Фанчеру даже пришлось воспользоваться услугами частного детектива, чтобы доказать наличие между ними любовной связи. Однако момент представлялся не самым подходящим для выяснения подробностей.

Дороти Фанчер тем временем продолжала:

- Кто бы мог подумать, что уничтожить эту посудину окажется так трудно. Тем не менее, их девчонка дважды провалила задание - видимо, она лучше умела расправляться с людьми, чем с судами. Потом появился ты, и она умерла. Умер и один из ее коллег, а вместе с ним двое наших, которые отправились на этом дурацком катере. Четыре покойника, а если считать жертвы блондинки, - то шесть, и все безрезультатно! История начинала походить на плохую шутку. Пора было испробовать другой способ, мой способ. Я намеревалась вскружить вам голову, превратить в беспомощного раба...

Она замолчала. Странная, темная полоска внезапно появилась у нее на виске, прямо под шикарным тюрбаном черных волос. В то же мгновение снаружи донесся негромкий хлопок оружия с глушителем. Я вскочил на ноги, выбираясь из-за углового столика, и видя, как Дороти Фанчер беспомощно оседает на короткие ступени, ведущие на палубу.

Глава 14

Чтобы выбраться из рубки, мне пришлось переступить через ее тело. Что я и сделал, не теряя времени на выяснение того, насколько она пострадала - если мертва, ей уже не помочь, а если отделалась несмертельной раной в голову, то нуждается в помощи нейрохирурга или перевязке, в зависимости от тяжести раны. И то, и другое может подождать несколько минут. Ухватившись за сваи, я взобрался на дощатый настил в паре футов над уровнем палубы, в глубине души надеясь, что людей, которые стреляли в Дороти Фанчер, не заинтересует мишень, именуемая Мэттью Хелм. Выстрелов не последовало.

Скеферс не похож на обычные гавани с выступающими пирсами и эллингами для судов, здесь попросту пришвартовываешься к чрезвычайно длинному причалу, протянувшемуся с одной стороны канала параллельно берегу. Он слегка отступает от берега, чтобы обеспечить глубину, достаточную даже для самых больших яхт. С землей и располагающимися там административным зданием, рестораном и душевыми причал соединен несколькими короткими мостиками или переходами. Две яхты были причалены впереди нас и с полдюжины всевозможных судов, парусных и моторных, располагалось за кормой, включая трехэтажный плавучий дворец более шестидесяти футов в длину.

Пристань была хорошо освещена, и я без труда раз глядел фигуру, бегущую в сторону ближайшего мостика, перекинутого на берег - правда, парень отчаянно хромал и потому передвигался не слишком резво. Яркие огни превращали его в идеальную мишень. Я сжимал в руке свой короткоствольный револьвер, но для этого оружия расстояние было слишком велико. К тому же я понадеялся, что смогу настичь инвалида, не перебудив стрельбой всех соседей, и припустил вслед за ним.

Как выяснилось, он передвигался даже медленнее, чем мне показалось, и разделяющее нас расстояние быстро сокращалось. Мы миновали переход и выбежали на освещенную стоянку. К этому времени я уже успел разглядеть, что при всей своей неуклюжести ковыляющая впереди фигура принадлежит явно не мужчине. Женщина оглянулась, и я увидел, что лицо ее скрывает нечто напоминающее странную белую маску. Она по-прежнему не выпускала оружия, которым расправилась с миссис Фанчер. Это был автоматический пистолет, по всей вероятности, двадцать второго калибра, ствол которого казался непропорционально длинным из-за одетого на него глушителя. Однако она даже не попыталась использовать оружие против меня, напротив, заслышав мое приближение, просто остановилась на открытом месте, подняла руки и позволила мне приблизиться и забрать у нее пистолет.

- Повернитесь, - сказал я.

Она повиновалась. При ближайшем рассмотрении белая повязка оказалась пластырем, вернее, двумя кусками пластыря, достаточно симметрично прилепленными на обе щеки. Передо мной стояла довольно высокая молодая женщина с худощавой, почти мальчишеской фигурой и короткими светлыми волосами, потенциально привлекательная, но, судя по ее виду, недавно побывавшая в серьезной переделке. Собственно говоря, женщину, пострадавшую настолько, последний раз мне довелось видеть несколько лет назад, когда моя невестка чудом уцелела при взрыве бомбы, убившей моего старшего сына. На правой ноге эта девушка носила обычную мягкую коричневую туфлю, левая же была перевязана и упакована в нечто, напоминающее мужской шлепанец. Бинт покрывал и два последних пальца ее левой руки, дополнительно зафиксированные шиной. Плюс упомянутый пластырь на лице... Ну и глупец же я. Мог бы и сразу сообразить.

- Наконец-то мы познакомились, мисс Кронквист, - сказал я.

Девушка тяжело дышала после долгого бега. На ней были джинсы и темно-голубой свитер с высоким воротником, - вполне подходящий костюм для ночной операции. Какое-то время она молчала, восстанавливая дыхание. После чего произнесла:

- Посмотрите на меня хорошенько, мистер Хелм! Вот, что они сделали со мной за то, что я пыталась вас защитить!

- Что вы здесь делаете, мисс Кронквист? - спросил я.

Девушка глубоко вздохнула, постепенно успокаиваясь.