В какой-то момент, краем сознания он внезапно заметил плачущую Лесю и что-то внутри будто оборвалось. Накал злости разом потерял остроту, вмиг покинув красную зону всепоглощающей ярости. Упавший на колени противник, размазав по лицу струящуюся из разбитого носа кровь, быстро вскинул руки в жесте примирения. Алекс занёс было ногу для финального удара по рёбрам, но передумал, лишь брезгливо поморщившись: «Исчезни!».
И вот сейчас, держа в объятиях тихонько всхлипывающую Лесю, он почувствовал, как злость возвращается. Злость на того пьяного урода, незаметно обернулась злостью на самого себя. Да уж, герой, напугал девушку своим напором и не доглядел, когда она спустилась сюда совсем одна…
Её нежные пальчики нечаянно коснулись его шеи и кожу будто обожгло. Мысли разом свернули в новом направлении. Это направление горело красным знаком «Стоп», но проснувшееся в крови возбуждение было уже не остановить. Алекс искренне ещё пытался сопротивляться соблазну сладких девичьих губ, беззащитно приоткрытых в опасной близости от его лица. Он тяжело сглотнул и напомнил себе, что девушка принадлежит другому — перспектив нет, но, спустившийся ниже взгляд уже зацепился за маленькую ложбинку между полукружий спелой груди. Мужчина больно прикусил губу, пытаясь сдержать возбуждение, которое властно требовало своё, разрастаясь внизу живота с ураганной мощью.
Алекс попытался отстраниться от прижимающейся к нему девушки, но она возмущенно хрюкнула и лишь крепче притянула его к себе, невесомо мазнув губами по шее. Алекс не сдержал тяжелый стон, из последних сил держа себя в руках.
— Ты не замерзла? Может, пойдем наверх? — Вопрос дался тяжело, но Вишневский всё ещё пытался держать себя в рамках.
— Останемся тут…
Её пальцы легко зарылись в волосы Алекса, и нежное дыхание опалило его губы.
— Прости! — Только и смог прошептать он, окончательно теряя голову…
В нахлынувшее следом безумие они рухнули оба, вместе и без остатка. Им было мало, мало доходящих до исступления поцелуев. Мало увлекательного исследованиями тел друг друга, которым занимались их горячие пальцы. Мало протяжных стонов и вскриков наслаждения, которыми разговаривали их тела, свиваясь в жарком стремлении познать друг друга…
Лишь ощутив, как шёлковые трусики небрежно зацепились за ремешок туфли, да так и повисли на щиколотке, Леся внезапно пришла в себя. Охнув, она остро ощутила, как горят распухшие от поцелуев губы и попыталась оттолкнуть Алекса. Он не поддался. Всё ещё одержимый любовной лихорадкой, попытался вернуть себе её поцелуи, не убирая рук из под её юбки…
— Нет! Мы не может!
Леся мотнула головой, уворачиваясь от плена губ Алекса. И в этот момент её резко дернули вверх, выхватывая из объятий Вишневского. А в следующий миг, не самый крупный мужской кулак настиг скулу Алекса.
— Отвали от моей жены!
Несмотря на внешнюю субтильность, поджарое тело Ника легко выдерживало нагрузки многочасовых тренировок в танцевальном зале. Так что размашистый удар его кулака заставил скулу Вишневского мгновенно покраснеть, а самого владельца оной на пару секунд потерять ориентацию. Пока Алекс тряс головой, пытаясь принять вертикальное положение, «спаситель» стремительно оттащил Лесю к краю борта.
— Постой здесь! Я урою козла и мы вызовем полицию!
— Нет! — Ухватилась она за его руку. — Ничего не надо! Он не виноват! Я сама!
— Что сама? — Растерялся Ник, с сомнением оглядываясь на покачивающегося Вишневского. — Этот придурок приставал к тебе. Я видел.
— Я сама хотела! Сама его поцеловала! Понимаешь? Он ни в чём не виноват.
Ник внимательно слушал, но сомнение не покинуло его взгляд.
— Булочка, ты серьёзно обжималась с этим обдолбанным пижоном?! Риили?!
— Так получилось. — Леся зябко поёжилась. Возбуждение покинуло её, оставив после себя холодный след разочарования. — Я не хочу это обсуждать…
Алекс дернулся к ней, но девушка резко отстранилась, сохраняя расстояние между ними.
— Это была ошибка! Я не хотела… Прости. — Обернувшись к Нику, облокотилась на его руку. — Давай поедем домой. Я устала…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Глава 12
Алекс бездумно двигался через заметно поредевшее скопление гостей на открытой палубе. Случившееся внизу никак не покидало мысли, заставляя снова и снова прокручивать неловкую ситуацию. Неловкую ли? Нет, ему не показалось, объятия, поцелуи, слишком откровенные прикосновения — это безумие было взаимным. Они зашли очень далеко и едва не зашли ещё дальше… Да, Алекс увлекся. Вспыхнул и едва не сгорел во внезапно накрывшем его помешательстве. И, самое дикое, что вопреки всем, данным себе, обещаниям и запретам, он готов был повторить это снова. Алекс отдавал себе отчет, что это мерзко и аморально, но при одном воспоминании о коже Алисы под его пальцами, Вишневского скручивало в тугой узел и хотелось кричать от невыносимого желания вернуть всё назад. Вернуться в эти мгновения, до конца распробовать её губы, снова окунуться в запах её волос, сдохнуть от восторга утопая в глубине синих глаз, погрузиться, раствориться в жарком естестве этой женщины.
— Простите! — Неловко наткнувшись на женскую спину, он с легким удивлением, обнаружил, что перед ним вездесущая Сонечка.
— Ах, Александр Дмитриевич, вы здесь?! А я искала… То есть, не знала, что вы будете на празднике! — Темные глаза Сонечки горели возбуждением, а нарядное платье в яркий цветочек ладно обтягивало плотную фигуру. Скорее всего, почти пустой бокал с шампанским, был не первым за этот вечер и обычный энтузиазм девушки уже перешёл в стадию «гори всё синим пламенем». Для храбрости сделав новый глоток, Соня отважно ухватилась за локоть Вишневского. — Слышите, какая песня классная?! Селин Дион! Моя любимая! Идемте потанцуем!
Слегка опешив от такого напора, Алекс неуверенно потянул на себя захваченный локоть, но из цепкого захвата крепких рук Сонечки так просто было не освободиться. Тяжело вздохнув, Алекс снова взглянул в её лицо, полное невысказанной надежды и обречённо кивнул.
— Ладно, пойдем.
Аккуратно покачиваясь в такт плавной мелодии и стараясь избегать прикосновений выдающегося бюста партнёрши к его груди, Алекс почти не вслушивался в бесконечный поток болтовни девушки. Изредка бросая безразличные «угу» и «хм». Он любовался ночной подсветкой Дворцового моста и его сверкающими отражениями на воде.
— Так вы расстались со своей девушкой?
Пораженный бестактностью вопроса, Алекс оторвался от созерцания пейзажа,
— Что, прости?!
— Ваша бывшая девушка. Эта белобрысая. Она уже давно не появлялась в нашем офисе и на этом празднике вы без неё. — Трындела пьяная толстушка, нисколько не смущаясь. — И правильно сделали, что бросили её! Она вам совсем не подходит!
— Серьезно?! — Алекс все не мог прийти в себя от таких откровений. — И почему не подходит, можно узнать?
— Ну, во-первых, вы — лев, а она — рыба. Вообще не сочетающиеся знаки! — Авторитетно заявила Сонечка. — А во-вторых, она же тощая, как селёдка! Ни попы, ни груди… Тьфу! Смотреть не на что! Как она будет рожать вам детей, такая дохлая?!
— Эммм… — Не нашёлся с ответом Вишневский.
— Именно! — Закусила удила девушка, приняв его растерянность за согласие. — Вы, такой красивый, потрясающий мужчина… Вам нужна совсем другая, более подходящая девушка!
— Правда? — Усмехнулся мужчина, уже сообразив к чему она клонит. — И какая же?
Ситуацию спас звонок мобильного. Алекс торопливо вытащил телефон из кармана,
— Прости, надо ответить. Поболтаем как-нибудь потом, ладно?
Мнение Сонечки на этот счет, интересовало Алекса не больше, чем прошлогодний снег, и когда девушка собралась с мыслями для ответа, мужчина уже отошел к прозрачному ограждению палубы, прижав мобильный к уху.
Вишневский рад был услышать нежный голос Николь, на вопрос дома ли он, ответив уклончивым «Почти».
Алекс действительно собирался свалить с вечеринки, которая на глазах превращалась в унылое зрелище. Он мог бы поспорить, что большинство из присутствующих на следующее утро с трудом вспомнят происходящее сейчас. А может, им и не стоит вспоминать…
