Пока заваривали чай, Егор узнал, что завод не остановили, продолжают намеченную выплавку металла, хоть и без огонька. «Но мы тебя рабочей силой обеспечим, не сомневайся!» — Поддержал начинание Егора Расул: «Нам без твоей химии тоже никак. Вот местных с Пристани с завода к тебе направим!»
На вопрос Егора, что с паровиком для него, Расул успокоил: «Да зачем тебе этот паровик? Мы тебе ДВС под газ переделаем, привезем и установим, там и для сахара хватит и ещё мощность останется. Ты же пока только на сахар замахнулся?» «Сначала сахар, да», — согласился химик: «но это сначала, буду задел на весну делать, чтоб потом как ошпаренный не бегать. То надо, это, так что мне рабочих чем больше, тем лучше. А для сахара — к уже работающей печи для выжигания извести пока пристроимся, так что оборудование давайте как можно скорей делайте и везите!»
Расул, довольный что и Егор над ними эксперименты ставить не будет, и так необходимые зачатки химпрома начинают вырисовываться — клятвенно пообещал для проекта Егора выделить всё нужное: «Это ты верно решил сейчас начать, упустили мы этот момент. Я, Егор, если честно — до сих пор не могу поверить что нам это поднимать надо. И сомнения берут, справимся ли. За одно дело хватаешься, сразу ещё несколько вылазят, пока в деревне сидим, вроде легко всё кажется. А масштабы представишь и не по себе. Из деревенского завгара в заводчики…»
Егор подбодрил, чтоб не прибеднялся и меньше думал — больше делал: «Предки же как-то справились и мы должны вытянуть. Заводские мастера у тебя, которые стажируются, грамотные есть, Расул?» Тот развел плечами: «Они по железу, Егор, толку не будет тебе с них. Да и бестолковые пока, твоя же Ксения их только учить начала, мало того, что неграмотные, так ещё и сантиметры с верстами путают. А забирай Митеньку, если надо!» — Решился отдать ценного специалиста Расул на радостях.
Егор от души посмеялся от неприкрытого желания сплавить его из деревни, от Митеньки пока отказался. С условием, что как понадобиться — заберет к себе. «Ты там как жить то собрался?» — Внезапно озаботился Расул: «Ксения то не против будет?» Про Ксюху Егор как раз запамятовал, сидел сейчас со стаканом горячего чая в руках и ерзал в старом автомобильном кресле, представляя предстоящее объяснение с женой в деталях…
«Да нет!» — Посомневавшись про себя, решил Егор: «Ксюша у меня молодец, считай — мечта её сбываться начнет, из деревни выбраться. Пока я правда только выберусь, и не совсем в город. Хоть не на край света, до Известкового километров восемнадцать, не буду же там постоянно жить…» С Расулом Егор просидел до темноты, согласовывая все детали, после него зашел в тот угол гаража, который отвели под винокурню и сахар.
С удовлетворением отметил, что без его присмотра — всё работало как часы: «И дальше так же всё ставить, чтоб не стоять над душой!» Федус с ролью начальника справлялся отлично, сам при этом не особо утруждаясь. Зайдя в свое хозяйство, в которое он вложил столько сил и нервов, Егор обнаружил Федуса, накрывающего стол для рабочих.
— Здорова, Егор! — Обрадовался ему Федус. — Заходи, у нас сейчас ужин, потом часа два поработаем и по домам, только ночная смена останется, самогон гнать.
— Это я удачно зашел! — Егор потер руки и сглотнул слюну, глядя на кастрюлю с отваренной в мундире картошкой и почти тазиком квашенной капусты. На доске горкой лежало тонко нарезанное сало и даже бутыль с конопляным маслом не испортила аппетит. — Жрать охота, больше чем курить!
Поев с мужиками, Егор вытащил покурить Федуса на улицу, где стал агитировать его на командировку с собой в Известковое. Федус обрадовался:
— Да я только за! Сам видишь, картошку варю, баландером со скуки подрабатываю, ну иной раз помогу где. Васька пообвыкся, мужики сами знают, кому что делать. Конечно поеду!
Егор, видя что всё идет слишком гладко — стал ожидать подвоха, ещё за сегодня надо было с Захаром переговорить и брата в курс поставить. Мысли о предстоящем разговоре с женой он старательно отгонял. На удивление — Председатель никаких препон чинить не стал и с жаром поддержал начинание, дав зеленый свет: «Не забивай себе голову мелочами, всё организуем, ты только начни!»
Серёга, недавно вернувшийся от староверов — выслушал брата, подумал:
— Ты же не завтра едешь? Одного не отпущу, пару человек наших казаков обязательно с тобой поедут и не знаю, с поселения несколько снимем и с города пусть Пантелей выделит человек пять. Решим короче. Ты только клювом не щелкай, пожалуйста! Башкой крути почаще по сторонам! Иди, Ксюха то в курсе твоего переезда?
— В курсе, в курсе… — Буркнул Егор и не спеша побрел домой, пиная по дороге комья смерзшегося снега, прикидывая, как всё преподнести драгоценной жене своей.
«А на Михалыча сопру! Сказал — надо и пришлось собираться!» — вдруг осенило и сразу прибавил шаг. Дома его встретили веселые дети и развеселившаяся с его приходом Ксюха. «Прям не к добру такая весёлая…», — заподозрил Егор: «где-то я опять прокололся и выплыло, видно что аж не терпится ей чем-то поделиться…»
— Егор, Егор! — Прыгали возле него девчонки, еле дождавшись, пока он разденется и потащили на кухню. — Смотри быстрей! Гугл жену привёл!
Первое, что увидел Егор — самодовольную морду кота, смотревшего на него с пренебрежением и гордостью за себя, как бы говоря хозяину: «Здорова, лошара!» У миски сидела и умывалась чрезвычайно пушистая и довольная вниманием небольшая аккуратная трёхцветная кошечка. Ксюша не выдержала и рассмеялась: «Настоящий мужик, нашел себе три в одном — и рыженькую. и беленькую, и черненькую! Ахахах» Егор рассмеялся вместе с ней: «Это читтерство! Я тебя тоже так покрасить могу! Слева свое оставить, справа в черный, а макушку хной!»
Глава 13
Деревня Попадалово январь 1797 г.— Егор! — Ксюша в возмущении стукнула ножом, которым намазывала масло на бутерброды по чашке. — Не перекармливая детей с утра вареньем! Они потом в школе плохо едят!
Егор с сомнением покосился на ломти хлеба, увенчанные айсбергами масла, на просительные рожицы детей и не стал спорить, убрал банку и подмигнул Рустику, показав глазами — куда он её убрал. Тот заговорщически улыбнулся: «Понял!» Ксения с подозрением оглядела ерзающих детей и Егора, не нашла ничего предосудительного и продолжила оделять собравшихся за завтраком самодельными тостами, которые с двух сторон обжарила прямо на плите печки.
— Сегодня ты не уезжаешь, как я поняла? — Недолго думая, всучила Егору самый здоровый бутерброд.
— Да пизде… — начал Егор и осекся. — Волокитят, то одно не собрали, то золотуха…
— Так! Дети, что мы делаем с теми, кто ругается, особенно за столом!? — Ксения Борисовна как вошла в образ учительницы, так в нем и пребывала.
— Моем рот с мылом! — Хором послушно ответили дети, с любопытством, смешанным с восхищением уставившись на Егора с Ксюшей. А вдруг и впрямь вымоет? Ксения Борисовна такая, у неё даже взрослые мастера с завода не ругаются!
— В гараж пойдешь сегодня? А, неважно, сходишь обязательно! — Продолжала Ксения командовать. — Там у Расула умелец какой-то завелся, раньше он для рыболовов фигню всякую делал, а сейчас украшения!
— Это Газген младший, — уверенно заявил Егор. — и не фигню, а мормышки и блесны он делал, причем загляденье! У него их на авито влет разбирали, я ему, кстати, подсказал это! И помог! Ну зарегистрироваться, короче по своей, айтишной части.
— Давно у нас поставить винду пиратскую айти считаться стало? — Подколола Ксюша. — Пойдешь к Газгену и не знаю как, но чтоб принес три пары сережек нашим девчонкам! Уже пол-школы с этими серьгами ходят, а наши как сироты!
«Сиротки», воевавшие с бутербродами — накуксились и перестали жевать, просительно уставившись на Егора. «Да схожу я, схожу! Будут вам мормышки в уши!» — Успокоил их Егор, а Ксения добавила: «Но сережки получат только те девочки, которые хорошо кушают!» За столом раздалось показательно-демонстративное чавканье…
