Читаем без скачивания Петля для сыщика - Алексей Макеев

Просто я не хочу, чтобы Егор слышал, как я с вами разговариваю. Бедный мальчик, он в таком шоке…

— Может, мы с вами лучше встретимся где-нибудь и поговорим спокойно? У меня есть к вам некоторые вопросы.

— Встретиться? Хорошо. Давайте в два часа дня возле ворот Ваганьковского кладбища. Мне нужно туда проехать, чтобы узнать насчет места для могилки Игорю.

— Хорошо, я обязательно подъеду.

Лев Иванович набрал сотовый номер Артема Тихонова. Набрал его так, на всякий случай, не надеясь, что кто-то ему ответит. Но, к удивлению Гурова, ему ответили. Однако не Артем Сергеевич, как он ожидал, а какая-то девчушка.

— Здравствуйте, представьтесь и скажите, по какому делу вы звоните, я передам Артему Сергеевичу, когда он вернется, и он вам перезвонит, — сказал в ухо Гурову приятный девичий голосок.

— Полковник Лев Иванович Гуров из уголовного розыска, — ответил Лев Иванович, слегка опешив от такой неожиданности. — А кто со мной говорит и где мне найти Артема Тихонова?

— Это его сестра Анюта с вами говорит, — ответила девочка. — А Артем сейчас на работе. Он телефон нечаянно дома забыл. Он такой рассеянный в последнее время стал, — посетовала девчушка.

— А где он работает, ты знаешь?

— Конечно, знаю, — удивленно ответила Анюта. — Я ведь его сестра. Он работает в храме Архангела Михаила в Хамовниках. Он там проходит службу после семинарии, а потом его переведут в другой храм, когда он станет настоящим батюшкой, — гордо сообщила девочка.

— А, так твой брат православный священник? — немного удивился Гуров.

— Ах, какой вы непонятливый, — вздохнула Анюта и терпеливо объяснила: — Он еще не настоящий священник. Он только еще помогает в служении. Так что ему передать? Вы уж меня извините, но у меня урок сейчас начнется. Я ведь в школе.

— Так ты в школу телефон брата взяла? — улыбнулся Гуров.

— А что тут такого? Я уже не первый раз так делаю. Если телефон дома оставить, то кто же тогда ответит, если Марина позвонит? Все взрослые на работе.

— М-да, весьма предусмотрительно, — согласился Гуров и добавил: — Тогда скажи своему брату, чтобы он мне обязательно перезвонил по этому номеру. Скажи ему, что я как раз насчет Марины ему и звонил.

— Правда? Вы ее нашли? — недоверчиво и обрадованно спросила Анюта.

— А вот пусть он мне позвонит, и я все ему расскажу.

— Хорошо, он обязательно позвонит, — пообещала девочка. — Ой, все, звонок на урок, и я побежала.

Анюта отключила связь, а Лев Иванович стал обдумывать услышанную информацию.

Получалось, что дочь Мартынова собиралась выходить замуж за… Кто там выпускается из семинарии — диаконы или, может, кто-то другой?..

Лев Иванович не стал углубляться в неведомые ему дебри православия и решил, что сам все потом узнает от Тихонова. Теперь же ему нужно было позвонить Анастасии Георгиевне Нарышкиной. Женщина ответила после третьего гудка.

— Ага, а я как раз подумала о вас, — вместо приветствия заявила она. — Что ж, это хороший знак.

— Доброго утра, Анастасия Георгиевна, — ответил полковник. — Раз вы обо мне подумали, значит, ваш зять с вами уже связался и позволил рассказать мне все семейные секреты.

— Хм, связался. Можно назвать это и так. Он прислал мне эсэмэс-сообщение и, да, разрешил с вами встретиться.

— Когда вам будет удобно и где? — не разводя политесов, прямо спросил Лев Иванович.

— По некоторым причинам, от меня не зависящим, встретиться можно только у меня дома, а вот когда — решать вам. Мне, в отличие от вас, торопиться некуда, да и не на чем, — ответила Анастасия Георгиевна.

— Тогда, если позволите, я подъеду прямо сейчас.

13

Гурова слегка озадачил ответ Нарышкиной насчет «не на чем», но все объяснилось, когда он приехал к ней в дом. А жила Анастасия Георгиевна не в квартире, а в доме. А вернее, в коттедже, в поселке «Лосиный Остров-2» в Щелковском районе. Поселок был охраняемым, но Гуров показал охране удостоверение и был пропущен без лишних расспросов.

Дверь Льву Ивановичу открыла средних лет женщина с азиатской внешностью, судя по униформе с белым фартуком и строгому взгляду — горничная.

— Проходите, разувайтесь, — на русском языке, но с сильным акцентом скомандовала она, оглядев Льва Ивановича с ног до головы. — Я вас провожу.

«Как будто в начало двадцатого века попал, — невольно подумал Гуров. — Ох уж мне эти дворянские замашки! В нашем-то двадцать первом веке могли бы себя поскромнее вести. Почему бы самой меня не встретить?»

На свой вопрос он получил ответ, когда горничная провела его в большую светлую комнату с окном чуть не во всю стену и дверью, ведущей на просторную веранду. Возле окна стоял небольшой столик, а рядом с ним в инвалидном кресле сидела пожилая женщина. Ноги ее были накрыты голубым пледом, а на плечи накинута вязаная кружевная голубая шаль с кистями.

— Вы уж простите, что не сама вас встретила, — извинилась хозяйка и, указав на стул рядом со столиком, пригласила: — Садитесь, полковник. Хотите чаю? Кофе в моем доме нет, но чай из Китая и очень хорош.

— Давайте чай, — согласился Лев Иванович и признался: — С самого утра сегодня пью и никак напиться не могу.

— Это вы вчера что-то съели, — с улыбкой заметила Нарышкина. — В нашем возрасте нужно внимательно следить за рационом. Ну ничего, мой чай вам обязательно поможет утолить жажду. Сима, — обратилась она к горничной, — принеси нам чай, пожалуйста.

— У вас симпатично, — Гуров оглядел комнату и нашел нужным оценить вкус хозяйки.

Гостиная была отделана в восточном стиле, и Льву Ивановичу очень понравилась.

— Мой муж был политическим обозревателем при диппредставительстве и много путешествовал. В основном по восточным странам. Много лет мы с ним прожили в Китае. Чай из этой замечательной страны мне прислали наши друзья, — объяснила Анастасия Георгиевна. — Си Мэй — моя помощница — племянница одного из наших друзей из Китая. Я зову ее просто Сима. Очень хорошая женщина.

Нарышкина замолчала и вопросительно, с легкой и вежливой улыбкой, посмотрела на Гурова, как бы приглашая его начать деловую часть их беседы.

— Анастасия Георгиевна, расскажите о вашей племяннице и при каких обстоятельствах она пропала.

— Для начала я расскажу вам об особенности характера Мариночки. Это необходимо, чтобы вы поняли, что могло способствовать ее исчезновению. Дело в том, что Маринина мама, а моя сестра, была больна шизофренией. Что послужило толчком к болезни — никто до сих пор не знает. У врачей, с которыми мы консультировались на этот счет, нет однозначного мнения. Скажу только, что Катя, так звали мою сестру, была с детства очень… очень странной, нервной и чувствительной особой. Но наша мама любила ее больше всех остальных детей и баловала ее, — улыбнулась воспоминаниям Нарышкина и замолчала.

В комнату вошла Сима и вкатила небольшую