Вот что такое ваша жизнь. Вы постоянно меняете «другого», думая, что, может быть, эта женщина, этот мужчина принесут вам тот рай, которого вы всегда жаждали. Но каждый приносит только ад — без исключения! Никого не нужно за это осуждать, потому что другие делают точно то же самое, что и ты сам: несут нереальное «я», из которого ничего не растет. Оно не может расцвести. Оно пусто — украшено снаружи, но внутри пусто и поло.
Таким образом, когда вы видите кого-то издалека, он или она кажутся привлекательными. Когда вы подходите ближе, привлекательность снижается. Когда вы встречаетесь, это уже не встреча, а столкновение. И внезапно ты видишь, что другой человек пуст, и чувствуешь себя обманутым, одураченным, потому что другой не имеет ничего из того, что было обещано. И в точно такой же ситуации оказывается другой относительно тебя. Все обещания оказываются неисполненными, и вы становитесь друг для друга бременем, страданием, грустью; действуете друг на друга разрушительно. Вы расстаетесь. На короткое время это приносит облегчение, но ваша внутренняя нереальность не может оставить вас в этом состоянии надолго; вскоре вы пуститесь на поиски другой женщины, другого мужчины и попадетесь в ту же самую ловушку. У них разные только лица; внутренняя реальность остается прежней — пустой.
Если ты действительно хочешь избавиться от страдания и перестать быть несчастным, тебе придется понять — у тебя нет никакого «я». Тогда это будет не кратковременное облегчение, но облегчение огромное. А если у тебя нет никакого «я», исчезает потребность в другом. Потребностью нереального «я» было получать энергетическое питание от другого. Теперь тебе не нужен другой.
И слушай внимательно: когда тебе не нужен другой, ты можешь любить, и эта любовь не принесет страдания. Выйдя за пределы потребностей, требований, желаний, любовь становится способом очень мягко делиться, становится великим пониманием. Когда ты понял себя, в тот же самый день ты понял все человечество. Тогда никто не может сделать тебя несчастным. Ты знаешь, что эти люди страдают от нереальных «я» и перекладывают собственное страдание на каждого, кто окажется поблизости.
Любовь сделает тебя способным помочь человеку, которого ты любишь, избавиться от «я».
Я знаю только один подарок; любовь может подарить вам только одно — осознание, что «тебя» нет, что твое «я» было только плодом воображения. Это осознание, происходящее с двумя людьми, внезапно делает их одним целым, потому что два «ничто» не могут оставаться двумя. Два «нечто» остаются двумя; но два «ничто» не могут быть двумя. Два «ничто» начинают сливаться и сплавляться. Они неизбежно становятся одним.
Например, если мы все здесь сидим, и у каждого есть эго, тогда здесь много людей; их можно сосчитать. Но бывают моменты, когда царит полная тишина; тогда нельзя сосчитать, сколько здесь людей. Есть лишь одно сознание, одно молчание, одно ничто, одно отсутствие «я». И только в таком состоянии двое людей могут жить в вечной радости. Только в таком состоянии любая группа может жить в безмерной красоте; все человечество может жить в великом благословении.
Но попытайся увидеть «я», и ты его не найдешь. И то, что ты его не найдешь, исполнено большой важности. Я много раз рассказывал историю о Бодхидхарме и его встрече с китайским императором By — очень странной встрече, очень плодотворной. Император By был в то время, может быть, величайшим императором мира; он правил всем Китаем, Монголией, Кореей и всей остальной Азией, кроме Индии. Он стал приверженцем учений Гаутамы Будды, но люди, приносившие послание Будды, были книжными учеными. Никто из них не был мистиком. И вот пришло известие, что в Китай собирается Бодхидхарма, и вся страна с нетерпением ждала его появления. Император By находился под влиянием Гаутамы Будды, а это значило, что под влиянием того же учения находилась вся его империя. Теперь должен был прийти настоящий мистик, будда. Это была такая огромная радость!
Император By никогда раньше не выходил на границу Китая с Индией, чтобы кого-либо встретить. С огромным уважением он приветствовал Бодхидхарму и сказал ему:
— Я спрашивал всех монахов, которые приходили раньше, но никто не мог мне помочь; я испробовал все. Как мне избавиться от этого «я»?, потому что Будда говорит, что пока человек не станет «не-я», страдание не может прекратиться.
Он спрашивал искренне. Бодхидхарма посмотрел ему в глаза и сказал:
— Я остановлюсь на берегу реки, в храме у горы. Приходи завтра, ровно в четыре часа утра, и я покончу с этим «я» навсегда. Но помни, ты не должен приносить с собой никакого оружия, не приводи с собой никакой охраны; ты должен прийти один.
By был немного обеспокоен — этот человек такой странный! «Как он сможет так просто разрушить мое «я»? Книжные ученые говорили, что для этого требуются многие жизни медитации; лишь тогда «я» исчезает. Этот человек — какой-то чудак! И к тому же он хочет встретиться со мной в темноте, рано утром, в четыре часа, и притом хочет, чтобы я был один, даже без меча, без охраны, без всякого спутника? Этот человек кажется странным — он способен на все. И что он подразумевает под тем, чтобы покончить с «я» навсегда? Он может убить меня, но как он убьет это «я»?»
Всю ночь император By не мог уснуть. Он снова и снова передумывал — идти или не ходить? Но что-то было у Бодхидхармы в глазах, что-то было в его голосе, была какая-то авторитетная аура, когда он сказал: «Просто приди ровно в четыре, и я покончу с этим «я» навсегда! Тебе не нужно будет об этом беспокоиться». Сказанное им казалось абсурдным, но то, как он это сказал, то, как он выглядел, было так авторитетно: он знает, что говорит. В конце концов, By решил пойти. Он решил рискнуть: «Самое большее, он может меня убить — что же еще? Я испробовал все. Я не могу достичь этого состояния «не-я», а без достижения этого «не-я» нет конца страданию».
Он постучал в двери храма, и Бодхидхарма сказал:
— Я знал, что ты придешь; я знал, что всю ночь ты будешь менять решение. Но это неважно — ты пришел. Теперь сядь в позу лотоса, закрой глаза, а я сяду напротив тебя. В то мгновение, когда ты найдешь внутри «я», поймай его и держи, чтобы я мог его убить. Схвати его крепко и скажи мне, что ты его поймал, и я его убью, и с ним будет покончено. Это дело нескольких минут.
Ву был немного испуган. Бодхидхарма выглядел как сумасшедший — на портретах он изображен сумасшедшим; он был не такой, но эти портреты символичны.
Наверное, именно такое впечатление он производил на людей. Это было не его настоящее лицо, но, наверное, таким его лицо запомнили люди. Он сел напротив By с большим посохом в руках и сказал ему:
— Не медли ни секунды. Тотчас же, как только ты его поймаешь, — обыщи внутри каждый закоулок — открой глаза и скажи мне, что поймал, и я прикончу его.
Воцарилось молчание. Прошел час, прошло два часа. В конце концов, взошло солнце, и By был другим человеком. За эти два часа он посмотрел внутрь себя, осмотрел каждый закоулок. Ему пришлось осмотреть все — напротив сидел этот человек; он мог ударить его посохом по голове. Можно было ожидать чего угодно, всего, Бодхидхарма не был человеком этикета, манер; он не был из числа придворных By. Поэтому By пришлось смотреть пристально, интенсивно. И он смотрел, пришел в расслабление... потому что его нигде не было! И в поисках его все мысли исчезли. Поиск был так интенсивен, что в него вошла вся энергия; не осталось ничего, чтобы думать или желать, заниматься тем или другим.
С восходом солнца Бодхидхарма увидел лицо By; он не был прежним человеком — такое молчание, такая глубина. Он исчез.
Бодхидхарма встряхнул его и сказал:
— Открой глаза: его нет. Мне не придется его убивать. Я не насильственный человек, и я ничего не убиваю! Но этого «я» не существует. Поскольку ты никогда его не ищешь, оно продолжает существовать. Оно существует только потому, что ты, в своей неосознанности, его не ищешь. Теперь его не стало.
Прошло два часа, и By был безмерно рад. Он никогда не переживал такой сладости, такой свежести, такой новизны, такой красоты. И его не было. Бодхидхарма исполнил свое обещание. Император By поклонился, коснулся его ног и сказал:
— Пожалуйста, прости меня за то, что я считал тебя сумасшедшим, считал, что ты не знаешь манер, что ты странный, что ты опасный. Я никогда не встречал более сострадательного человека, чем ты... Я полностью осуществлен. Теперь во мне нет никакого вопроса.
Император By приказал, чтобы, когда он умрет, на его могиле было золотом высечено изречение Бодхидхармы, чтобы люди много веков могли знать... «Это был человек, который выглядел как сумасшедший, но был способен творить чудеса. Ничего не сделав, он помог мне стать «не-я». И с тех пор все переменилось. Все осталось прежним, но я не тот, что раньше, и моя жизнь стала просто чистой песней молчания».
