Я задумчиво нахмурилась, думая о том, что совершенно не знаю, какой же мир ждет меня там, на другом конце пути.
Чтобы отвлечься, я еще раз окинула Сева критическим взглядом. В наших краях нечасто встретишь длинноволосых мужчин — разве что отшельников, изредка забредающих в деревни, заросших, грязных и косматых, словно лешие. Однако, в отличие от них, дарга длинные волосы совсем не портили, скорее уж наоборот. Рассматривая в солнечном свете его безупречный, четко очерченный профиль, я внезапно вспомнила свое первое впечатление от него тогда, в тронном зале. И слова Лионы, сказанные немного позже.
Да уж, действительно — на редкость красивый мужчина.
Хоть и оборотень.
Глава 5
Новые планы
До Оресты нам удалось добраться еще до захода солнца, хоть для этого и пришлось всю дорогу подгонять лошадей. Сев был прав — слишком много времени было потрачено впустую у закрывшегося телепорта. Задержись мы еще немного и явись в городишко после наступления темноты, стучаться в закрытые ворота и объяснять стражникам, кто мы такие, пришлось бы как раз до рассвета.
Постоялый двор мы нашли неподалеку от городских ворот, напротив шумного, хотя и не слишком чистого кабачка под названием «Два веселых гуся», где над входом красовалась кривоватая, но яркая вывеска. Судя по чисто условному сходству изображенных пернатых с гусями, художнику очень щедро наливали авансом. Расседлав лошадей и задав им корм, мы направились внутрь здания. Гостиница оказалась на удивление чистенькой и приличной несмотря столь шумное соседство. После недолгих, но успешных переговоров с хозяином насчет ночлега, было решено позаботиться о хлебе насущном. Ужинать постояльцам гостиницы предлагалось внизу, в просторном, хорошо освещенном зале, наполовину заполненном посетителями. После нескольких лет одиночества такое обилие людей в одном месте, пожалуй, даже немного действовало мне на нервы. Я чувствовала себя здесь не в своей тарелке, хотя и старалась не подавать виду. Для создания уюта и домашней обстановки местные декораторы озаботились расписными тарелками, там и сям развешанными по стенам, и длинными ароматными гирляндами чеснока и красного перца, свисающими с потемневших от времени и копоти потолочных балок. Стоящий немного особняком стол в дальнем углу зала оказался не занят, что мы тут же и исправили. Место было удобное: мы не привлекали постороннего внимания, зато помещение просматривалось, как на ладони.
Свиные ребрышки и жареная картошка на наших тарелках уже подходили к концу, когда в помещение ввалился новый посетитель. Сразу несколько голов повернулись в его сторону.
— Йан? — не веря своим глазам, я смотрела, как тот неуверенно топчется на пороге. — Йан!..
Тот, наконец-то заметив нас, удивился, потом разулыбался и начал пробираться мимо столов и лавок в нашу сторону.
— Доброго здоровьица! — он с грохотом поставил у стола еще один табурет, прихваченный, видимо, прямо на ходу (я невольно оглянулась — не валяется ли кто-нибудь из посетителей на полу, бесцеремонно лишенный опоры), и, усевшись, удовлетворенно нас всех оглядел.
— Что ты здесь делаешь? — спросила я, с удивлением рассматривая его.
— Так я, это, — кузнец сиял, словно новенький золотой гривенник. — Награду за службу получил. Лошадку, опять же, хорошую. Вот и подался на все четыре стороны, то есть, куда глаза глядят. Надолго решил не откладывать. Чего я в своих Забродичах-то не видел? То ли дело, мир посмотреть: людей там, города разные…. А тут вот свечерело, я в Оресту и прибился. Дай, думаю, как приличные люди, переночую в гостинице, а не в чистом поле. Нешто мне денег жаль?
— В Элдаре хоть все в порядке? — спросила я у кузнеца просто так, на всякий случай.
— А что ему станется? — удивился тот. — Стоит себе, родимый. Ничего страшного, кажись, за день-то не случилось.
Действительно, что может случиться, одернула я сама себя. Всего-то один день прошел, как из дома выехала, а уже беспокоишься. Да и не дом он мне больше, вообще-то.
— Я вот тут, ваше милость, подумал, — кузнец, тем временем, заговорил о своем. — Теперь у меня и деньги есть, и лошадь. Так может, вы меня с собой возьмете? И мне веселей, и вам от меня, может, польза какая случится.
— Угу, случится, — буркнул Грейн, отвлекаясь на секунду от своей тарелки с едой. — Будем держать тебя в качестве продовольственного запаса, на случай, если с дичью в лесах будет совсем плоха-а-ай!.. — рыжий дарг сердито уставился на Хирата, невозмутимо убирающего сапог с его ноги.
Перехватив возмущенный взгляд приятеля, тот молча пожал плечами. Грейн обиженно зашипел, как раскаленная сковорода под струей воды, но замолчал. Кузнец между тем продолжал смотреть на меня глазами, полными надежды.
— Вообще-то, вряд ли я могу решать такие вопросы, — поколебавшись, осторожно ответила я и молча глазами указала ему жертву. Йан понятливо кивнул и тут же перенес свое внимание на Сева.
Среброволосый, между тем, не торопился отвечать на кузнецовы вопросы. Вместо этого он внимательно изучил сначала свою пустую тарелку, потом кузнеца, словно что-то прикидывая в уме. Кроме того, у него, похоже, и своих вопросов имелось вдоволь.
— Значит, говоришь, ничего нового в Элдаре после нашего отъезда не произошло, — полуутвердительно произнес он, не сводя с кузнеца глаз. — И никто больше не приезжал в замок? Ну, в смысле, кто-нибудь необычный?
— Это по сравнению с кем? — резонно ответил вопросом на вопрос Йан, в упор глядя на оборотня. Я, не удержавшись, фыркнула.
— По сравнению с купцом, мясником или булочником, — не моргнув глазом, уточнил оборотень.
Кузнец честно задумался.
— Да, вроде бы, не было никого. Хотя… вот, ближе к полудню, после вашего отъезда, — вспомнил вдруг он. — В Элдар заявились четверо всадников. Все в черном, а на груди знак какой-то — вроде, круг: одна половина серебряная, другая — черная. Я их из конюшни видел, издалече, ничего больше толком не разглядел.
— Серебряный полумесяц… — тихо пробормотал Хират.
Кузнец, поразмыслив, согласно кивнул.
— Вроде того. Балахоны-то на них были одинаковые, черные и с капюшонами, да только мне показалось, будто трое балахонов были мужики, а четвертый — баба. Походка у него была эдакая… — он сделал выразительный жест рукой. — Мужики так не ходят.
— Хорошее у тебя зрение, кузнец, — не удержавшись, заметил Грейн, отдавая должное опытному глазу фригольдера, столь остро наметанному на баб.
— Не жалуюсь, — с достоинством ответствовал мой соотечественник.
Я озадаченно вздернула брови. В здравом уме натянуть на себя подобное одеяние могла только одна категория людей.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
