Черной «Камаро», которая принадлежала Дикону Якобсу. Лучшему другу Руна.
***
Я посмотрела в зеркало и любовалась своим нарядом. Мое небесно-голубое платье было до середины бедра, коротко стриженные каштановые волосы были собраны на боку, закрепленные белым бантом, а на ногах были черные балетки.
Из своей коробки с украшениями я достала любимые серебряные сережки, вставив их в мочки. Они были в форме знака бесконечности. Рун подарил их мне на четырнадцатый день рождения.
Я надевала их при любой возможности.
Схватив укороченную джинсовую куртку, я поспешила из своей спальни в холодную ночь. Джори написала мне, что подъехала. Когда я забралась на переднее сиденье пикапа ее мамы, я повернулась лицом к своей лучшей подруге. Она улыбалась.
— Поппи, ты выглядишь так чертовски мило, — отметила она. Я провела руками по платью, разглаживая юбку.
— Так пойдет? — спросила я обеспокоенно. — Я правда не знала, что надеть.
Джори помахала рукой перед своим лицом, когда выехала с подъездной дорожки.
— Отлично.
Я посмотрела, во что она была одета — черное платье без рукавов и байкерские ботинки. Определенно, она была одета смелее, чем я, но я была рада, что наши наряды не были абсолютно разными.
— Итак, — начала она, когда мы покинули мою улицу, — как твой концерт?
— Хорошо, — сказала я уклончиво.
Джори посмотрела на меня с любопытством.
— И как ты себя чувствуешь?
Я закатила глаза.
— Джори, я в порядке. Просто оставь меня в покое. Ты такая же приставучая, как моя мама.
Казалось, Джори впервые было нечего сказать, и она высунула язык. И, как всегда, рассмешила меня.
В течение поездки Джори рассказывала мне слухи, которые ходили по школе, когда я уехала. Я улыбалась во всех нужных местах и кивала головой, когда она ждала этого, но мне на самом деле было не интересно. Меня никогда не заботила вся драма, что происходила в школе.
Я услышала вечеринку прежде, чем увидела ее. Громыхающая и кричащая музыка раздавалась из дома Дикона и дальше по улице. Его родители уехали в короткий отпуск и для маленького городка, как Блоссом Гроув, это означало одно — домашняя вечеринка.
Когда припарковались рядом с домом, мы увидели, что подростки высыпали на передний двор. Я сглотнула нервный комок в горле. Я шла позади Джори, когда мы пересекали улицу.
Схватив ее за руку, я спросила:
— Все домашние вечеринки такие безумные?
Джори засмеялась.
— Да. — Она взяла меня под локоть и потянула вперед.
Когда мы вошли в дом, я вздрогнула от громкости музыки. Я крепко впилась в руку Джори, пока мы пробивались сквозь толпу пьяных учеников, чтобы попасть на кухню.
Джори посмотрела на меня и рассмеялась. Когда наконец мы попали в кухню, я немедленно расслабилась, увидев, что там стоят Руби и Дикон. Здесь было спокойнее, чем в комнате, через которую мы пробирались.
— Поппи! — объявила Руби и пересекла кухню, чтобы обнять меня. — Хочешь выпить?
— Просто содовую, — ответила я, Руби нахмурилась.
— Поппи! — пожурила она. — Тебе нужен настоящий алкогольный напиток.
Я рассмеялась над ужасом, который был написан на ее лице.
— Руби, спасибо, но я выберу содовую.
— Бууу! — крикнула Руби, но обняла меня за шею и повела к напиткам.
— Попс, — поприветствовал Дикон, когда ему на телефон пришло сообщение.
— Привет, Дик, — ответила я и взяла диетическую содовую, которую налила мне Руби. Руби и Джори отвели меня на задний двор к костру, пылающему в середине газона. На удивление здесь было мало людей, отчего я чувствовал себя лучше.
Не прошло много времени прежде, чем Дикон затянул Руби назад на вечеринку в дом, оставив нас с Джори одних. Я уставилась на пламя, когда Джори сказала:
— Извини, что вчера я открыла свой большой рот и сказала все это про Руна. Тебе было больно. Я видела. Боже! Просто я не всегда думаю, прежде чем говорю! Папа угрожает, что заткнет мой рот кляпом! — Джори приложила руку ко рту, изображая борьбу. — Я не могу, Попс! Этот рот неконтролируемый!
Рассмеявшись, я покачала головой.
— Все в порядке, Джо. Я знаю, что ты не хотела. Ты бы никогда не обидела меня.
Джори убрала руку ото рта, и ее голова накренилась в сторону.
— Серьезно, Попс. Что ты думаешь о Руне? Ну, понимаешь... насчет его возвращения?
Джори с любопытством смотрела на меня. Я пожала плечами, и она закатила глаза.
— Ты убеждаешь меня, что не можешь сказать, насколько офигенно выглядит любовь твоей жизни, теперь, когда он старше, и, по моему мнению, чертовски горячее.
Мой желудок сжался, и я нервно помяла пластмассовый стаканчик в руках. Пожав плечами, я ответила:
— Он такой же красивый, как и раньше.
Джори усмехнулась за стаканчиком, когда делала глоток, затем поморщилась, когда мы услышали голос Эйвери, доносящийся с передней части дома. Джори подняла свой стаканчик.
— Бррр, похоже шлюшка в доме.
Я улыбнулась из-за отвращения на лице Джори.
— Она правда настолько плохая? — спросила я. — Она на самом деле шлюха?
Джори вздохнула.
— Не совсем, я просто ненавижу смотреть, как она флиртует со всеми парнями.
Ах, я точно знала, кого она имела в виду.
— Ты о ком-то конкретном? — поддразнила я, и Джори нахмурилась в ответ. — Возможно, о Джадсоне? — добавила я, из-за чего Джори бросила в меня пустой стаканчик.
Я рассмеялась, когда он пролетел мимо меня в совсем другом направлении. Когда мой смех утих, Джори сказала:
— По крайней мере, теперь, когда Рун вернулся, она отстанет от Джада. — Мой хороший настрой улетучился. Когда Джори осознала, что сказала, она раздраженно застонала, быстро села рядом со мной и взяла меня за руку. — Дерьмо, Попс. Извини. Я снова сделала это. Я не имела в виду...
— Все в порядке, — перебила я.
Но Джори усилила хватку на моей руке. Последовал момент молчания.
— Ты сожалеешь, Попс? Ты когда-либо сожалела, что вот так вышвырнула его из своей жизни?
Я уставилась на огонь, погруженная в ревущее пламя, и ответила честно.
— Каждый божий день.
— Поппи, — прошептала Джори печально.
Я слабо улыбнулась.
— Я скучаю по нему, Джор. Ты понятия не имеешь как сильно. Но я не могу рассказать ему, что произошло. Я не могу сделать это с ним. Лучше пусть он верит, что меня все это больше не интересует, чем я расскажу ему ужасную правду. — Джори положила голову мне на плечо. Я вздохнула. — Если бы он узнал, он бы приложил все усилия, чтобы вернуться. Но это было невозможно. Работа его отца была в Осло. И...— я вдохнула. — И я хотела, чтобы он был счастлив. Я знала, что со временем он переживет, что я перестала с ним общаться. Но я знаю Руна, Джор, он никогда не переживет альтернативу.
