не обратились в полицию. Мы прекрасно понимали, что это никак не решит наши проблемы, а вот навредить еще сильнее вполне может. Пока мы сидели тихо, нам давали отсрочки и хотя бы не трогали. Теперь же без поддержки Марка мне не прожить ни дня. Наверняка те, кто стоят выше Игната, сильно разозлятся такому развороту событий.
Но все же Марк и капитан Буравский убедили меня выложить все под чистую. Морально мне даже стало легче. Я как будто скинула большой груз с плеч. Но вместе с тем я теперь чувствовала свою абсолютную беспомощность и беззащитность. Я как будто официально передала все права на свою жизнь Марку Веберу. Теперь только от него зависело как долго продлится моя жизнь и какой она будет.
Однако тут было и нечто другое. Когда я увидела с каким жаром Марк заступился за меня в кабинете Вадима Яковлевича, то что-то во мне переключилось. Я поняла насколько он надежный и ответственный мужчина. Я, по сути, для него никто — всего лишь игрушка. А он добровольно взял на себя полную ответственность за мою жизнь.
Меня это подкупило. И не просто подкупило — я была заворожена его поступком. Впервые в жизни у меня что-то дрогнуло в сердце к мужчине.
У меня уже была влюбленность. Он был моим однокурсником: типичный плохой парень на потоке. Вел себя развязно, клеил каждую первую девчонку, хамил преподавателям. Он покорил меня своей свободой и бесстрашием. Это были и остаются те самые качества, которых мне так не хватает. Я уже забыла какого это чувствовать себя в безопасности. Мне казалось что такого периода в моей жизни не существовало вовсе.
Я могла улыбаться, легко относиться к разным ситуациям, но все это было лишь защитной реакцией. Моя психика словно напрочь игнорировала опасность, и я физически не могла о ней думать. Она просто существовала на заднем фоне, но открыто я о ней совсем не думала. Сейчас мне казалось, что я бы, наверное, сошла с ума или довела бы себя до чего-то страшного, если бы не эта защитная реакция.
— Пойдем, — Марк грубовато взял меня под локоть и потащил на выход.
— Вы сердитесь на меня? — Спросила я, но тут же поняла что это естественно. Я доставляю Марку столько проблем — конечно, он на меня сердится. Поэтому добавила уже как утверждение: — Я понимаю: сердитесь. Знаю, что вы уже сто раз пожалели о том, что связались со мной. Я бы и рада избавить вас от этого, но…
Мой голос сорвался, а Марк по-прежнему вел себя довольно жестко. Он усадил меня на пассажирское сиденье и каждое его движение причиняло мне боль. Он ничего не сглаживал.
Когда же Марк сам сел за руль и выехал на дорогу, то наконец заговорил со мной:
— Что у тебя с ним?
— С кем? — Растерялась я.
— Не прикидывайся, — рыкнул он. — С этим сосунком, который был с тобой.
— Серж? — Уточнила я, и по тому как Марк поджал губы я поняла, что оказалась права. — Ничего. Правда. Я попросила его поехать со мной только потому, что мне было неловко загружать вас еще и этим. Но в итоге получилось еще хуже…
— Ты целовалась с ним, — Марк игнорировал все мои оправдания и был сконцентрирован только на этом вопросе. — Когда ты вышла к нему, то поцеловала.
— Но ведь это в щечку, — растерялась я. — Я целую так своих подруг при встрече. Это ничего не значит — просто приветствие…
— Слава, — Марк взглянул на меня так грозно, что я вжалась в сиденье, — если я узнаю что ты крутишь романы… даже не так — хотя бы флиртуешь с другим мужчиной, или парнем, или просто другом — то ты об этом крупно пожалеешь. Знаешь что я с тобой сделаю?
Я открыто взглянула на Марка, понимая что сейчас испытываю возбуждение от его слов. Может быть это последствия стресса, а может я действительно влюбилась в него, но сейчас я захотела его внимания.
— Вы накажете меня, мой Господин? — Спросила я, испытывая смешанные чувства страха, предвкушения и доверия.
Марк внезапно замолчал и взглянул на меня уже другими глазами. Он уловил во мне перемену, но, кажется, интерпретировал ее по-своему.
— Накажу, — ответил он, а я увидела что его глаза сверкнули страстью.
Мужчина прибавил скорость, и теперь явно обдумывал что-то у себя в голове. Мне же стало еще страшнее, хотя я понимала что ничего плохого Марк со мной не сделает. Да, мне точно будет стыдно и мучительно, возможно немного больно и даже совсем чуть-чуть унизительно, но я была уверена что все это в итоге выльется в сексуальную разрядку.
— Позвони своей маме и скажи, что сегодня ты будешь ночевать не дома, — приказал Марк. — Тебе будет что сказать ей?
— Да, — уверенно ответила я и тут же набрала ее номер.
— Да, Славочка, — сразу ответила она.
— Мам, — я старалась говорить потише, испытывая неловкость, — я сегодня ночую не дома. Не теряй меня, ладно?
— Славочка, все хорошо? — заволновалась она.
— Да, мам, — ответила я и добавила шепотом: — Все очень хорошо.
— С кем ты будешь? — Спросила она, как будто разволновавшись еще больше.
— Ни о чем не беспокойся, мам, — я поспешила ее успокоить. — Я под защитой.
— Славочка, будь осторожна, пожалуйста, — попросила она. — Не знаю насколько можно доверять тому человеку, с кем ты сейчас.
— Можно, — твердо ответила я, — на тысячу процентов.
Мама помолчала несколько секунд, а затем все-таки согласилась:
— Хорошо, Славочка. Будь осторожна, прошу тебя.
— Пока, мам, — дурацкая улыбка поползла по моему лицу.
Я закончила разговор и не сразу взглянула на Марка, чтобы он не заметил странного предвкушения в моих глазах. Сейчас мне действительно захотелось отдаться ему, хоть я еще и не понимала что меня ждет.
Глава 28
— Поела? — Строго спросил меня Марк во время ужина.
Если честно, я не наелась, но все же я кивнула в знак согласия. Доем потом — после своего наказания, если, конечно, у меня останутся на это силы. Однако Марка мой ответ не устроил. Он еще строже нахмурил брови и придвинул мою тарелку поближе.
— Ешь, — приказал он. — Пока все не ешь, из-за стола не встанешь.
Я сжала губы, чтобы не улыбнуться. Я понимала что этим поставлю авторитет Марка под сомнение, но мне вдруг стало дико умилительно от того, что он обращается со мной как с маленькой. Со мной еще никто не обращался как с маленькой. Все только и вешали на меня бесконечные долги, заботы
