сверху лежали бриллианты размером с кулак!
— Ну, знаешь ли, Ли, — я покачал головой, — за такой сундук я бы сам в Китай сгонял и сам накопал бы твоего женьшеня!
Мы оба рассмеялись.
— Ладно, Док, шутки шутками, — сказал Ли, отсмеявшись, — а женьшень тебе действительно нужен?
— Нужен, Ли, — признался я. — Для дела. Капитану нашему… кхм… лекарство готовлю.
— А-а-а, — протянул Ли. — Понимаю. Ну, тогда ладно. Так и быть, отдам тебе последний корешок. Но с тебя должок!
— Договорились, Ли, — я хлопнул его по плечу. — Буду должен.
Мы еще немного поболтали, обсуждая предстоящее плавание к Сент-Китсу, слухи о «деле» капитана Роджерса и прочие пиратские новости.
Ли, забрав опустевшую миску и пообещав заглянуть позже, отправился обратно на камбуз, а я, доев остатки «Лунной лепешки по-карибски» (действительно, очень вкусно!), решил вынести мусор, который остался после уборки.
Я не заметил как наступил вечер. За день я немного вымотался. Насыщенный он оказался.
Собрав в тряпицу остатки еды и прочий мелкий мусор, я направился к отхожему месту — специальному отверстию, предназначенному для этих целей. Выбросив мусор, я полюбовался набегающими волнами и, насладившись свежим морским бризом (насколько это было возможно рядом с отхожим местом), отправился обратно в каюту.
И вот тут-то я заметил дочь губернатора.
Она стояла у перил, оперевшись на них руками и глядя куда-то вдаль, в бескрайнюю синеву моря. Стройная фигурка в светлом платье, длинные волосы, разметавшиеся по плечам.
Сначала я хотел пройти мимо. Мало ли, о чем она там грустит? Может, о своем вредном характере. Может, о женихах. Не мое это дело.
Я уже почти миновал ее, как вдруг услышал всхлип. Да, точно, всхлип. Тихий, сдавленный, но вполне различимый.
— Тьфу ты! — выругался я про себя.
Ну как тут мимо пройти?
Я остановился, сделал несколько шагов назад.
— Леди, — обратился я к ней, — все в порядке? Могу я чем-то помочь?
Она вздрогнула и медленно повернулась ко мне. Лицо ее было испуганным, а глаза — красными от слез.
— А… Это вы, Крюк, — произнесла она, шмыгнув носом.
Я подошел ближе.
— Что-то случилось?
Она отвела взгляд, снова уставившись в морскую даль.
— Ничего, — тихо ответила она. — Просто грустно.
— Понимаю, — кивнул я. — Дальняя дорога, неизвестность… Нелегко, наверное, покидать эти места.
Она молчала, лишь плечи ее чуть вздрагивали от сдерживаемых рыданий.
— Знаете, — продолжил я, — меня ведь тоже… Крюком-то не всегда звали. Николай я. Николай Крюков. А вас… Все «леди» да «леди». Как вас зовут-то по-настоящему?
Она подняла на меня глаза, полные слез.
— Маргарет, — прошептала она. — Маргарет де Бошан.
— Маргарет… — повторил я. — Красивое имя.
Я улыбнулся, стараясь подбодрить ее.
Она слабо улыбнулась в ответ, вытирая слезы тыльной стороной ладони.
— Так что же заставило такую прекрасную Марго лить слезы посреди Карибского моря? Неужели акулы?
— Нет, — покачала она головой. — Не акулы… Просто… Мы ведь плывем в Лондон.
— В Лондон?
— Да, — вздохнула Маргарет. — Отец так решил. Говорит, что там безопаснее.
— А ваш отец… Как его зовут?
— Анри, — ответила она. — Анри де Бошан.
Анри де Бошан, бывший губернатор Тортуги. Видимо, дела его совсем плохи. И дочку с собой тащит. А Роджерса-то зачем наняли? Пирата! Странно это все. Небось, темнит Маргарет.
— И что же вы будете делать в Лондоне?
— Выходить замуж, — горько усмехнулась Маргарет. — Отец уже все решил. Нашел мне… жениха.
— Даже так? — удивился я. — И кто же этот счастливчик?
— Барон какой-то… — Маргарет скривилась, словно съела лимон. — Я его даже в глаза не видела. Знаю только, что он… богат. И что ему почти семьдесят лет.
Ровесник. Я невольно усмехнулся.
— И что? — спросил я, стараясь скрыть улыбку. — Семьдесят лет — это разве много?
Маргарет посмотрела на меня, как на сумасшедшего.
— Много⁈ — воскликнула она. — Да вы шутите, Док! Мне всего двадцать один! А я считаюсь старой девой! А тут… Семьдесят!
— Ну, знаете ли, — хмыкнул я, — бывает и хуже. А сколько бы вы мне дали, Маргарет?
Она окинула меня оценивающим взглядом с ног до головы.
— Ну… — протянула она, — не больше пятидесяти.
Пятьдесят⁈ Неужели омоложение так действует? Двадцать лет как не бывало! Вот тебе и Вежа! Вот тебе и очки влияния! Работает система!
— Вы мне льстите, Маргарет, — сказал я, улыбаясь. — Мне намного больше.
Маргарет недоверчиво покачала головой.
— Вы выглядите очень хорошо для своего возраста.
— Спасибо, — поблагодарил я. — Стараюсь. Может и жених ваш так выглядит.
— Да не хочу я замуж! Не хочу за этого старого барона! И в Лондон не хочу! К этим… чванливым снобам! Здесь, на Карибах… Здесь свобода! Здесь красота! Здесь… Здесь дух захватывает от возможностей! А там… Там скука смертная! Балы, приемы, сплетни… И старый муж, который будет…
Она не договорила, покраснев и опустив глаза.
Я понял ее. Молодая, красивая, свободолюбивая девушка… И ее хотят выдать замуж за старика, увезти в чужую страну, лишить всего, что ей дорого. Странно как-то француженку выдавать за англичанина? Или я чего-то не знаю.
— Так, а почему же, собственно, пришлось так срочно покидать Тортугу? — спросил я, стараясь придать голосу как можно больше сочувствия.
Маргарет вздохнула, провела рукой по волосам, откидывая их с лица. Ветер тут же снова растрепал ее прическу.
— Понимаете, Док… — начала она, подбирая слова, — после того, как отца… сместили с должности, он… Он очень надеялся вернуться. Думал, что это временно, что все наладится.
— А кто же сейчас губернатор Тортуги?
— Жереми Дешан, — ответила Маргарет. — Жереми Дешан де Шампань. Он был назначен губернатором в 54 году. А до него, чуть меньше года, был отец.
— Почти три года прошло, — заметил я. — Немалый срок.
— Да… — Маргарет опустила глаза. — Отец все эти годы не терял надежды. Пытался… Пытался что-то сделать. Связывался с разными людьми… Влиятельными людьми…
Она замолчала, закусив губу.
— И?.. — подтолкнул я ее.
— И… — Маргарет подняла на меня глаза, полные отчаяния, — и, кажется, он очень многим задолжал. Очень…
Она снова замолчала.
—
