внезапно, как и исчез, отчего я уже второй раз чуть не подавилась его любимыми рогаликами. Он схватил один и, удаляясь, бросил через плечо:
– Если что, я в своей комнате…
– А если что – это что? – сыронизировала я.
Он остановился и развернулся ко мне лицом.
– Если тебе что-то понадобится, – уточнил он, и уголки его губ слегка приподнялись в улыбке, хотя глаза устало смотрели мимо меня, отчего я поежилась, прогоняя холодок, крадущийся по спине.
Закончив завтрак, я сполоснула за собой посуду и прошлепала в гостиную, где включила убийцу времени – телевизор. Переключая каналы, я наткнулась на фильм с участием Джонатана Коула, где он играл впервые шестнадцатилетним парнем. Это была очень милая роль, после которой его заметили в Голливуде и он стал тем, кем он стал. Тем, кто стал нужен мне и еще миллионам девушек по всему миру. Страшнее картины себе и нарисовать сложно, одно дело – соперничать всего лишь с одной девушкой, другое – с миллионами его фанаток, таких же сумасшедших, как я сама.
Неожиданно в диалоги на экране вклинился потусторонний звук, исходивший с верхнего этажа дома. Слышно было не очень хорошо, но звук перебираемых струн заставил меня отключить звук телевизора и прислушаться, но и этого было недостаточно, стены глушили мелодию, поэтому я поднялась и остановилась возле двери Натана. Тема явно была не закончена. Обрывая ее, он начинал играть заново. Я готова была описаться от счастья, стоя там, возле его двери, слушая, придвигаясь все ближе, прислоняя ухо к двери, которая случайно оказалась незапертой, отчего я снова незвано ввалилась в комнату Джонатана. Он насторожился и перестал играть.
– Разве тебе в детстве не говорили, что подслушивать некрасиво? – Он был раздражен. – По-моему, у тебя входит в привычку забираться в мою комнату без приглашения.
– Прости… Прости… Я не хотела… Это вышло случайно, – оправдывалась я. – Я прикрою дверь и больше не буду тебе мешать.
«Какая же я дура беспросветная!» – ругала я себя, заливаясь горячим румянцем.
– Ты не мешаешь, – задумавшись, проговорил он. Потом потер лоб, размышляя. – Послушай…
Парень хотел сказать что-то еще, но не успел, раздался звонок в дверь.
– Кто это? Мне открыть? – спросила я, немного приходя в себя.
– Да, пожалуйста.
Я почти вышла из комнаты, но остановилась, повернулась и, выдохнув, спросила:
– А что ты хотел спросить?
Звонок раздался снова, Джонатан нахмурился:
– Ничего… Не думай об этом. Ерунда.
Когда говорят «не думай об этом», волей-неволей начинаешь обо всем задумываться. Что там такое творилось в голове у этого парня, мне понять было не по силам. Почему он постоянно находился в таком напряжении и задумчивости, я не могла постигнуть. Может, это из-за ролей? Ведь я не знала, как актеры готовятся к роли, что они делают, как настраиваются. Что необходимо предпринять, чтобы перевоплотиться в другого человека, с другими мыслями и поступками. Может, он обдумывал все это?
Как бы там ни было, я все время попадалась ему под руку, все время мешала. И от этого ненавидела себя за то, что я слишком любопытная и навязчивая.
В дверь опять позвонили, и я, выглянув в окно, увидела там Тома, который улыбался кошачьей улыбкой.
– Привет, – сказал он, когда я открыла дверь, впуская его.
– Привет, – ответила я и тоже улыбнулась. – Проходи.
– Прекрасно выглядишь, – сделал комплимент он и прошел в холл.
– Спасибо, – смутилась я. – Ты тоже.
– Ну, это вряд ли. Я вчера столько выпил, что голова трещит ужасно.
Я тактично промолчала, рассматривая пуговицы на полупальто друга Коула. Он выглядел сногсшибательно в этом черном незастегнутом полупальто, узких черных джинсах и высоких ботинках с пряжками.
– Кто там пришел? – раздался голос Натана сверху.
– Это Том! – крикнула я.
– Это я, – подтвердил Том, снимая темную шапочку и приподнимая упаковку пива. – Я принес пива.
В холл спустился Натан, я улыбалась, посматривая то на одного, то на другого, чувствуя себя лишней. Они пожали руки и толкнули друг друга плечами, засмеявшись. От этого звука я вздрогнула.
– Как дела? – спросил Натан и покосился на меня.
– Нормально, – ответил Том. – Чем занимаетесь?
– Да… Пф-ф-ф… Собственно… ничем, – развел руками Коул, задевая меня и извиняясь на автомате, обнял за плечи.
– Я смотрю телевизор, – задумчиво ответила я, пытаясь сбросить руку Джонатана.
– И что там? – заинтересовался Том, только, скорее, его интересовало то, что делает рука его друга у меня на плече. Даже брови парня удивленно приподнялись.
Но Том тут же нашелся, протянул упаковку пива Коулу, предварительно вытащив из нее одну бутылку для себя, и внимательно стал слушать, что я скажу.
– Я смотрю тот старый фильм, – неуверенно произнесла я. – Там Джонатан играет этого парня, которому шестнадцать лет.
– О! – воскликнул Том. – Очень интересный фильм. Ты поклонница мистера Коула?
Я смущенно заулыбалась.
– Немного.
– Ну все, Том, хватит устраивать клоунаду, – непонятно на что разозлился Натан и, схватив Тома за рукав, потащил за собой. – Пошли наверх.
Вспомнив, что я только что сунула нос в святая святых и, по-моему, еще не прощена, я опустила глаза, стараясь стать незаметной и справиться с обидой.
– Мы еще увидимся, – сопротивлялся натиску Натана Том.
– Конечно. Я в гостиной, если что! – сыронизировала я, ох уж это желание всегда ставить точку последней в разговоре.
Коул повернулся, и его нахмуренные брови приподнялись в удивлении, а губы приоткрылись, чтобы что-то сказать, но он тут же передумал и со вздохом замотал головой.
– Том? – позвал он.
Я вернулась в гостиную и тупо уставилась на экран. Там милый мальчик с немного угловатыми движениями и длинными волосами что-то рассказывал понравившейся ему девочке, которая совершенно не хотела его слушать. А я хотела реветь от непонимания, еще больше заливая этот город ненужной влагой. Мне хотелось знать, что происходит. Мне хотелось сбежать от серьезных глаз и недоверия Натана. Мне хотелось того, чего я не могла получить.
Вскоре ко мне присоединился Том, который плюхнулся рядом на диван и, нагло рассматривая меня, спросил:
– Все еще идет?
– Да, – тихо ответила я, стараясь не краснеть под его взглядом.
– Грустишь?
Он вел себя настолько естественно и немного нагло, что это не могло не нравиться. Руку он закинул на диван, и я чувствовала это почти объятие, которое мне нравилось. Мне действительно нравилось чувствовать себя красивой и нужной. Мне было приятно из-за того, что я нравлюсь Тому, а не стучусь в закрытые двери, расшибая лоб.
– Не знаю… – вступая в игру, ответила я.
– Никто тебя не развлекает? – Он коснулся моих волос, наматывая выбившуюся прядь на палец.
– Да нет. Что ты. Завтра мы с Лиззи пойдем в музей, а потом Клер
